Бессмертное пламя - Диппель Юлия - Страница 8

Но вместо того, чтобы безжизненно скатиться с крыши, тело нападавшего превратилось в тлеющий пепел. Мужчина, которого я продолжала душить, хрипел и извивался. Когда на лобовое стекло прыгнул еще один парень, Лиззи завизжала. Она вывернула руль, машина вильнула в сторону. Все, что я могла видеть, – это кусты и стволы деревьев, которые выхватывал свет фар. «Мини Купер» перевернулся. Лиззи закричала. Передо мной что-то хлопнуло, отбросив обратно на сиденье. Отчаянно заскрипел металл, колющая боль пронзила мое плечо. Потом наступила темнота.

Резкий рывок привел меня в сознание. Когда я открыла глаза, болело всё тело, ребра и плечи горели огнем. Чьи-то руки грубо выдернули меня из машины. Я не могла долго пробыть в обмороке… Перекошенное от злости лицо появилось в поле моего зрения: это был тот тип, которого я чуть не задушила.

– Ты за это заплатишь! – едко пообещал он. А после этого схватил меня за волосы и высоко поднял. Перед глазами поплыло, но адреналин не позволил мне снова лишиться чувств. Своим телом он прижал меня к искореженному корпусу машины. Я ощутила на себе отвратительное смрадное дыхание. Одна рука крепко сжимала мои волосы, а второй он полез мне под водолазку. Этот парень был так близко, что его рот касался моего уха.

– Знаешь, он хотел, чтобы ты сдохла. Ты и сдохнешь, но теперь это будет очень, очень медленно. А сначала я с тобой немножко позабавлюсь.

Он понюхал мои волосы, а затем провел языком по моей шее. Я с отвращением отвернулась. Он засмеялся.

И вдруг… взорвался светящимся облаком пыли. Когда пыль осела, передо мной стоял Люциан, держа в руке тот самый кинжал, которым угрожал мне утром. Я глубоко вздохнула. Один раз, другой. И в итоге обессиленно сползла на землю. Люциан опустился передо мной на колени.

– Ты в порядке? – спросил он. В его глазах и голосе угадывалось беспокойство, что никак не вязалось с тем Люцианом, с которым я сегодня познакомилась. Мягким движением он убрал прядь волос с моего лица и потрогал пульс. У него были теплые пальцы. Мне удалось только слабо кивнуть.

– Спасибо, – прошептала я. На большее сил не хватило.

– Мы всех поймали, – сказал кто-то позади меня. Я знала этот голос, слышала его совсем недавно. Рядом с нами присел Тоби.

– С ней все хорошо?

– Хорошо? – Похоже, Лиззи была в истерике и безостановочно бегала вокруг того, что осталось от ее «Мини Купера». – Глаза раскрой, тупица!

Тоби многозначительно посмотрел на Люциана и поднялся на ноги.

– Лучше увести ее отсюда, – посоветовал он.

Сильные руки подхватили меня под спину и под колени. Люциан поднял меня легко, как игрушку. Нос уловил запах прохладного морского бриза и теплого летнего дождя. Моя голова лежала у него на груди. Краем уха я слышала пререкания о том, кто в какой машине поедет и кто поведет, но не придавала им значения. Уже в третий раз за день я потеряла сознание.

Глава 4. Судьба, предрешенная печатью

Коридор был целиком отделан пластинами из нержавеющей стали. На потолке тускло светились квадраты матового стекла. Я босиком бежала по коридору в поисках выхода. Тихий топот моих голых ступней по полу был единственным звуком, пока у меня не вырвался мучительный крик. Внезапно я оказалась на каталке в какой-то комнате. Как и проход, она вся стальная. Спиной ко мне стоял мужчина. Судя по халату, он врач.

– Как сегодня твое самочувствие, Ариана? – поинтересовался он и приблизился ко мне со шприцем. Рукав моей голубой пижамы закатан до плеча. Мужчина протер спиртом небольшой участок кожи у меня на руке.

– Что вы делаете? – спросила я – как и всегда, когда оказывалась в этом кошмарном сне. Он улыбнулся мне, но улыбка не достигла глаз. Они оставались холодными.

– Я делаю так, чтобы ты почувствовала себя лучше, Ариана, – ответил он.

Его лицо расплылось. Я моргала, но не могла пересилить это оцепенение. Когда я в пятый раз зажмурилась и вновь открыла глаза… я лежала на лугу. Это что-то новенькое. Стояла поздняя ночь, вдалеке слышались голоса. Они спорили. Я перевернулась как можно тише, чтобы меня не заметили. В паре метров от меня стояли Люциан и хрупкая женщина. Кофейного цвета волосы завязаны в конский хвост, который подпрыгивал в такт ее яростным движениям.

– Не надо, Люциан. Совет бездействует, но если они испугаются, то их решения очень быстро станут единогласными. И поверь мне, если кто и может внушить им страх, то это ты.

– Плевать я на них хотел. Он был моим наставником и лучшим другом!

– Не делай глупостей, Дариус отправит по твоему следу всех брахионов, которых сможет найти.

– Они не настолько глупы, чтобы слушаться его приказов.

– У них не будет выбора! Люциан, пожалуйста! Я не хочу тебя потерять.

– Я не могу по-другому, Мел.

Вдруг они исчезли, а я начала падать. Чужие руки попытались поймать меня, удержать, но я продолжала свой полет.

А потом я открыла глаза.

И сразу поняла, что что-то не так. Это была не моя комната. Тем не менее полосатые обои и старомодный торшер выглядели знакомыми. Что я делала в кровати Лиззи?

– Не переживай, это был всего лишь кошмар.

Бархатный голос с хриплым оттенком молниеносно вернул мне все воспоминания. Я выпрямилась. Ну, по крайней мере, сейчас я точно недолго провалялась в обмороке: за окном еще царила темнота.

У окна Люциан развалился в глубоком кресле Лиззи. Одна нога свисала с подлокотника, пока он листал модный журнал, изо рта торчал леденец на палочке. Он даже не повернулся в мою сторону, просто перелистнул следующую страницу.

Как я попала к Лиззи? Где она сама? И главное, как давно здесь сидел Люциан?

Я не отрывала от него взгляда. Тишина в комнате становилась все более ощутимой, пока он наконец не вздохнул:

– Мне уйти? Я не особенно люблю, когда на меня пялятся. Начинаю жутко стесняться и нервничать. – Он состроил невинную мордашку и перекатил языком леденец во рту.

С тихим стоном я рухнула обратно на подушку. Я даже не знала, что хуже: то, как бесподобно он меня только что поприветствовал, или то, что он сидел рядом, пока я была в отключке.

– Пожалуйста, скажи, что всё это мне просто приснилось, – пробормотала я еле слышно. Но Люциана не смутил риторический характер вопроса.

– Понимаю, что очень трудно не мечтать обо мне во сне, малышка. Но придется тебя расстроить: все было по-настоящему, – по одному его тону я буквально видела, как ехидная улыбка расцветала у него на лице. Я закатила глаза:

– Можешь сделать мне одолжение и побыть серьезным хоть пару минут?

Какое-то время Люциан удивленно смотрел на меня, а потом опустил глаза и положил журнал.

– Я лучше пойду.

Меня охватила паника. Я одновременно и хотела, и не хотела, чтобы он ушел. Ведь если он уйдет, кто расскажет мне, что на самом деле случилось? Если он уйдет, у меня не останется ни одного доказательства, что произошедшее – не плод моей фантазии.

С другой стороны, он страшно нервировал…

– Ты можешь остаться тут, – ответила я немного поспешно и повыше приподнялась на подушке. Он тихо рассмеялся и сел обратно. Вытащил изо рта красный леденец, тщательно его разглядывая.

– И чем же я заслужил такую честь?

Я пожала плечами, отметив, что они уже не болят. Приятный сюрприз. Видимо, меня не так серьезно ранило, как представлялось по ощущениям в самом начале.

– Уж лучше ты, чем кто-то, кем ты манипулируешь, – это было правдой только наполовину. По какой-то мне самой неведомой причине в его присутствии я чувствовала себя спокойно. А в этом я сейчас нуждалась больше всего на свете.

Люциан посерьезнел. В его глазах что-то сверкнуло. И это не та искра, о которой говорят в переносном значении, а настоящая – странное серебристое мерцание. Как бы то ни было, мне так показалось, а потом она сразу исчезла. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но я его перебила: