Притяжение сумрака (СИ) - Коршунова Татьяна - Страница 38

Особенно архангелов. Кажется, они чуть не поперхнулись собственной слюной, потому — что доносившиеся с их стороны чавкающие звуки, были похожи именно на это.

Бровь Люцифера поползла вверх и он сел. Сложно было понять, о чем думал демон. Его лицо выражало что-то непонятное мне. Толи удивление, толи одобрение.

— Как… неожиданно, — спокойно произнес он.

— Ты готова все рассказать? — спросила та, что стояла напротив Вельзевула.

Светлая, бархатистая кожа, белоснежные волосы, голубые как чистое небо глаза и чувственные, не естественно, красные губы. Одетая в воздушное черное платье, она была похожа на что-то неземное и нереальное. Но что-то такое исходило от нее, что заставило меня перестать бояться.

— Готова, — произнесла я, как мне казалось тихо, но эхо разнеслось по всему залу, донося ответ до каждого присутствующего.

Мне было сложно принять решение. Нужно было просто решиться, но как же это сделать? И Харон смотрел подозрительно. Почувствовал не ладное. Зрачки расширились. Готов закричать, но я опередила его. — И… хочу это сделать истинно. Чтобы ни у кого не возникло сомнений.

Все — таки дернулся. Демон сделал шаг, но его пригвоздила невидимая сила и, посмотрев в глаза Люцифера, я поняла какая.

— Смелая, — восхищенно произнес Вельзевул.

— Твоя воля, — соглашаясь, разрешил Люцифер.

Мог бы не слушать. Не тратить время и испепелить всех без разбирательств. Но Касикадриэра все просчитала. Повелительница хорошо выучила супруга и могла предугадать некоторые его настроения.

— Буфовирт, — она повернулась к женщине с белоснежными волосами, и у той в руках возник кубок. Я не поверила своим глазам, потому-что он удивительно походил на чашу Грааля. — Астарта, — Касикадриэра перевела взгляд на пышнотелую брюнетку, и она подошла ко мне, держа в руках кинжал. Острый и необычайно красивый.

— Мы против, — делая шаг вперед, зло произнес Метатрон. Его спутники, в белых балахонах соглашаясь, закивали. — Мы не знаем, как человек попал в чертоги ада и является ли она действительно… человеком. Как хранитель светлой энергии и сильнейший из присутствующих заявляю свое право на проверку достоверности этого факта первым.

Нет. Я хотела закричать, чтобы никто не позволял этому ублюдку даже подходить ко мне, но молчала. Молчала потому — что увидела, как возле него появилась маленькая девочка с пшеничными кудряшками и хитро улыбнулась мне.

Не знаю, была ли она видна только мне или просто никто не обращал на малышку внимания, но в следующую минуту по залу пронесся смех Люцифера.

— Ты забываешься Архангел. Человек она или нет, мы итак узнаем. К тому же, каким способом… это самостоятельное решение девушки. Ее выбор.

Последнее слово забилось в моем сознании вместе с биением сердца. Вибрировало, и вибрация, с каждой секундой, росла. Я закрыла глаза и протянула руку. Думала только о том, чтобы сделать все правильно. Моя кровь не обманет. Расскажет всю правду, и никто не усомнится в ней.

— Он прав, — подтвердил Разиэль. — К тому же… мы должны быть польщены тем, что Владыка ада разрешил нам присутствовать. Здесь его территория, и он решает.

Метатрон чуть не затрясся от злости. Его самолюбие было жестоко задето, и архангел уже рисовал в голове план, как поквитается. В своей безнаказанности он был уверен.

Снова повисла тишина. Она дразнилась ожиданием. Издевалась томлением, а когда я в недоумении открыла глаза, увидела свою руку, по которой скользнуло лезвие кинжала, и в кубок потекла кровь.

Словно выдержанное вино, тягучее и насыщенное, она сочилась из вены, наполняя сосуд. Голова немного закружилась, и я качнулась, но Касикадриэра осторожно взяла меня под локоть.

Больно или страшно не было. Кажется, я могла бы смотреть на происходящее еще долго, но Астарта перевернула мою руку, а Буфовирт победно подняла кубок вверх, показывая, что дело сделано.

По залу прокатился гул вожделения. Мне не показалось. Теперь все смотрели на чашу, будто хотели ее. Облизывались и чуть ли не мурлыкали в предвкушении.

Люцифер медленно встал и через секунду оказался рядом. Кажется, я услышала не довольный рык и уже знала, кому он принадлежал. Почувствовала, как шерсть зверя вздыбилась и он оскалился.

Властитель бросил на демона подозрительный взгляд, затем взял мою руку, наклонился и слизал с вены кровь. Кожу обожгло огнем, я поморщилась, но стоило владыке отстраниться, увидела, что от пореза не осталось и следа.

Люцифер издал клокочущий звук, и кубок перешел к Вельзевулу. После к Астароту, дальше к их женам и, кочуя из рук в руки, ко всем присутствующим.

Они пробовали мою кровь, блаженно закатывали глаза, затихали, а когда открывали, у каждого лицо показывало, свое выражение. У кого — то удивление, у кого-то непонимание, а у некоторых дикую неистовую злость.

Не знаю, что чувствовал Метатрон, но светлое лицо словно почернело, а на лбу появилась испарина. Его соратники сверлили архангела взглядом, и кажется, готовы были разорвать на куски.

— Как много узнал я нового, — глядя мне в глаза, прошипел Люцифер. — Спасибо за твой дар… посвященная. Завтра состоится совет, и мы примем решение…

Теперь он все знал. Все знали. Я показала то, что испытывала и видела. То, что произошло в аду и раю. Все присутствующие в зале, увидели события моим зрением и могли сделать свои выводы.

Это их право. Дело, касающееся человека, закончено. Я была свободна… пока, но позволить себе пропустить спектакль, не могла.

Гости молчали. Переглядывались друг с другом. Ждали, когда Люцифер скажет слово. Архангелы стояли обескураженные. Им хотелось отойти подальше от Метатрона, но будто сговорившись, они взяли его в тесное кольцо, выражая свое решение.

То, что происходило дальше, для меня было странным. Демоны разговаривали на непонятном мне языке. Архангелы встревали в беседу, но речь у светлых, хоть и отличалась от демонической, для меня оказалась недосягаемой.

Иногда интонация напоминала ругань, а порой становилась вызывающей и напористой, словно решалось что-то важное.

В какой-то момент толпа зашевелилась. Началось движение, кто-то попытался пробраться к двери или применить портал, но Касикадриэра хлопнула в ладоши, и зал накрыл писк. Невыносимый и протяжный.

Я закрыла уши и почувствовала, как сильные руки скрутили в охапку и потащили в сторону.

— Не смотри. Слышишь. Только не смотри, — прошептал на ухо знакомый голос, но я и не собиралась открывать глаза. Слишком устрашающим был звук, а после крики, стоны и вздохи.

В объятиях Харона было совсем не страшно. Они окутывали теплом и защитой. Зверь держал оборону, и я знала: никто не посмеет до меня даже дотронуться.

Не знаю, сколько еще длилась звуковая вакханалия, но она прекратилась так же неожиданно, как и началась. Осторожно подняла веки и чуть не закричала.

Пол был устелен телами. Они лежали так, словно в мгновение утратили жизнь. Хаотично и неестественно. Только мужчины, в белых балахонах, набросив капюшоны, стояли неподвижно. Но их было не четверо, а только трое. Рядом, по-прежнему, находились два демона, так же покрыв головы.

Подняла глаза и устремила взгляд туда, где находились Верховные. Они устало сидели на своих креслах, опустив головы. Демоны больше не казались всемогущими и сильными. В мутных глазах затаилась печаль вперемешку с опустошенностью.

Касикадриэра стояла рядом со своим владыкой, положа руку на его плечо и тихонько поглаживая, но мужчина никак не реагировал.

Лишь когда, на мое удивление, существа начали приходить в себя и подниматься с пола, он поднял глаза и внимательно посмотрел.

— Уберите предателей, — в голосе появилась хрипотца.

Тут же в зале возникли прислужники и тех, кто не поднялся, стали уносить. Их было не много, но все же.

— Ты открыл нам глаза, — произнес один из архангелов. — Но благодарить за это не станем. Светлый царь узнает лишь о предательстве… приближенного. Остальное… Ты заслужил право вето.