На службе у войны: негласный союз астрофизики и армии - Тайсон Нил Деграсс - Страница 69

7. Воюем за мир

Сточки зрения физики, космос – поле битвы. Магнитные поля гигантской силы пронизывают ледяную пустоту пространства. Языки плазмы срываются с поверхности солнц. Черные дыры разрывают на части и проглатывают любой пролетающий мимо них объект. Космические лучи, гамма-лучи и рентген уничтожают малейшую искорку живой материи на своем пути. Младенчество и юность любой планеты проходят под нескончаемой бомбардировкой ее поверхности градом космических камней. Ежедневно миллионы гигантских звезд по всей Вселенной взрываются, извергая в окружающее пространство свои обогащенные металлами внутренности, распространяя ударные волны и жесткое излучение на много световых лет вокруг. Целые галактики, каждая из которых состоит из сотен миллиардов звезд, сталкиваются и сливаются. Это ждет и наш Млечный Путь, которому суждено через несколько миллиардов лет столкнуться с Туманностью Андромеды. Да и в нашей Солнечной системе стометрового размера астероиды примерно раз в тысячелетие врезаются в Землю на скорости до 50 000 миль в час, взрываясь с силой 2500 атомных бомб.

Некоторые представители человеческого рода захотели дополнить весь этот космический беспредел естественного происхождения вселенским апокалипсисом собственного изобретения. Не успела кончиться Вторая мировая война, как они разработали на ближайшее будущее новый военный сценарий, гораздо более разрушительный: искусственно вызванная ядерная катастрофа на всей земной поверхности. Так начался военный ажиотаж, который продолжается и сегодня. И составленный военными «список покупок», необходимых для осуществления их планов, довольно длинный.

Война в космосе может принять две основные формы: прямая физическая атака или кибернетическая война. В самом деле, сегодня Командование военно-космических сил ВВС США ставит понятия «пространство» и «киберпространство» в один ряд. Для кибервойны не требуется физического оружия – достаточно направленного электронного воздействия. Наиболее очевидная цель такого воздействия – более 1700 действующих спутников, опутавших Землю сетью своих орбит. Из них почти половина – американские, а из этих последних пятая часть – военные, и именно на них в огромной степени опираются современные технологии ведения войны[317]. Что же касается остальных спутников, ежедневная жизнь почти каждого человека в мире, а в особенности в Соединенных Штатах, прямо или косвенно зависит от нескольких из них, знает он об этом или нет. Выведите из строя некоторое количество спутников – любым способом, – и люди внезапно лишатся возможности использовать свои кредитные карты. Им придется вновь научиться пользоваться бумажными географическими картами и планами местности, быстро отвыкнуть от возможности подключиться к надежной информационной сети и получать ежеминутные прогнозы погоды[318].

Средствами кибервойны можно вывести из строя целый космический флот без применения оружия – хотя трудно сказать, насколько точным является это выражение, ведь почти все – рука, вилка, тележка, самолет – может использоваться и уже использовалось в качестве оружия. Потенциальная сфера кибервойны шире, чем едва ли не у большинства самых разнообразных средств вооружения.

«Космический потенциал, интегрируемый в структуру военных операций, оказался важным фактором повышения боевой эффективности», – констатирует Объединенный комитет начальников штабов, делая при этом акцент на ситуационной осведомленности в космосе, стратегическом сдерживании, кибернетической поддержке и кибернетическом вмешательстве без применения оружия, а не на физическом уничтожении спутников по схеме «космос – космос», «воздух – космос» или «земля – космос». Последнее привело бы к образованию огромных масс носящихся в пространстве осколков[319]. Обломки взорванных спутников сметут все и вся на своем пути, не разбирая, свои это космические аппараты или вражеские. Но ни одна технически развитая страна не хочет быть отброшенной назад в эпоху восковых свечек, колодезной воды и электрического телеграфа. Поэтому ограниченные кибератаки и неядерные удары по схеме «космос – земля» определенно выглядят предпочтительными по сравнению с другими опциями.

В то же время военные никогда не забывают о своей конечной цели, и эта цель не ограничивается осведомленностью и сдерживанием. Командующий военно-космическими силами ВВС США высказался на этот счет совершенно ясно: «Наша работа – готовиться к конфликту. Мы надеемся, что эта подготовка будет сдерживать наших потенциальных противников и что конфликт не распространится в пространство или в киберпространство, но наше дело – быть наготове, если и когда день схватки все же придет».

Кто же в современную эпоху является нашим потенциальным противником? Конечно, Китай и Россия и снова Россия и Китай. Возьмем Китай. Даже самый поверхностный веб-поиск дает обширные свидетельства тревоги, охватывающей Америку при виде скорости и размаха ошеломляющих космических достижений Китая и его растущих планов. В ежегодном докладе Министерства обороны Конгрессу за 2016 год о китайской военной машине говорится, что в Китае «построена обширная наземная инфраструктура для изготовления, запуска и наведения спутников, управления ими и передачи данных для космических кораблей и ракет-носителей» и что Китай «продолжает развивать разнообразные средства противокосмической обороны, предназначенные для ограничения или предотвращения использования противником средств космического базирования <…> в ходе кризиса или конфликта». При этом собственная китайская система оценок, относящаяся к 2015 году, снова и снова апеллирует к принятой в стране «стратегической концепции активной обороны», включающей «приверженность доктрине «мы не нападем, если не нападут на нас, но, если на нас нападут, мы, безусловно, ответим».

Китай тоже выражает тревогу по поводу космических достижений и амбиций своих противников: «Межпланетное пространство стало господствующей высотой в международной стратегической гонке. Вовлеченные в эту гонку страны развивают свои космические силы и инструменты, и первые признаки использования внешнего космического пространства в военных целях уже налицо». Описывая ясно улавливаемые неблагоприятные тенденции на языке, не слишком отличающемся от языка своих противников, Китай клянется «внимательно следить за развитием ситуации в космическом пространстве, отвечать на угрозы и вызовы в этой области, надежно защищать свои космические средства во имя национального экономического и общественного развития и поддерживать безопасность в космосе». Эта риторика созвучна космическим амбициям Америки, хоть в ней и отсутствует вечная американская тема «превосходства в космосе»[320]. Что касается космической безопасности, то летом 2016 года Китай сделал большой скачок в этом направлении, запустив первый в мире спутник квантовой дальней связи, который обещает перспективу взломоустойчивой системы связи для любых целей, от покупки корма для домашних питомцев до военных разведывательных операций.

Допустим, некая страна скрытно установила по всему миру сеть баллистических ракет, ракет-перехватчиков и высокоэнергетических лазеров, чтобы предотвратить нападения на свои спутники. Если бы этой стране заблагорассудилось, она могла бы запросто атаковать спутники других стран, однако такой шаг был бы крайне неразумным. Зато если эта страна добавит к своей сети средства наблюдения и разведки, а также устройства радиоэлектронного подавления спутниковой связи, она получит то, что в Соединенных Штатах называется системой противокосмической обороны: систему средств защиты и одновременно нападения, обеспечивающую боевую маневренность и способность активного противодействия в целях достижения господства в космосе [321]. Существование таких технологий и доступ к ним открывают новые возможности, так же как обладание боевым полуавтоматическим карабином позволяет делать то, что нельзя делать при помощи ножа.