Волшебные Поля (СИ) - Мельник Инорь - Страница 33

— Молчишь, значит я права. Знаешь, гляжу на тебя и вижу перед собой еще не совсем взрослого детеныша хищного зверя, первый раз в жизни покинувшего логово без надзора родителей. Вольный, пьянящий воздух свободы и вкус первой пролитой крови вскружили голову, он совершает глупые поступки и продолжает походя забирать жизни, пока лапы несут его неведомо куда.

Очень умные ведьмы в клане О’Шу. Но ничего, очень скоро, быстро перебирая лапами, Виртон Берт в самом деле уйдет в никуда.

Глава 12

Когда оказались в компании барона и форуха, на лице девушки сияла искренняя и добрая улыбка, ангел во плоти, да и только. Старый жрец, видимо вдохновленный тем, что слушателей стало больше, с повышенным энтузиазмом продолжил развлекать нас своими занимательными рассказами. Что сказать, истории и в самом деле оказались интересными и веселыми, но при его-то сане травить полуприличные анекдоты в присутствии благородной дамы, это сильно. Впрочем, даму пикантные подробности, похоже, ничуть не смущали, Жули задорно хохотала и начинала упрашивать жреца поскорей продолжить, едва тот делал попытку взять хоть небольшую паузу. Ничего, с его-то профессией и при таком трудовом стаже у старика должен быть богатый опыт долгих публичных выступлений, выдержит. Отряд продвигался вперед, густые, влажные заросли, дышащие отвратительными испарениями, остались позади, дорога побежала среди зелени бескрайней равнины, кое-где разбавленной вкраплениями редких островков деревьев. Хорум Сердак держался, но было видно, что мужику приходится нелегко. Похоже, его запас разного рода историй неиссякаем, но вот силы очень немолодого жреца оказались не беспредельными, под утро он начал сдавать.

— Вижу, что юному барону не очень нравятся мои рассказы, он того и гляди заснет в седле.

Хитрый старик перевел внимание компании на хмурого мальчишку, чтобы немного отдохнуть. Жули оказалась быстрее, я только-только успел открыть рот.

— Уважаемый Верховный форух, мой брат тип довольно мрачный и угрюмый, веселье и смех, это не для него. Расскажите нам что- нибудь страшное и жуткое, уверяю вас, такое ему придется по душе.

— Что ж, Хорум Сердак умеет и пугать, позвольте немного перевести дыхание, и я продолжу. — Жрец откуда-то из-под своей богатой накидки извлек объемистую флягу непонятного происхождения и по-серьезному приложился к ней. Выдержав продолжительную паузу, он начал-таки нас пугать. Что сказать, старый человек и в самом деле великолепный рассказчик, он полностью погружается в атмосферу повествования и мастерски умеет скрывать свои собственные эмоции, во время веселой части сольного выступления так ни разу и не улыбнулся. Попытку исполнить что-то страшное я признал неубедительной.

— По-моему, как-то не очень. — Похоже, Жули со мной согласна. Конечно, не очень, земная версия напрочь пошлого анекдота об охотнике и медведе превосходит местную по всем показателям. Совсем не страшно и почти не смешно. Слова девушки задели рассказчика за живое.

— Готовьтесь, сейчас все будет всерьез. Это жуткая, старая легенда, гуляющая по просторам Явдерии с древних времен, легенда о Лабиринте богов.

Жули перебила жреца.

— Уважаемый Верховный форух, мне известна эта легенда, расскажите лучше что-нибудь другое. — Единственная дама в нашей компании нахмурилась.

— Ну уж нет, продолжайте, вот нам с бароном очень интересно. Ведь так? — Почему это она не хочет, чтобы мы услышали о каком-то Лабиринте, подозрительно. Я посмотрел на Декстрена. Большой любитель оружия и истории кивнул, утвердительно хмыкнув. Жули недобро на меня зыркнула, но предпочла промолчать. Старик начал рассказ.

— Это произошло еще до раскола на Синтарине и начала Великой войны. С годами среди представителей благородных родов, наделенных искрой Создателя, появились настоящие искусники, в совершенстве владеющие магией. В совершенстве применительно к простым смертным и их возможностям, конечно. Другие тогда без веской причины в человеческие дела не вмешивались, вели себя на Явдерии без излишней заносчивости и высокомерия, а люди в большинстве своем создания те еще, только по-хорошему с ними нельзя, в равной доле обязательно должно быть и по-плохому. Вот среди самых сильных магов из благородных и поселились спесь и гордыня. Сила изрядно кружит голову, особенно если та не очень умная. Начались разговоры, что молодые боги уж слишком плотно опекают людей, со временем дошло до прямых оскорблений детей Создателя. Эти бездельники хотя и переложили почти все свои дела на кланы других, факты богохульства моментально зафиксировали и решили виновных наказать, очень жестоко и с выдумкой. — Кажется, Жули негромко зашипела. — Участвовали в этом, конечно, не все боги, но очень многие. В результате и появилось то, что именовали поначалу просто Лабиринтом богов, а со временем к названию добавилось слово проклятый. Точного места не могу назвать, здесь на юге где-то среди гор в скале возник богато украшенный вход с красивой надписью:,И достойный станет равным богам”. Что там внутри разглядеть не получалось, все скрывала беспроглядная тьма.

— Это было на юге Скалистых гор, недалеко от побережья. — Задумчиво хмыкнул Декстрена.

— Юго-запад. — Уточнила Жули. Не понял, так об этом Лабиринте знают все присутствующие кроме меня? Ладно, дослушаем до конца.

— Жрецы Храма всех богов объявили, что молодые дети Создателя решили осчастливить простых смертных, и теперь любой человек, имеющий силу и решимость, может войти в Лабиринт и если пройдет испытание, выйдет наружу, обретя силу и могущество настоящего бога. Первыми в горы, конечно, побежали самые амбициозные из благородных родов, ну и просто сумасшедшие, куда же без них. Со временем количество желающих становилось все меньше и меньше, дело в том, что возвращаться из Лабиринта решившие испытать себя почему-то не торопились. Годы шли, но из красивой арки никто так и не вышел… Жрецы объясняли это тем, что среди смельчаков не оказалось достойных, но поползли очень нехорошие слухи, народ был возмущен… Дошло до того, что служители Храма стали бояться выходить на улицу, но, похоже, их просто сделали козлами отпущения. Что происходило с попавшими внутрь, молодые боши не рассказали даже клановым другим. В конце концов властям все это надоело, вход в лабиринт основательно засыпали и выставили немногочисленное охранение. Потом были раскол и смута, боги ушли, о страшном месте забыли.

— И что в этой легенде такого страшного, ну пропали люди, не пройдя испытание, где жуть-то? — История выглядит просто очень странной, не более того. К моему мнению присоединился и Декстрена.

— Верховный форух, поясните. Я слышал о Лабиринте и раньше, да и читал кое-что, ничего особо страшного в этом рассказе нет.

— Конечно, нет, ведь я еще не закончил, история имеет продолжение, но известно об этом немногим. Великая война, наконец, закончилась, магия понемногу стала уходить из мира Рамеи, но особой тревоги этот факт пока ни у кого не вызывал, кто знал, что все только начинается. Мальчишка, ровесник нашего юного барона, в горах провалился в расщелину. Парень был один, подняться наверх самостоятельно незадачливый скалолаз не смог. Кресало и кремень у мальчишки с собой имелись, не пожалев на это свою куртку, он обзавелся огнем и смог оглядеться. В дальнем углу обнаружился непонятный проход с известной нам надписью. Мальчишка ни о чем таком никогда не слышал и смело полез в проем. Торнер Калам стал первым и последним человеком, вернувшимся из этого страшного места.

— Тот самый Торнер Калам, маг невероятной мощи? Но в летописях я читал, что он был не совсем обычным разумным, человеку то, что творил этот парень не по силам. — Глаза Декстрена загорелись.

— Он был простым мальчишкой без магического дара, случайно угодившим в место пострашней темных путей. Правда об этой истории известна только другим на Синтарине и форухам моего народа. И я полагаю, далеко не вся правда.

— С другими все понятно, Торнер Калам мог сам им все рассказать, ведь он со временем был принят в один из кланов. А откуда это известно вам? — Задал очередной вопрос Гербан.