Эпоха переселения душ (СИ) - Невзоров Виталий - Страница 95

Пристально всматриваясь в перстень, лежащий на подставке, маг начал какие–то странные манипуляции. Лайла внимательно следила за ним, но Витольд вдруг произнёс, прервавшись на мгновение:

— Не напрягайся, сходи переоденься, приготовь оружие и тому подобное. Эта магия пока ещё не для тебя, ты тут мало чего поймёшь, только время потеряешь.

— Да нет, я тебе кровь приготовила, — Лайла подала ему каплю своей крови в лунке предметного стекла, — не буду мешать, успехов!

Лайла не преминула тут же воспользоваться советом и исчезла из комнаты.

Вася поёжился, в лесу было сыро и холодно. Однако, он набрался силы воли, сделал несколько приседаний, сходил к ручью и умылся ледяной водой. Стало легче, хотя и не теплее. Стараясь не шуметь, он собрал немного хвороста, и подбросил его в уже почти потухший костёр. Минут десять раздувания углей и подбрасывания сухих щепок, наконец, вознаградили его весёлым потрескиванием оранжевых язычков пламени. Постепенно кровь разогналась в жилах, а жар от огня начал припекать.

Всё утро Вася прислушивался к звукам в лесу, даже пытался прощупать мысленно, на астральном уровне округу. Было чисто, ему не удалось заметить ничьего присутствия. Рассветало, и вскоре вышедшее солнышко просушило росу. Вася прикинул: «сейчас должно быть около девяти утра. Хотя — нет! Кира говорила, что мы находимся весьма северно, наверное, даже меньше, лето ведь». Несколько раз мелькала мысль о том, что пора бы и двигаться куда–то, но каждый раз, бросая взгляд на спящую спутницу, он осаждал себя: «пусть поспит, вымоталась она, да если честно, и некуда мне особенно спешить». Глядя на курносый нос, и мелкие острые черты лица девушки Вася невольно мысленно возвращался на Харьковский вокзал. Образ Нины, оседающей на асфальт с кровавыми отметинами от автоматной очереди, вставал перед глазами, стоило ему хоть чуть–чуть расслабиться. Вчера было не до воспоминаний, еле сам выжил. Проскакивал и мысленный вопрос: «хотя, может, и не совсем выжил? Да нет! Я мыслю, следовательно, существую! Или, может, это не я мыслю?».

Присев спиной к костру, Вася попытался выбросить всякие воспоминания из головы и сосредоточиться на обдумывании текущих проблем, но как назло, чем решительнее он собирался с мыслями, тем больше в голову лезли старые воспоминания, тем чётче вырисовывалась не весёлая перспектива обратного возвращения. Всё более и более отчётливо приходило понимание, что обратно дороги, скорее всего, вообще нет, он умер, как и умерла девушка, которую он любил… или, наверное, любил… он никак не мог сформулировать чётко мысль. Несмотря на яркость воспоминаний, Вася ловил себя на мысли, что не может в подробности представить себе мысленно Нину. Почему–то он мог вспомнить, какой она была на фотокарточке, оставшейся в казарме в тумбочке, но когда пытался вспомнить её живой, реальной, контуры оказывались расплывчатыми не резкими, какими–то нарисованными, не реальными.

За такими мыслями и застала его Кира, очнувшись от сна:

— Доброе утро! — девушка посмотрела на солнце и резво вскочила на ноги, — Хотя, какое там утро! День уже давно!

— И тебе доброе утро!

— Чего такой кислый? Мог бы и пораньше меня разбудить! Если мы столько спать будем, то никуда не уйдём!

— Извини, я задумался.

— Лучше попробуй выловить что–нибудь, пока я умоюсь. Только не так как вчера, нам хватит и одной рыбёшки.

— Если б это так от меня зависело! — Вася вздохнул, — я почти не контролирую свои действия, у меня есть какие–то способности, но совершенно нет ни знаний, ни опыта, чтобы их держать под контролем. Но я попробую.

Он уселся на краю водоёма, попытавшись сконцентрироваться. Не прошло и пары минут, как всплыла первая рыба. Довольно увесистая, кстати. Это вышло настолько легко, что в пору было бы удивиться. К тому же, Вася не чувствовал никакой усталости после колдовства, это было необычно. За рыбой пришлось лезть в ледяную воду, хорошо что хоть по колено. Прикинув, что в рыбе было никак не меньше килограмма, он решил, что для завтрака её вполне хватит. «Поберегу лучше силы на всякий случай» — решил начинающий маг.

Запеченной рыбой позавтракали второпях, солнце уже находилось высоко и припекало. Рассиживаться далее было просто глупо, во всяком случае, именно такую идею высказала Кира. Возразить было нечего, и вскоре путешественники направились на юг. Лес стоял такой же густой, как и вчера, и подчас приходилось продираться через непролазные дебри. Кира часто останавливалась, шикала на Васю и внимательно прислушивалась к звукам в лесу. Пока всё было спокойно, а Василий тоже ничего не ощущал в астрале.

Беда случилась неожиданно, и вовсе не с той стороны, где её ожидали. Внезапно девушка вскрикнула и пропала в кустах. Вася бросился к ней. Кира упала в глубокую яму, тщательно замаскированную ветками. Трудно было сказать, кто вырыл яму, и для кого, но то, что она являлась ловушкой на какого–то зверя, сомнений не оставалось. Судя по размерам ямы, зверь, на которого охотились, представлялся весьма не маленьким.

— Ты в порядке? — яма была глубже роста девушки, но всё же не на много. Вася вполне мог дотянуться до её руки.

— Кажется да, — Кира протянула руку и Вася, ухватив её, легко вытащил девушку из ямы.

«Какая она лёгкая!» — подумал парень, но внутренний голос сразу привёл контраргумент — «Это не она лёгкая, а Витольд хорошо поработал над твоим телом!»

— Спасибо! — Кира поднялась на ноги и, вскрикнув, осела на траву.

Вася успел поддержать её:

— Что случилось?

— Нога! Что–то с ногой, наверное, ушибла, когда падала.

Вася помог Кире сесть на траву. Обследование показало, что дело намного серьёзнее, чем можно было предположить. В области лодыжки кожа припухла, а малейшее движение вызывало сильнейшую боль.

— Или вывих или перелом, — познания Васи в медицине были минимальны, — если я не ошибаюсь, то в любом случае нужно обеспечить полную неподвижность.

— Похоже на то, — вид у девушки был очень виноватый, — только как это сделать?

— Сейчас, я найду какую–нибудь деревяшку, и придётся пожертвовать какой–нибудь одеждой, и зафиксируем ногу.

Сказать гораздо легче, чем сделать, ведь ни Вася, ни Кира с десмургией[63] не были знакомы совершенно. Возня с приспосабливанием лубка к ноге при помощи нескольких лент ткани заняла несколько часов, вконец измотав путников. Надо отдать должное, что Кира терпела боль с поразительной стойкостью. Когда с бинтованием покончили, и нога была более или менее обездвижена, а импровизированные бинты не спадали при малейшем движении, Кира спросила:

— Что делать–то будем? Мы не можем оставаться на одном месте, нас выследят гоблины и съедят.

— Будем пробираться дальше, я тебя понесу.

— Не думаю, что из этого что–то выйдет. Я хоть и лёгкая, но не настолько, чтобы со мной на руках бегать по лесу, а ты тоже, чай, не великан, — Кира с сомнением осмотрела совсем не мускулистое тело Васи.

Атлетическим телосложением он и вправду не отличался, но не зря же над ним поработал архимаг:

— Попробуем, а там видно будет, — Вася попытался своим видом вселить в девушку уверенность, которой у него совершенно не было, — меня архимаг немного тренировал. Пришла пора проверить на практике эффективность тренировок.

Нести девушку оказалось не настолько сложно, как он думал. Посадив её на плечо, он двинулся сквозь лес, в который раз мысленно поблагодарив Витольда де Льеро. Тяжёлая ноша совсем не утомляла, но существенно уменьшила ловкость, что сильно снизило темп передвижения. Теперь они уже не могли ломиться напрямую, и подчас делали значительные круги, обходя особенно густые кусты, деревья с раскидистыми низкими ветками и кучи валежника.

Кира несколько раз порывалась попробовать идти самостоятельно, ведь нога в покое практически не беспокоила, но каждый раз убеждалась, что малейшая нагрузка вызывает просто нестерпимую боль. Да и Василий попытался объяснить ей, что насколько он вообще понимал в повреждениях — покой ей совершенно необходим, а сам он, благодаря фионскому архимагу вполне в состоянии нести такой груз без всякой усталости. Кира только хмыкнула: