Проект «Изоляция». Возвращение - - Страница 9

– Весело, – крутя в руках очередную сигарету, произнес Молот, но в голосе проскальзывала озабоченность, а не веселые нотки. – Лучше бы я и дальше был мертвым. Нет бы, воскресили, показали чудесный счастливый город будущего, где никому воевать не надо, памятник на главной площади мне любимому, на шашлыки свозили, на охоту и рыбалку, я бы себе мольберт купил и пейзажи рисовал. Так нет, хрен тебе, а не кисти с красками, бери автомат и вперед на баррикады, а если шашлыка хочешь, не забудь РПО «Сюрприз».

Олег рассмеялся искренне, заливисто. Аркадий тоже улыбнулся.

– Молот, не злись, – примиряюще произнес Аркадий. – Мы же тебя не специально к этой дате оживляли, я работу давно начал. Просто так совпало.

Молот прикурил сигарету, которую крутил в руках.

– Просто так совпало, – тихо сказал он скорее самому себе, чем присутствующим.

Над столом повисла напряженная тишина.

– Завтра будем думать, – решительно раздавив окурок в перепоенной пепельнице, подвел он итог разговору. – Всем спать. Кстати, где мне можно тело уронить, я странно как-то себя чувствую, такое ощущение, что вешу не девяносто кило, а минимум вдвое больше.

– Спать тебе вон туда, – Аркадий указал на кровать, стоящую рядом со своей. – А насчет того, что ты весишь больше, так это мы постарались. Теперь у тебя в голове четыре кристалла арты и дисконовый скелет. Придется привыкнуть, да, кстати, ты стал сантиметров на десять выше.

Ошарашенный Мечислав опустился обратно на стул и тот жалобно скрипнул. Он налил себе полкружки самогону и залпом выпил.

– Ну, вы, мужики, учудили, – после трех минут молчания, произнес он, – и на хрена мне это?

– Без кристаллов процесс не клеился, – виновато развел руками Аркадий. – А скелет Олег просчитал. Уж, коли, возможно изменение, то почему тебя не улучшить?

– Что хотят, то и воротят, – недовольно заметил Мечислав. – Вас, кажется, об этом не просили. – И он сжал кулак, забыв, что у него в руке кружка, керамика брызнула во все стороны, Мечислав удивленно посмотрел на свою руку. – Интересно, – стряхнув с руки осколки, произнес он, – очень интересно.

– Ваша кожа на разрыв выдерживает в полтора раза больше, чем арамидные нити. Где-то около шестисот-семисот килограмм на квадратный миллиметр, – сообщила сидящая за столом Ева. – Если мое расчеты верны, то, скорее всего, вы сможете остановить пулю из пистолета Макарова.

– Ладно, – согласился Мечислав, – кое-какую пользу от ваших изысканий я вижу. Если и остальное будет полезно, то, пожалуй, прощу вам столь грубое вторжение в мой организм. Кстати, Олег, у тебя не найдется штурмового комбинезона и какого-нибудь ствола?

– Найдется, только я не знал, что вы вырастите на десять сантиметров. Думаю, вам подойдет мой запасной, мы с вами теперь одного роста. А насчет оружия, есть лазерный автомат, который я слегка усовершенствовал, а пока ждал вашего пробуждения, довел до ума еще пару деталей. И если я все верно просчитал, то в ковчеге можно будет наладить производство новой версии, которая будет весить в два раза меньше и мощнее предыдущей.

– Молодец, – похвалил Мечислав. – Я смотрю, ты до сих пор выполняешь данное мне обещание.

– Я фактически превратился в главного оружейника ковчега, – гордо заявил Олег.

– Ладно, мужики, все, пора спать, остальное завтра.

Он осторожно пожал руки, теперь силу нужно соизмерять, пока не привыкнет, а то можно поломать что-то ненароком, человеческий организм – штука хрупкая. С трудом переставляя тяжелые, как будто чужие ноги, он дошел до кровати и, быстро раздевшись, нырнул под одеяло. «Хорошо быть живым, – засыпая, подумал Мечислав, – хотя неизвестно, каково это – быть мертвым».

Олег и Аркадий несколько минут стояли возле стола, после чего, вынув из пачки последние сигареты, вышли из зала-лаборатории. Генетик чиркнул зажигалкой, прикурив сначала сигарету Олега, потом свою.

– Что думаешь? – выпустив несколько колечек, поинтересовался он у помощника.

– Не знаю, – пожав плечами, ответил Олег и глубоко затянулся. – Вроде бы это прежний Мечислав, сильный, любознательный, деятельный, но он прав, что он сможет один?

– Один он не сможет ничего, – согласился Аркадий. – Поэтому нужно ждать пробуждение объекта номер два.

– У нас даже плана нет.

– Мы это уже обговаривали. Как только мы получим результат, то будем думать все вместе. Какой смысл строить воздушные замки? До вчерашнего дня у нас было только тело в саркофаге, и оно не было Мечиславом. Дождемся пробуждения Ольги и будем строить планы.

– Опять война, – устало произнес Олег.

– Помнится, когда-то тебе очень хотелось воевать, – ехидным напомнил Аркадий.

– Я устал, слишком много оказалось войны. Молот был прав, когда отговаривал меня, только после его смерти и когда все началось сыпаться, я понял, что с автоматами могут бегать тысячи, а вот создать новый автомат могут единицы.

– Да, Олег, нас единицы. Но даже если не брать нашу внутреннюю разборку, то остается флот адмирала, и с ним что-то надо делать. Там на каждом корабле в среднем три-четыре тысячи человек, плюс те, кого смогли спасти с погибших, итого – шесть кораблей и около двадцати пяти тысяч имперцев, это в пятеро превышает силы ковчега. Я сомневаюсь, что они будут договариваться. За эти годы мы многое узнали об Империи, и наша участь в любом случае – это вечный рабский ошейник.

– Я все понимаю, – отшвырнув окурок, задумчиво сказал Олег, – и в рабы не хочу. Но чтобы этого не произошло, придется пролить реки крови. Надо по-тихому вызвать сюда всех оставшихся в живых штурмовиков, всех, кто пришел с Земли.

– Завтра я начну связываться с нужными людьми, – согласился генетик, – но сначала мы все обсудим с Мечиславом и Ольгой. Теперь рулить будут они. Если, конечно, она очнется. Спать?

– Спать, – улыбнулся Олег. – Сегодня день нашей победы, вот только оценить наш титанический труд может только Мечислав.

– Скоро это оценят все, – недобро усмехнулся Аркадий, – правда, по-разному.

Мужчины пожали друг другу руки и разошлись по комнатам. Аркадий в лабораторию, где на соседней койке спал «младенец» весом под двести кило, Олег в свою комнатушку. Но выспаться не удалось. Аркадий, влетев в комнату, быстро растолкал Олега и, ничего не объясняя, выбежал обратно. Парень понимал, что случилось что-то значимое, и уже через минуту влетел в лабораторию, не забыв при этом автомат. Но он не потребовался. Мечислав по-прежнему спал, а над саркофагом Ольги был развернут огромный экран, на котором в трехмерной проекции вращался ее мозг.

– Синапсы, – произнес единственное слово Аркадий. Но Олегу и так было все понятно. Железная леди пробуждалась, теперь она полностью оправдывала свое прозвище, дисконовый скелет и жесткий характер – идеальный сплав для человека, которому вскоре предстояло прижать ковчег к ногтю.

– Объект приходит в себя, – сообщила Ева, – наблюдаю сокращение мышц, она пытается шевелить конечностями.

– Ольга Николаевна, прошу вас, успокойтесь, – стараясь говорить как можно мягче, произнес Аркадий. – Вам ничего не угрожает. Ева, открой саркофаг.

Крышка уехала в бок.

– Ольга Николаевна, вы меня слышите?

– Кто здесь? – взяв себя в руки и прекратив вырываться, спросила Железная леди.

– Аркадий Кочетов и Олег Турбин. Еще один член группы спит, так что, говорите потише. Если мы освободим вас, вы не будете делать глупостей? Позвольте нам сначала все вам объяснить.

– Хорошо, – согласилась женщина, – только одежду дайте.

– Ева, отключи ремни, – приказал Аркадий и, взяв из ящика чистый наученный комбинезон, положил его на край саркофага.

Ольга села и, совершенно не стесняясь смотрящих на нее мужчин, принялась одеваться. Надо сказать, посмотреть там было на что. Ольга всегда следила за фигурой и, даже когда совсем не было времени, крала полчаса у сна, чтобы зайти в спортзал.

– А это кто? – одевшись и выбравшись из саркофага, спросила она.

– Позже узнаете, но, думаю, вас эта встреча обрадует. Давайте присядем и поговорим, вы есть хотите?