Кровавый Дозор (СИ) - Дорофеев Николай В. - Страница 38

Когда я проснулся, бодрый и отдохнувший, оказалось, что кот действительно сладко спит у меня на груди и немного спирает мне дыхание. Осторожно опустив его на пол, я поднялся и решил немного размяться в сторону гаражей, на это раз без него, пусть себе спит дальше.

На следующий день я все-таки продолжил наведение порядка. Чтобы меньше был слышен запах гари, я нашел какие-то Светкины духи и обильно окропил комнату, но стало только хуже - кто же знал, что достаточно было только чуть-чуть сбрызнуть! Опять пришлось открывать настежь окна и идти с Егором гулять на улицу, потому что находиться в квартире снова стало невозможно.

Кот вел себя так, как будь-то давно уже привык к подобным прогулкам и с удовольствием меня сопровождал. Собак он презрительно игнорировал, зато коты вызывали у него определенный интерес, особенно, кошечки, и мне приходилось время от времени брать его на руки, чтобы он случайно не сбежал к какой-нибудь Мурке. Нужно будет найти ему кого-нибудь по кошачьим объявлением, иначе есть риск его потерять.

Телефон мой по прежнему молчал, и кроме приведения квартиры в божеский вид, других дел у меня не было. До первого матча Чемпионата Мира по футболу между Россией и Саудовской Аравией оставалось чуть меньше двух недель, мне уже не терпелось окунуться в телевизионный шум Лужников, но даже этого приходилось ждать, ждать и ждать.

Придя домой и опасливо открыв дверь, я обнаружил, что духи тоже имеют свойство испаряться, и теперь в квартире просто слегка пахло Светой. Я невольно начал вспоминать ее губы, волосы, ее взгляд, когда она смотрела на меня, ее голос… Оказалось, что я ужасно соскучился и если разобраться, то что я здесь делаю, один, в городе? Может, стоить поехать к ней в село, даже несмотря на запрет Гесера? Ведь уже скоро неделя, как он него ни слуху, ни духу, он что, считает, что я год буду сидеть здесь под домашним арестом, ожидая его вердикта? Решив все-таки дать ему еще пару дней на принятие решения, я от нечего делать включил телевизор. В новостях передавали, что в преддверии начала Чемпионата мира, в Россию, и особенно, в Москву, усиленно начали прибывать туристы со всего мира. Гостиницы и хостелы переполнены, многие москвичи за дурные деньги сдают свои квартиры, а сами перебираются к родственникам или уезжают на дачи, у кого они есть. Я вспомнил слова Хозяина Хозяев о любви вампиров к футболу, и похолодел. Наверняка ведь с толпами туристов в Москву сейчас приезжают тысячи вампиров, Саушкину не нужно даже специально созывать их, они сами слетаются к нему, как мотыльки на свет. Знает ли об этом Борис Игнатьевич? А может быть, молчание Гесера как раз и связано с тем, что он готовит Ночной дозор к отражению атак армии вампиров? Praemonitus, praemunitus - кто предупрежден, тот вооружен, после разгрома европейских Дозоров и Инквизиции, следующим шагом нужно ожидать нападения именно на московские Дозоры! В этой ситуации я для Гесера не более чем песчинка в пустыне, только так я и могу объяснить полную потерю интереса к своей особе.

Пройдясь по каналам, я остановился там, где в очередной раз показывали “Титаник”. Помню, что Света неоднократно смотрела этот фильм, причем, каждый раз со слезами на глазах, а я постоянно подкалывал ее репликами, типа:

- А вот если бы вместо Розы у Джека была резиновая баба, он бы не утонул!

Света, конечно, ругалась на меня за подобные глупости, но немного отвлекалась от фильма и досматривала уже более спокойно.

Неожиданно для самого себя, я увлекся сюжетом, и оказалось, что до этого дня я ни разу не видел “Титаник” полностью, от начала до конца. История любви Джека и Розы, над которой раньше я мог посмеиваться и шутить, сначала заинтересовала, а затем так захватила меня, что к концу кинокартины мне уже казалось, что это не Джек замерзает среди льдин в холодном море, а я сам изо всех сил держусь на поверхности и вот-вот уйду под воду. Я как то видел фильм о фильме, как снималась эта сцена в безопасном павильоне, но во время просмотра все было по другому, очень реалистично. Я по настоящему покрывался льдом и мечтал только о том, чтобы выжила моя любимая. Неподалеку погружался в пучину “Титаник”, айсберг, почти не заметив столкновения, уже скрывался вдали, кричали в ужасе люди, все было очень по настоящему, и только в глубине своего сознания я понимал, что сижу в теплой квартире и просто смотрю телевизор. Окончательно я пришел в себя только тогда, когда Джон начал уходить под воду, но меня трясло так, как будь-то это я действительно провел пару часов среди льдин и чуть не отморозил себе всю нижнюю часть тела. Отдышавшись, я понял и Свету, и то, что свои 11 “Оскаров” фильм получил совсем не зря. Но никогда ей в этом не признаюсь.

Утром меня разбудил кот. Обычно спокойный и даже по кошачьи вальяжный, сегодня он вел себя очень странно. Стоило только рассвету заглянуть в окно нашей спальни, как Егор начал становиться на задние лапки перед моей постелью, но не запрыгивал ко мне, как уже неоднократно бывало, а жалобно фыркал и мяукал, пытаясь меня поднять.

- Погоди немного, - сонно отмахивался я от него, - Гулять пойдем немного позже, вот посплю еще немного и пойдем.

Но кот и не думал успокаиваться, пришлось все-таки взять его к себе в постель и осмотреть - носик чистенький, ушки тоже, животик мягенький, ну, вроде, все в порядке. Я начал его гладить, надеясь еще поспать. От моих прикосновений кот немного притих, но временами все равно нервно оглядывался по сторонам, прял ушками, а кончик хвоста подрагивал, выдавая его напряжение и беспокойство. “Может, приболел? Или чует что-то?” - подумал я. - “Нужно будет ветеринару показать на всякий случай”. А еще вспомнил, что недавно видел передачу, в которой рассказывалось, как многие животные, и коты в их числе, могут нервничать накануне землетрясений, ураганов и даже цунами. Землетрясения и цунами в Москве практически исключались, но я на всякий случай взял с тумбочки смартфон и просмотрел сводку погоды - синоптики обещали теплый пасмурный день без осадков и почти без ветра, так что вариант с ураганом тоже пришлось отбросить. Может, я вчера забыл его покормить, он проголодался и хочет кушать? Пришлось таки подняться, насыпать ему сухого корма и открыть баночку кошачьих консервов, запах от которых был намного лучше, чем от обычных, которые я покупаю себе. Как-то раз я даже попробовать хотел, но Егор тогда так укоризненно на меня посмотрел , что я высыпал всю банку ему, а сам пошел грызть колбасу. Судя по тому, как он уплетал свой обед, у него было вкуснее.

Но сегодня кот даже не прикоснулся к своей еде. Он терся у моих ног и делал короткие пробежки в сторону двери, как будь-то приглашал меня выйти с ним погулять. “Наверное, снова кошку с подоконника увидел” - успокоил я сам себя и, больше не обращая внимания на его безумное поведение, пошел в ванную бриться и чистить зубы. Приведя себя в порядок, я включил телевизор, чтобы посмотреть последние новости, и неожиданно наткнулся на трансляцию “Лебединого озера”. У большинства людей, выросших в бывшем СССР, прекрасная, полная трагизма музыка Петра Ильича Чайковского стойко ассоциировалась с глобальными неприятностями государственного масштаба, поэтому как только я ее услышал, как тут же невольно сопоставил с поведением кота. “Что-то все-таки назревает”, - еще успел подумать я.

Металлическая входная дверь, столько лет успешно защищавшая наше жилище, жалобно скрипнула и тут же взорвалась. Точнее, не взорвалась, а с грохотом, напоминающим взрыв, вместе с кусками стены влетела во внутрь квартиры. Все заволокло клубами серой цементной пыли, снова сведя на нет все мои попытки привести жилье в божеский вид. “Света точно убьет меня, и никакие отговорки меня не спасут!” - успела мелькнуть безумная мысль, но уже в следующую секунду я понял, что никакие отговорки мне уже и не понадобятся.

Не обращая внимания на пыль, в образовавшейся амбразуре появился Мастер вампиров. Аккуратно переступив через исковерканный металл, он величественно и не спеша вошел в квартиру. За его спиной я успел заметить еще двоих в черном, но, не имея разрешения на вход, они остались ждать своего Хозяина наруже. Выглядел он абсолютно спокойным, задумчивым и немного уставшим. Наверное, это должно было навести меня на мысль о том огромном грузе ответственности, что лежит сейчас на его плечах или продемонстрировать мне важность данного момента. Не знаю точно, но сразу стало понятно, что ничего хорошего от этого момента мне ожидать не приходится.