Отпускание. Путь сдачи - Хокинс Дэвид - Страница 77

Внезапно, без предупреждений, произошел сдвиг в осознании, и там было Присутствие, безошибочно и всеобъемлюще. Было несколько моментов страха, когда «я» умирало, и затем абсолютность Присутствия породила вспышку благоговения. Этот прорыв был захватывающим, более интенсивным, чем прежде. Нет ничего подобного в обыденном опыте. Сильнейший шок смягчился любовью, которая приходит с Присутствием. Без поддержки и защиты этой любви человек был бы уничтожен.

Затем последовал момент ужаса, поскольку эго цепляется за свое существование, опасаясь, что оно превратится в ничто. Но на самом деле, когда маленькое «я» умирает, оно заменяется истинным Я, Всеобщностью, Всем, в котором со всей очевидностью все знается как совершенное выражение его собственной сути. Вместе с разотождествлением с телом пришло понимание того, что Ты — это все, что было и может быть. Ты — полон и завершен, вне любой тождественности, вне всякого пола, даже за пределами пребывания человеком. Тебе никогда больше не нужно бояться страдания и смерти. С этой точки зрения то, что происходит с телом, не имеет значения. На определенных уровнях духовного осознания болезни тела излечиваются и спонтанно исчезают. Но в абсолютном состоянии такие явления не имеют значения. Тело пройдет своим предначертанным путем и затем вернется туда, откуда пришло. Это совершенно неважно, Ты незатронут. Тело предстает как «оно», а не «я», как посторонний объект, подобно мебели в комнате. Может показаться смешным, что люди все еще обращаются к телу, как будто это отдельный «ты», но невозможно объяснить это состояние осознанности тому, кто не знает. Лучше всего продолжать заниматься своим делом и позволить Провидению позаботиться о социальной адаптации. Однако, когда обретается блаженство, очень трудно скрывать это состояние интенсивного экстаза. Мир ослепляется ярким блеском, и люди приходят издалека, чтобы находиться в этой ауре. Привлекаются духовные искатели и любопытные, и с ними больные, а также ищущие чуда. Ты становишься магнитом и источником радости для них. Как правило, в этот момент присутствует желание поделиться этим состоянием с другими и использовать его на благо всех.

Экстаз, сопровождающий это состояние, не постоянен; также присутствуют моменты сильного страдания. Самые интенсивные из них случаются, когда состояние колеблется и внезапно прекращается без какой-либо видимой причины. Это приносит периоды глубокого отчаяния и страха, что Присутствие покинуло тебя. Такие падения делают путь трудным, и требуется огромная воля, чтобы преодолевать падения. Наконец становится очевидно, что необходимо превзойти этот уровень, иначе постоянно придется переносить мучительные «выпадения из благодати». Великолепие блаженства должно быть оставлено, поскольку ты берешься за трудную задачу превосхождения двойственности, пока не выйдешь за пределы любых противоположностей и их противоречивого напряжения. Одно дело — с радостью сбросить железные цепи эго, и совсем другое — отказаться от золотых цепей восторженного экстаза. Это ощущается так, будто ты оставил Бога, и здесь возникает новый уровень страха, о котором ранее ты не имел понятия. Это — последний ужас абсолютного одиночества.

Страх эго перед небытием огромен, оно неоднократно пытается избежать кажущегося приближения несуществования. Тогда стало очевидным предназначение этой агонии и темной ночи души. Они настолько невыносимы, что их острая боль толкает тебя к чрезвычайному усилию, необходимому, чтобы их преодолеть. Когда метание между адом и небесами становится нестерпимым, тогда нужно отпустить желание самого существования. Только после того, как это будет сделано, ты сможешь окончательно выйти за пределы двойственности, порождаемой противопоставлениями: Всеобщность — ничегошность, существование — несуществование. Эта кульминация внутренней работы — самый трудный этап, окончательный водораздел, при котором приходит абсолютное понимание, что иллюзия существования, которую ты превосходишь, безвозвратна. С этого момента уже нет пути назад, и этот призрак необратимости делает последний барьер наиболее устрашающим из всех.

Но на самом деле в этом заключительном апокалипсисе маленького «я» единственная оставшаяся двойственность существования и несуществования — сама по себе личность — растворяется во Всеобщей Божественности, и не остается никакого индивидуального сознания, которое могло бы сделать выбор. Это значит, что последний шаг делается Богом.

Дэвид Р. Хокинс