Не боец - Плотников Сергей - Страница 7

Что такое клан? Это семья или несколько родственных семей, объединившихся для защиты и продвижения своих интересов и зарегистрировавших свои притязания официально. По сути, все японские национальные корпорации можно считать терминальной стадией развития клана[17]. Ещё к кланам приравнены Дома вампиров, Древа эльфов и прочие объединения пришлых.

Думается мне, государство официально стало считаться с кланами именно из-за граждан-гостей: японцы и к людям-чужакам не особо радушно всю свою историю относились – а тут иномирцы. Которые в ответ волей-неволей стали держаться анклавами. Что ж, в этом случае план сработал на сто процентов – вампиры, глядючи на людей, заново промеж собой поделились на дома, оборотни-звероухие – на прайды, и так далее… Кстати, о вампирах.

Я остановился, так и не нажав на кнопку вызова лифта, вертя в голове неожиданную мысль. А ведь точно – извлечённую из моего тела Мелиссу вряд ли смогли перевезти. Если по логике – уже начавшая внедрение в чужое тело нимфа должна быть предельно уязвима, ведь её от внешней среды до поры защищает сам носитель. А поскольку Мел-тян успели спасти – то выхаживают, получается, где-то здесь. А где? Ответ прямо-таки напрашивается: интенсивная терапия. Там, где я сам очнулся от комы.

Из-за глупого приступа любопытства пришлось вместо лифта тащиться к пожарной лестнице, а по ней – на десять пролётов вверх. Лифтовые стволы на каждом этаже открываются в мини-холле, где свой ресепшн и дежурные сёстры. Всех, кто пришёл не по делу, они заворачивают прямо на месте – и правильно, госпиталь не место для прогулок! Но если выйти у дальнего конца коридора и не пялиться по сторонам, а деловито идти типа по своим делам – фигуру в белом халате оставят без внимания. Тем более, я сам в интенсивной терапии лежал первые две недели и на этаже сносно ориентируюсь, не буду тупить. Ещё один плюс – в палату заходить не нужно, панорамные внутренние окна позволят всё рассмотреть из коридора. Так, вот я и на месте.

Окна в коридор тут были сделаны не зря: в любой момент любой пациент мог начать отдавать концы – и не всегда аппаратура подавала сигнал вовремя. Ночью дежурный врач с медсёстрами по кругу обходили коридор, внимательно следя за каждым боксом. Днём такой необходимости не было – все проходящие врачи обязательно хоть вполглаза, но следили за происходящим в палатах. Вот и я сделал то же самое. Не учёл одного: от вида неподвижных тел, увитых трубками и проводами, настроение очень быстро скатилось на отметку «паршивое». Потому нужный бокс я едва не проглядел, уйдя в себя – хотя посмотреть там было на что.

Первое, что бросалось в глаза – это огромная вертикальная колба, то есть капсула, заполненная мутноватой жидкостью, через которую просматривался человеческий силуэт. Судя по всему, установка была высокотехнологичной машиной: рядом на пульте не только мерцали мониторы, но и крутилась в воздухе голограмма. Во-от, могут же, когда хотят! Глядя на подобную конструкцию, сразу начинаешь верить, что за окном 2050 год, а не девяностые годы двадцатого века, когда мобила роскошью была…

…Честно говоря, на странный ком тёмно-красной ткани, неуместно смотрящийся в палате интенсивной терапии, я внимание обратил – но сразу потерял интерес. Мало ли что там на кушетку поставили и тканью накрыли? Но это оказалось не «что». Звукоизоляция почему-то не помешала мне услышать тихий шорох полотна, в котором обнаружился капюшон. Из густой тени прямо мне в душу посмотрели два таких же тёмно-алых, как ткань глаза, отчего сердце пропустило удар… И на этом всё кончилось. Куль свернулся назад.

Только пройдя ещё половину коридора до второй пожарной лестницы, я резко остановился. Воспоминание, всё ещё висевшее перед внутренним взором, вдруг дрогнуло – и я словно другими глазами увидел бокс. Роза. Причудливые складки красной… мантии? – образовывали собой цветок розы.

«Своевременное вмешательство представителя общины Алой Розы позволило сохранить жизнь и, скорее всего, рассудок гражданина-гостя» – как вживую услышал я голос доктора Хаяте.

Этот… Эта… Это – представитель?! Понимаю теперь, почему терапевт стал завзятым вампирофобом! Бррр!!!

5

Прихлопнув рукой механический будильник, я душераздирающе зевнул, автоматически глянув на экран пом-пома – привык к наручным часам. Время прибор не показывал (видать, специально заблокировали функцию в самой дешёвой модели), зато отобразил, что показатели статов вернулись к прежним значениям. Дебаф от кровопотери прошёл. Оставалось только вяло выругаться и идти чистить зубы, раз уж встал.

Знал бы – выставил стрелку на сорок минут позже. Бегом-то я до школы добираюсь за вполне приемлемые двадцать минут даже по самому длинному пути – но с нулём выносливости бегать было так себе идеей. Ладно. Всё равно прогуляюсь шагом и прочувствую всю радость «праздника» – в первый раз в первый класс. В смысле – в первый класс старшей школы. Первый из трёх.

Прогулка по утреннему холодку (начало апреля же, не лето) настроение исправить не помогла – скорее уж наоборот. В голову лезла всякая чушь – для меня верный признак волнения. Как не волноваться – влип в такое дерь… Тьфу! И учиться буду непонятно с кем, но явно не с интеллектуальными сливками общества – муниципальная школа, да ещё и интернат. Как бы от малолетних гопников не пришлось отмахиваться, причём, возможно, из своего же класса.

Одна надежда – район вокруг Хиро явно благополучный и хороший, не нищий – тот ещё контраст с кварталом по другую сторону торгового центра, кстати. Граффити на стенах нет, всё чистенько-аккуратненько-по-линеечке и выметено. Значит, соседство с гнездом несовершеннолетних бандитов местные вряд ли потерпели бы. Хотя, блин – кто-то же грохнул в одном из проулков Мел-тян! Которая, кстати, из Хиро же и шла – я уже постфактум понял, что изрезанные шмотки на земле были в цветах школы.

По форме японского школьника можно легко определить, где он учится, и на какой ступени: в средней или в старшей. Чуть отличаются покрой и отдельные элементы вроде шейных платков, ну и, конечно же, цвета. Знаю я это потому, что в своём ещё мире некоторое время проработал копирайтером на портале, посвящённом Японии.

Копирайтер – это тот, кто статьи хреначит всякие познавательные или развлекательные, чтобы разбавить рекламу в ленте новостей ресурса, и платят ему сдельно, за количество знаков и статей. Ух, я разошёлся! Империя Восходящего Солнца – а Япония таки до сих пор Империя, с императором и всяким прочим – экзотическая для русского менталитета страна. За какую тему ни возьмись – на статью материал всяко нароешь, а то и на цикл статей. А мне, как всегда, нужны были деньги…

Уволили меня оттуда, как я теперь понимаю, потому что я им забил ленту выдачи на год вперёд, если не на два. Сам дурак, дозировать нужно было, а не вываливать всё кучей на заказчика. С другой стороны, денег прилично поднял по своим меркам, не хуже, чем с достопамятных приключений вокруг фиктивного директорства. Ещё и с комфортом сидя дома в кресле, а не мотаясь по инстанциям.

Память у меня хорошая, что бы там мне в диагнозе ни написали. Представьте, какое же удивление я испытал, немного придя в себя: эта Япония, как оказалась, во всём походила на ту, разве что иные аспекты жизни словно отражались в кривом зеркале. Та же ситуация с бытовой электроникой, например.

Рабочее место офис-менеджера без компьютера? В развитой стране двадцать первого века – невозможно! Но только не в Нихоне, где к концу десятых годов огромная корпорация не могла принять высланный договор на е-майл и требовала прислать факс. Бред? Держи карман шире! Только тут всё ещё процветают магазины и магазинчики, торгующие… видеокассетами с фильмами. Пожалуйста, вот диск блю-рей с потрясающим качеством, а рядом – он же на VHS. Про отсутствие в сотовых блютус и вай-фай вообще молчу. Я даже подумал, когда ту статью писал, что большего маразма и быть не может. А потом попал сюда…