Лисья тень (СИ) - Рябинова Элли - Страница 3

***

Доктор отвлекся от компьютера и посмотрел в мою сторону.

— Вы ранее упомянули, что не вырывали страницы из дневника, но здесь даже невооруженным взглядом заметно отсутствие некоторых страниц. Почему?

— Я не вырывал. Но мой дневник находился не только в моих и ваших руках, доктор. Его так же читали и другие люди, которым я доверял.

— В дневнике нет ни слова о вашем знакомстве. Эти страницы были вырваны?

Я кивнул. Доктор еще что-то записал в компьютер, а затем откинулся на спинку стула, тяжело вздохнул и взглянул на часы.

— Хорошо, думаю, вы можете отдыхать. Я распоряжусь, чтобы очки, игрушка и какая-то из упомянутых книг оказались в вашей палате сегодня же. Насчет одежды придется немного подождать, но думаю, что уже к концу недели она у вас будет.

Я кивнул. Дождавшись, пока доктор выйдет из-за стола, я аккуратно поднялся со стула и вместе с ним направился к выходу.

Я сидел на койке, поджав колени к себе, а взгляд мой был устремлен куда-то в стену. Честно, я с трудом вспоминаю всё то, что произошло со мной пару дней назад. Возможно, моя память сильно ухудшилась из-за приема препаратов, а может, мозг просто отказывается вспоминать те ужасы, которые происходили со мной. Зато мозг продолжал вырисовывать картинки из прошлого. Тот день знакомства с ребятами и вправду был таким классным. Я вспоминал его в красках, и от этого мне становилось нехорошо. Хотелось чем-то занять себя, чтобы перестать думать о них, но книгу мне так и не принесли, а в палате из всех развлечений было только окно, поэтому отвлечь себя не представлялось возможным. Тогда я уткнулся лицом в подушку в надежде уснуть и увидеться с Катей во сне. Но долго так лежать мне не пришлось. Дверь со скрипом открылась, и в комнату вошла дежурная медсестра в сопровождении двух мужчин. В руках у нее был Вайт, мягкая игрушка, которую я всегда с собой таскал, мои очки и книга. По обложке было сложно понять, что именно это за книга. Меня предупредили, что вставать с кровати не стоит. Медсестра передала вещи одному из присутствующих рядом мужчин, и он, не сводя с меня глаз, медленным шагом подошел к тумбочке и оставил вещи прямо на ней. Ну, если сравнивать наши телосложения, то шансов на какое-либо удачное сопротивление у меня точно не было. Да и зачем? Даже если бы мне каким-то чудом удалось выбежать в коридор, то планировку здания я не знаю. Вот прямо от слова совсем. Никто из них не выражал никаких эмоций. Все они были словно неживые, ну или мне так казалось. Когда они вышли из палаты, я еще долго не вставал с кровати, смотря на Вайта, который, всё так же улыбаясь, был повернут в сторону окна. Вайт был белым шарообразным котом с закрытыми глазками. У него были черненький хвост и розовые ушки, а еще щечки, покрытые румянцем. Его подарила мне Яна, и с того момента я с ним практически не расставался. Сидеть на месте больше не хватало сил. Я, словно маленький ребенок, рванул к тумбочке и схватил Вайта, а затем всё крепче и крепче прижимал его к себе. Несмотря на его маленький размер, я всё равно хорошо справлялся с этим.

Наверное, странно, что маленькая игрушка могла пробудить во мне столько эмоций, но сейчас мне хотя бы было не так паршиво, как раньше. Не знаю, сколько я простоял так. Пол был ужасно холодным, но я заметил это только сейчас. Конечно, надеть тапки мне просто не хватило времени, ведь мне хотелось как можно скорее оказаться рядом с Вайтом. Всё-таки, надев на себя очки, я взял книгу и уселся вместе с Вайтом на кровать. Посадив последнего к себе на колени, я начал по-новому осматривать палату. Благодаря очкам теперь я видел куда больше тонкостей, чем раньше. Начиная, наверное, от небольших трещин в стенках, а заканчивая ржавчиной на решетке. Но зато теперь, из-за присутствия рядом Вайта, палата казалась мне гораздо уютнее, чем раньше, да и благодаря книге появилась неплохая возможность скоротать время. Усадив этот пушистый комочек поудобнее, я вслух зачитал название книги.

— Навевает воспоминания, да, дружище?

Не дождавшись ответа от Вайта, я принялся за чтение. Но в одном я был уверен точно: если бы Вайт умел разговаривать, он наверняка бы согласился со мной.

***

— Вы втроем вели не самый трезвый образ жизни. Как говорится в дневнике. — Доктор прищурился и дословно зачитал строчку из дневника: «Это была не первая встреча, когда мы втроем собиралась у Саши в комнате и курили…»

Я невольно улыбнулся. Я уже и не помню, когда в последний раз улыбался. Доктор посмотрел на меня, отложив дневник в сторону.

— Вы считаете это смешным?

Я кивнул. На самом деле мне не то чтобы было смешно, я вспомнил, как мы собирались у Саши в комнате, после того как Яна разбиралась с учебой, укуривались, включали гирлянды и, поедая вкусняшки, рассказывали друг другу всякие истории. Приукрашенные и правдивые. Как-то раз Саша схватил меня (он был сильнее меня, хоть весовая категория у нас была почти одинаковой) и заставил Яну меня щекотать. Мне было очень смешно и очень тепло. Словно внутри меня…

БОЛЬ.

Улыбка с моего лица исчезла. Я снова очутился в этом кабинете. Я снова отдал себя прошлому. Я снова…

— Вы не думаете, что препараты могли повлиять на то, что стало происходить с вами потом?

— Вы не первый, кто задает этот вопрос, — нервно ответил я. Доктор уже хотел было что-то сказать, но я опередил его.

— Я тоже задавался им после того, как ребята предположили, что это возможно.

Между нами повисла небольшая пауза. Я пытался подобрать нужные слова, чтобы как-то грамотно закончить мысль. Терпения доктора не хватило.

— И?

— И я пришел к выводу, что мой нетрезвый образ жизни никак не влиял на мою… — Я запнулся, потому что не знал, как стоит называть то, что происходило со мной всё это время.

— Проблему?

Это слово мне совершенно не понравилось, но никаких других подходящих слов я так и не нашел, поэтому кивнул.

— Хорошо. Расскажите о том, как вы впервые увидели ее. В дневнике есть достаточно информации об этом, но для полноты картины хотелось бы послушать именно вас.

***

Яна накрыла Сашу пледом и закрыла форточку рядом с ним. Умиляясь тому, как он сопит, ее лицо расплывалось в улыбке.

Она удалилась на кухню, чтобы поставить чайник. Чуть высунувшись из-за угла, она шепотом обратилась ко мне.

— Псс. Иди сюда.

Я аккуратно прошел рядом с Сашей и через несколько небольших шагов был на кухне. Чайник вскипел, и благодаря этой девочке через пару мгновений передо мной стояла кружка с какао. Яна села напротив меня и, сделав небольшой глоток из своей кружки, обратилась ко мне:

— Ты сегодня какой-то грустный. Что случилось?

Я не сразу ответил ей. Меня удивило, что Яна вдруг заговорила со мной о чем-то таком. Конечно, знакомы мы уже немало, но никогда не поддерживали друг друга. В основном я всегда обращался за помощью к Саше. Да и с Яной мы редко оставались вдвоем, ведь это логично, что с Сашей она проводит больше времени.

Я неуверенно пожал плечами. Но мне совсем не хотелось скрывать что-то от Яны, поэтому я решил рассказать ей.

— Мне приснилась моя подруга.

— Так.

— Екатерина Зимняя. Помнишь, я рассказывал вам?

— Да, я помню. Вот зараза. И что именно тебе снилось?

Мне снова потребовалось время, чтобы сформулировать мысль, но Яна меня и не торопила. Я принялся детально вспоминать то, что видел ночью. Стало чуточку не по себе. В том сне Катя выглядела такой настоящей. Она говорила мне готовиться, но тогда я не понимал, к чему. Она так же извинялась передо мной. Просила, чтобы я не злился на нее. Говорила, что так нужно. Еще что-то про то, что ее смерть была необходимой.

Мы виделись в каком-то поле. Пшеничном поле. Я с полной уверенностью шел вперед, будто с самого начала знал, что Катя ждет меня там. Погода была такая, как в первый день моего знакомства с ребятами, только была осень, а не весна. На мне были белая ветровка, белые штаны и мои любимые кеды. Наверное, стоит отметить, что ничего этого, кроме кед, нет в моем гардеробе. Поле вскоре резко осталось позади. Теперь это было что-то более ровное, без единого намека на пшеницу. Она сидела на поваленном дереве. Вокруг больше не было деревьев, только это. Листьев на нем уже не было. Тогда я сел рядышком и услышал всё это от нее.