Пандемия - Риддл А. Дж. - Страница 6

Если ответить «нет», это вызовет подозрения, и тогда от них не избавишься. Десмонд молча открыл дверь пошире.

– Чем обязан? – поинтересовался он.

– Нам позвонили насчет шума, – сказал полицейский, проходя в гостиную и не встречаясь взглядом с постояльцем. Он заглянул за диван, потом за стойку с развлекательным центром. Похоже, был у них старшим.

Через проем входа в спальню Десмонд заметил, что второй полицейский остановился перед закрытой дверью кладовой. Он приоткрыл ее и замер на месте. Окинув кладовку взглядом снизу доверху, полицейский повернулся к Десмонду:

– У вас что, нет багажа?

– Я уже отправил его вниз, – быстро соврал Десмонд, всем видом давая понять, что они зря теряют время. Надо перехватить инициативу, заставить их уйти. – Какой еще шум? Вы уверены, что не ошиблись номером?

Полицейский в гостиной закончил осмотр и наконец соизволил обратить внимание на Десмонда.

– Мистер Десмонд, вы приехали в наш город по делу или ради развлечения?

– По обеим причинам.

– В какой сфере вы работаете?

– В сфере технологий, – туманно ответил Десмонд. – Послушайте, мне грозят какие-то неприятности? Может, мне следует позвонить в американское посольство? – спросил он, повышая голос с каждой фразой. – Вы хотя бы скажете, что тут происходит?

– Как долго вы собираетесь оставаться в городе, мистер Хьюз? – гнул свое полицейский.

– Неделю. А вам какая разница?

Полицейский был непоколебим. Краем глаза он наблюдал за своим коллегой, который, положив руку на пистолет, осторожно протянул ладонь к ручке двери санузла.

Десмонд сменил тактику. Он быстро проговорил, обращаясь к охраннику:

– Я оставлю отзыв об этих безобразиях на вашем веб-сайте.

Глаза охранника расширились.

– Да-да! Как вам заголовочек: «Допросы в гестапо и говенный вай-фай»?

Охранник зыркнул на полицейского.

– Вы закончили?

Дверь санузла скрипнула. Через секунду там зажегся свет. Второй полицейский посмотрел на своего напарника и охранника. Все еще не снимая руки с пистолета, он быстро покачал головой.

– Закончили, – объявил полицейский в гостиной. – Извините, что побеспокоили, мистер Хьюз. Желаю приятно провести время в Берлине.

Все трое собрались у входной двери. Охранник взялся за ручку – и вдруг тишину разрезал скрип кожи, трущейся о стекло. Наступила тишина, троица застыла на месте, дружно повернулась в Десмонду. У него за спиной, повинуясь силе тяготения, труп Гюнтера Торне рухнул на пол. Десмонд прислонил мертвеца в углу к оконному стеклу и прикрыл его шторой, но тот не устоял. На секунду лицо трупа задержало стекло, потом тело наткнулось на батарею отопления и с глухим стуком упало на пол.

Десмонд не стал медлить. Он бросился вперед, покрыв расстояние до трех человек меньше, чем за секунду, и вложил в удар правой всю силу, попав стоявшему справа полицейскому в скулу под глазом. Голова блюстителя порядка откинулась и ударилась о железную притолоку. Он сразу же отключился.

Десмонд корпусом врезался в стоявшего между полицейскими охранника, прежде чем тот успел вскинуть руки. Второй полицейский успел достать пистолет, но Десмонд сделал быстрый разворот на 180 градусов и шарахнул полицейскому локтем в лоб. Тот врезался в деревянную дверь и, потеряв сознание, клюнул носом, уронив оружие. Десмонд подхватил с пола пистолет и направил его на охранника.

– Руки перед собой. Отойди от двери.

Охранник разжал дрожащие ладони.

– Я тебя не трону, если не будешь орать. Ясно?

Охранник кивнул.

– Почему они пришли?

– Вроде бы… им позвонили.

– Кто?

Тот лишь покачал головой.

– Не знаю.

– Кто звонил?

– Они сказали – звонок анонимный.

– В фойе есть полиция?

– Я не…

– Не ври! – Десмонд приподнял ствол.

Охранник зажмурился.

– Приехали на двух машинах. Я не знаю, кто остался, а кто нет.

– Повернись!

Охранник не пошевелился.

– Кому сказано!

Тот медленно повернулся, не в силах унять сильную дрожь. Десмонд ударил его по голове рукояткой пистолета. Охранник рухнул на пол.

Десмонд оттащил его подальше от двери, вынул магазин, убедился, что в патроннике нет патрона и пистолет на предохранителе. Он сунул оружие за пояс под рубашкой и забрал у полицейских запасные магазины. У младшего полицейского он также позаимствовал служебное удостоверение, а у охранника – рацию. Воткнув в ухо прозрачный наушник, Десмонд некоторое время слушал переговоры на служебном канале. Они велись вяло и по-немецки, но Десмонд почти все понимал.

Пора решать – лестница или лифт, парадное или черный ход.

Каждый путь отхода имел свои преимущества и недостатки. Если бежать вниз по лестнице, возникнут подозрения у тех, кто следит за камерами наблюдения, как и попытка выйти через черный ход. Остаются лифт и парадное.

Десмонд подсчитал все деньги, которые смог найти, – 312 евро. Беглецу деньги пригодятся; ему в любом случае вменят сопротивление аресту, нападение на офицера полиции и, возможно, убийство, так что ограбление, рассудил он, не сильно отяготит его участь.

В коридоре Десмонд спокойно подошел к лифту и нажал кнопку вызова. Через несколько секунд дверь открылась. В кабине стояла седоволосая женщина, не обратившая на него никакого внимания.

Пока он спускался, по рации никто не болтал. Дверь лифта открылась на нижнем этаже. Десмонд отступил в сторону, пропуская женщину.

По рации кто-то по-немецки спросил:

– Герхард, ты еще в тысяча двести седьмом?

Десмонд пристроился за женщиной.

– Герхард, ответь!

У вращающейся двери стояли и болтали два улыбающихся полицейских в форме. Расстояние – шесть метров. Заметив Десмонда, они замолчали и уставились на него.

Глава 5

Пейтон прибыла в штаб-квартиру ЦКПЗ к четырем утра. Административный комплекс, официально находящийся в Атланте, на самом деле был расположен за чертой города, на северо-западе, в зажиточном районе Друид-Хиллз округа Декалб. Предтеча ЦКПЗ был открыт в Атланте по простой причине – из-за малярии. В то время, в июле 1946 года, это заболевание доставляло здравоохранению Америки больше всего забот, особенно во влажных жарких юго-восточных районах. Размещение штаб-квартиры прямо в центре рассадника малярии давало организации существенное преимущество.

Когда Пейтон только-только начинала работать в ЦКПЗ, войти в здание можно было, попросту вставив карту в сканнер. Теперь на входе просвечивали рентгеном и обыскивали. Безопасность, конечно, хорошее дело, но ей не терпелось попасть на рабочее место и приступить к работе. На счету была каждая секунда.

Миновав кордон охраны, Пейтон направилась в Центр чрезвычайных операций ЦКПЗ – командный пункт организации, реагирующий на вспышки эпидемий. Главный зал ЦЧО напоминал Центр управления полетами НАСА. Весь этаж был заполнен рядами связанных между собой рабочих столов с плоскоэкранными мониторами. На экран шириной во всю стену была выведена карта мира с индикаторами, показывающими состояние текущих операций. В ЦЧО могли одновременно работать 230 человек сменами по восемь часов – вскоре центр будет гудеть, как потревоженный улей. Но даже в столь ранний час больше десятка сотрудников уже сидели за столами, делая звонки и вводя результаты опросов.

Пейтон поздоровалась с теми, кого знала лично, спросила, нет ли каких новостей. В конференц-зале ЦЧО пока не горел свет, но объявление на дверях возвещало, что полный сбор персонала по очагу заболевания в Мандере назначен на восемь утра.

Маркеры разного цвета на стене показывали текущую степень реагирования на чрезвычайную ситуацию. Степеней было три: первая, красная, была самая критическая. За ней шла желтая, третьей степени соответствовал зеленый цвет. Маркер на стене был желтый, что означало: ЦЧО и управление чрезвычайных операций ЦКПЗ вызвали персонал из дома и готовы оказать активную поддержку в ликвидации вспышки заболевания. Пейтон была рада это видеть.