Трудиться. Учиться. Влюбиться?.. - Бирюкова Инна Андреевна - Страница 43

Вот, например, сейчас переплетенные пальцы живо напомнили мне мордочку печального суслика. Не в силах сдержать смех, я сдавленно прихрюкнула, явно нарываясь на новое нравоучение.

— Лета, не отвлекайся.

Зануда.

С губ слетели зазубренные до тошноты слова. Сила заворочалась внутри меня, забурлила мощным потоком, ища лазейку, стремясь трансформироваться во что-то стоящее.

Потерпи, сейчас выпущу.

Всего пара слов и… Ничего.

Волосы напряженно вглядывающегося в меня мага всколыхнуло слабым порывом ветра.

Грозные седобородые архимаги смотрели на меня со своих цветных стекол еще укоризненнее, чем обычно.

Я убрала челку со взмокшего лба.

— Не вышло.

Наставник продолжал настороженно озираться.

— Похоже на то, — наконец произнес он неуверенно.

В этот момент все витражные стекла лопнули, и с леденящем душу звоном вниз понеслись огромные осколки.

Я завизжала, закрывая голову руками.

Ян бросился ко мне, повалил на пол и в последний момент накрыл нас обоих щитом.

— Порядок? — севшим голосом произнес он, когда стеклянный дождь кончился.

— Не поджарю, так заколю, — выдавила я и с чувством выполненного долга грохнулась в обморок.

В общем, за порчу казенного имущества по шее от Верховного мы получали вместе. Я — в качестве основной виновницы локального апокалипсиса; маг — в качестве не справившегося со своими обязанностями наставника. Я попыталась было вякнуть, что как раз с обязанностями он и справился — мы-то оба остались живы! Но Ян тут же наступил мне на ногу, так что пришлось прикусить язык.

Но и на этом, как оказалось, неприятности только набирали обороты.

Едва мы, раздосадованные и злые, вышли из директорского кабинета, маг заявил:

— Отправляйся в библиотеку и набери у господина Мерсьера побольше учебников по истории магии.

— Зачем это? — насторожилась я.

— Ты что, забыла о докладе для госпожи Фриды?

Я застонала.

— Ты же не заставишь меня писать его сейчас?! Все каникулы впереди, что я, не управлюсь?!

— Ну что ты, я же не изверг какой. Просто потом у тебя не будет доступа к библиотеке. Так что книгами запасись основательно. Я не совсем в курсе, что там тебе еще назадавали, но, думаю, ты разберешься.

— Как это не будет доступа? Господин Мерсьер уходит в отпуск?

— Нет, в отпуск уходишь ты.

— Ян, объясни толком! А то я уже хочу тебя пристукнуть, но еще не знаю за что!

— Хорошо. Завтра я уезжаю. А ты отправляешься к отцу. Подумай сама: все разбегутся, тебе будет здесь скучно. А так хоть проведаешь Каролину и Марго. С Верховным я уже договорился.

— Ах, договорился? — я недобро прищурилась. — Ты же мне обещал!

— Знаю, но…

— Ты обещал, что каникулы мы проведем вместе!

— Да, но послушай…

— Вместе — это значит вдвоем!

Маг мученически вздохнул.

— Знаю, что обещал, Лета. Но это действительно важно! Чтобы получить магистра первой степени, мне нужно защитить свой доклад по технике применения боевой магии перед Советом! И потом, я провожу тебя к отцу, а это дней пять пути — вместе, как ты и хотела.

— И ты променяешь родную жену на сборище этих старикашек?!

— Лета, прости, но дату защиты назначал не я. А не явиться туда просто невозможно.

— И давно ты ее знаешь, эту дату?

— Неделю назад ко мне послали вестника. Не сердись, я просто не хотел тебя расстраивать во время сессии!

— Но это несправедливо!

— Это всего на один месяц. Оставшиеся два я буду в полном твоем распоряжении.

— Тебе говорили, что ты трудоголик?

— Да, и неоднократно. Но, между прочим, я забочусь о нашем будущем! У магистра первой степени намного больше шансов получить хлебную должность. Не будем же мы всю жизнь по трактам бродить! Рано или поздно придется где-нибудь осесть. Детей завести, в конце концов!

— Ладно-ладно. Не нужно тут меня детьми пугать!.. Ты очень умный и во всем прав! Но к отцу-то меня ссылать за что?!

— Директор не может сиднем сидеть в Академии и постоянно за тобой присматривать.

— А отец, выходит, может?!

— Выходит, может, — согласился маг. — С ним я тоже договорился.

Я поняла, что сопротивление бесполезно, и, молча развернувшись, пошла в библиотеку.

Сказать, что каникулы начались неудачно, — это не сказать ничего.