Костяные часы - Митчелл Дэвид - Страница 16

Фиг с ними, с галлюцинациями. Некогда рассиживаться. Надо раздобыть еды и придумать какой-нибудь план действий. Встаю, дохожу до кольцевой развязки, а там поля заканчиваются, и я вновь попадаю в мир садовых изгородей, рекламных указателей и полосатых дорожных переходов. В небе висит жаркое марево, и меня опять донимает жажда. В последний раз я вволю напилась воды из-под крана в церкви; а в городе правила приличия не позволяют постучаться в незнакомую дверь и попросить стакан воды, хотя где-нибудь в пустынном краю такое вполне допустимо. Господи, ну где тут какой-нибудь парк с фонтанчиком или хотя бы общественный туалет, но поблизости нет ни малейших признаков ни того ни другого. Очень хочется почистить зубы: они какие-то шершавые, будто внутренняя поверхность чайника, обросшая накипью. Откуда-то из окна пахнет жареным беконом, и у меня сводит живот от голода, а тут еще, как нарочно, мимо проезжает автобус с табличкой «ГРЕЙВЗЕНД». Вот бы сесть на него и через сорок пять минут оказаться дома…

Ага, размечталась. Я представляю себе торжествующее лицо ма, когда она откроет боковую дверь и… Автобус, пыхтя, проезжает мимо, а я хмуро бреду под железнодорожным мостом. Впереди виднеется улочка с магазинами и газетным киоском, где наверняка можно купить бутылку воды и пачку печенья. Рассматриваю вывески: магазин христианской книги, магазин товаров для вязанья, букмекерская контора, магазин детских конструкторов и моделей самолетов фирмы «Эрфикс», чуть дальше – зоомагазин с облезлыми хомяками в клетках. Почти все магазины закрыты, и в целом улица имеет весьма унылый вид. Что ж, привет, Рочестер. А дальше что?

Вот телефонная будка, красная, как клубника…

Клубника… а что, неплохая идея.

Оператор справочной службы быстро находит телефон фермы Гэбриела Харти «Черный вяз», что на острове Шеппи, и спрашивает, не соединить ли меня с ним. Я соглашаюсь, и через миг в трубке слышны сдвоенные гудки. На моих часах 08:57. Для фермы не слишком рано, даже в воскресенье. Но трубку никто не берет. По совершенно непонятной причине я ужасно нервничаю. Если через десять гудков мне так никто и не ответит, то придется повесить трубку. Значит, не суждено.

На девятом звонке трубку все-таки снимают:

– Да-а?

Я просовываю в щелку десять пенсов:

– Здравствуйте. Это ферма «Черный вяз»?

– Да вроде бы так, – хрипло и невыносимо тягуче откликается трубка.

– Вы мистер Харти?

– Ну, с утра вроде был.

– Простите, а нужны ли вам сборщики урожая?

– Нужны ли нам сборщики урожая? – (В трубке слышно, как где-то заходится лаем собака и женский голос кричит: «Борис, заткни пасть!») – Да-а.

– Мой знакомый пару лет назад работал у вас на ферме, и, если вы не против, я бы тоже хотела у вас поработать. Если можно. Пожалуйста!

– Клубнику собирать доводилось?

– Да, только не на ферме, хотя я привыкла к тяжелой работе… – Тут я очень вовремя вспоминаю ирландскую двоюродную бабушку Эйлиш. – Я тете в огороде помогала, а огород у нее просто огромный, так что не боюсь испачкать руки.

– Значит, у нас, фермеров, руки всегда грязные, так?

– Я просто хотела сказать, что не боюсь тяжелой работы и могла бы начать хоть сегодня. – Пауза. Очень долгая пауза. Очень-очень долгая. Наверное, придется скормить автомату еще монетку. – Мистер Харти? Алло? Вы меня слышите?

– Да-а. По воскресеньям ягоду не собирают. Во всяком случае, у нас, на ферме «Черный вяз». По воскресеньям мы даем ягоде возможность подрасти. А собирать начнем завтра, ровно в шесть. Кстати, у нас есть общежитие для работников, но предупреждаю: это не отель «Ритц». И горничных у нас нет.

Блеск!

– Отлично! Значит… вы меня берете?

– Тридцать пять пенсов за поддон. Полный. Без гнилья. Иначе придется все перебирать. И чтобы без камней, не то сразу выгоню.

– Хорошо-хорошо. Так можно подъехать?

– Да-а, давай. Тебя как звать-то?

Вне себя от облегчения, я сдуру выпаливаю «Холли!» и запоздало соображаю, что разумней было бы назваться вымышленным именем. Прямо передо мной на железнодорожном мосту висит реклама сигарет «Ротманс», и я говорю: «Холли Ротманс» – и снова жалею об этом. Нет, чтобы выбрать что-нибудь заурядное, вроде Трейси Смит, но теперь уж ничего не поделаешь.

– Значит, Холли Боссман?

– Холли Ротманс. Как сигареты.

– Сигареты? Сам-то я трубку курю.

– Как мне добраться до вашей фермы?

– Наши сборщики сами как-то добираются. У нас тут такси нет.

– Я знаю, потому и спрашиваю, как к вам ехать.

– Очень просто.

Черт побери, надеюсь, что так! Если он будет продолжать в том же духе, то у меня кончатся монетки.

– А все-таки как до вас добраться?

– Перейдешь через мост на остров Шеппи, спросишь, где тут ферма «Черный вяз». – И Гэбриел Харти кладет трубку.

Рочестерский замок высится на берегу реки Медуэй, будто гигантский игрушечный макет; у железного моста стоит на страже большой черный лев, и я, проходя мимо, глажу ему лапу – на удачу. Опоры покряхтывают и стонут, когда по мосту проносятся тяжелые грузовики, а мои стертые ноги ноют, но я страшно довольна собой: всего сутки назад я сама была как та кровавая мозоль, а теперь договорилась насчет работы и ночлега, так что следующую неделю не о чем беспокоиться. Ферма «Черный вяз» – как раз такое место, где можно залечь на дно и подсобрать деньжат. Представляю себе, какие потрясения сегодня ждут Грейвзенд, прямо как бомбы, одна за другой. Папа наверняка сходит к Винни: «Доброе утро! Это вы спите с моей несовершеннолетней дочерью? Дайте-ка мне с ней поговорить!» Бабах! Морда у Винни вытягивается, как у хорька. Бабах! Папа бросается домой и сообщает ма, что у Винни меня нет. Бабах! Ма сразу вспоминает ту самую пощечину. Потом сама чешет к Винни. Дерьмо, прошу любить и жаловать, это Вентилятор. Вентилятор, познакомьтесь с Дерьмом. Ма размазывает Винни по стенкам и мчится к Брендану и Рут, проверять, не отсиживаюсь ли я у них. Брендан ей докладывает, что вчера утром я собиралась к Стелле Йервуд, и вместе с ма отправится к ней. А Стелла вся такая: «Что вы, миссис Сайкс, она ко мне не заходила, да меня и дома-то не было, так что я понятия не имею, где она», но соображает, что баллистическая ракета уже несется прямо к ней. Пройдет понедельник, затем вторник, и в среду наконец позвонят из школы и спросят, почему меня нет на экзаменах. Мистер Никсон сурово скажет: «Миссис Сайкс, я правильно понимаю, что ваша дочь исчезла в субботу и до сих пор не появилась?» Ма пролепечет что-то насчет семейной размолвки. Папа тут же начнет допытываться, как все дело было и о каком «легком шлепке» идет речь. Легкий шлепок, говоришь? Бабах! Бабах! Бабах! И тут ма сорвется, завопит: «Да что за хрень, Дейв?! Я же тебе рассказывала!», а потом уйдет на кухню, будет смотреть вдаль, за реку, и думать: «Ведь девочке всего пятнадцать! С ней что угодно могло случиться…» Ничего, пусть помается.

Внизу, над рекой, истошно вопят чайки.

Под мостом тарахтит полицейский катер. Я иду себе дальше.

Вон впереди бензозаправка «Тексако» – и магазин при ней открыт.

– Где здесь лучше всего голосовать, чтобы добраться автостопом до Шеппи? – спрашиваю я у парня на кассе, получив сдачу, две жестянки «Танго», двойной сэндвич и пачку крекеров «Ритц»; заветные 13 фунтов 85 пенсов уменьшаются до 12 фунтов 17 пенсов.

– Сам я автостопом не езжу, – говорит он, – но, наверное, лучше всего попытать счастья на кольцевой развязке в Чатем-Хилле.

– А как туда добраться?

Парень из «Тексако» не успевает ответить, потому что в магазин входит молодая женщина с малиновыми волосами, и он не может оторвать от нее глаз.

Приходится напомнить ему о себе:

– Простите, но все-таки как добраться до Чатем-Хилла?

– От заправки свернешь налево, минуешь первый светофор, гостиницу «Стар Инн» и поднимайся на холм, до башни с часами. Там свернешь налево, в сторону Чатема, пройдешь мимо больницы Святого Варфоломея и продолжай идти прямо, пока не доберешься до автомагазина «Остин-Ровер», он как раз у кольцевой развязки. Там выставляй большой палец и жди, пока к тебе не подкатит рыцарь на сверкающем «ягуаре». – Он нарочно выпаливает все это скороговоркой, чтобы было трудней запомнить. – Может, сразу повезет, а может, придется прождать пару часов. С автостопом никогда не знаешь наверняка. И попроси, чтобы тебя высадили у поворота на Ширнесс, – если окажешься в Фавершеме, то заедешь слишком далеко. – Он поправляет мотню и поворачивается к женщине с малиновыми волосами. – Чем вам помочь, красавица?