Пандемия - Риддл А. Дж. - Страница 2

В наушниках Эммериха раздался трескучий голос доктора Финча:

– «Альфа-один», говорит «Альфа-два». Как слышите?

– Вас слышу, «Альфа-два».

– Стоим у входа в лабораторию. Разрешаете войти внутрь?

– Разрешаю, «Альфа-два». Соблюдайте осторожность.

– «Альфа-один», мы обнаружили два смотровых кабинета с металлическими столами – метра три длиной каждый, они имеют герметичную биозащиту. Остальное пространство заполнено рядами капсул – похоже на подземное банковское хранилище с клиентскими сейфами. Открыть какую-нибудь?

– Отставить, «Альфа-два». Капсулы пронумерованы?

– Так точно.

– Надо найти инвентарный список.

– Минутку. На каждой капсуле имеется диск, прикрывающий смотровое отверстие наподобие дверного глазка. В первой капсуле – кости. Человеческие. Нет, я, кажется, ошибся…

Заговорил второй исследователь:

– В моей капсуле – какое-то млекопитающее, похожее на кошку. Неизвестный вид. Похоже, ее заморозили живьем. Существо находится внутри куска льда.

До слуха Эммериха доносились щелчки отодвигаемых и закрываемых дисков, словно работал затвор фотоаппарата.

– Альфа-один, вам лучше самому спуститься. Здесь настоящий Ноев ковчег!

Эммерих двинулся вперед по захламленному коридору, не забывая об осторожности.

– Прометей, говорит «Альфа-один». Вы ведете запись видео- и аудиоматериалов от «Альфы-два», «три» и «четыре»?

Не услышав ответа, ученый остановился как вкопанный.

– «Прометей», говорит «Альфа-один». Вы меня слышите?

Эммерих послал вызов еще раз. И еще. До него донесся глухой гул, пол под ногами закачался.

– «Прометей»?

День первый

320 инфицированных

0 умерших

Глава 1

Доктор Элим Кибет наблюдал из своего кабинета с белыми стенами, как над каменистым ландшафтом северо-восточной Кении восходит солнце. Лечебно-диагностический центр Мандеры представлял собой захудалое строение в одном из наиболее обездоленных уголков мира. Его передали под начало доктора совсем недавно. Другой увидел бы в этом обузу – Элим почел назначение за честь.

Из-за закрытой двери тишину пронзил крик. В коридоре затопали, медсестра крикнула:

– Доктор, идите сюда! Быстрее!

Кого звали, гадать не приходилось. Кроме Элима Кибета, других докторов в медицинском центре не было. Все остальные после терактов разъехались. Вслед за врачами центр покинуло большинство младшего медперсонала. Правительство не согласилось выделить сельской больнице вооруженную охрану. Чиновники даже не сдержали свое обещание полностью и в срок выплачивать зарплаты, после чего хиреющий медцентр покинула еще одна волна сотрудников. Больница осталась с минимальным штатом – людьми, которым либо некуда было бежать, либо слишком увлеченными своим делом. Элим Кибет относился к обеим категориям.

Доктор надел белый халат и поспешил навстречу призывам о помощи.

Мандера – один из самых нищих округов Кении. Доход на душу населения составлял 267 долларов США в год – меньше 75 центов в сутки. Пыльный, грязный придорожный городишко находился на стыке границ трех стран: Кении, Сомали и Эфиопии. Жители Мандеры кормились с земли, едва сводя концы с концами и находя радость в малом. Они жили, окруженные захватывающей дух красотой и невыразимыми трудностями.

В регионе часто вспыхивали самые смертельные в мире болезни, но не они таили в себе главную угрозу. На деревни и государственные объекты регулярно совершала налеты связанная с «Аль-Каидой» исламистская группировка «Аш-Шабаб». Беспощадность террористов сеяла среди местных жителей смятение. Меньше года назад боевики «Аш-Шабаб» остановили идущий в Мандеру автобус и приказали выйти из него всем мусульманам. Те отказались и смешались с пассажирами-христианами. Боевики вытащили из автобуса всех до единого, не разбираясь, кто мусульманин, а кто христианин, поставили в один ряд и расстреляли. Тридцать семь убитых.

Поэтому, быстро шагая по коридору, Элим первым делом подумал: «Опять нападение „Аш-Шабаб“».

К своему удивлению он обнаружил в смотровом кабинете двух белых мужчин с длинными спутанными каштановыми волосами и такими же бородами. Посетители обливались по́том. Парень, стоявший у дверей, держал в руках видеокамеру. Второй лежал на диагностическом столе, катаясь с боку на бок с закрытыми глазами. В нос шибанула вонь испражнений и рвоты.

Две медсестры склонились над больным, проводя первичный осмотр. Одна из них вытащила изо рта пациента термометр и повернулась к Элиму:

– Сорок градусов, доктор!

Молодой человек опустил руку с камерой и схватил Элима за предплечье.

– Вы должны ему помочь!

Элим высвободил руку и отодвинул посетителя в угол, подальше от диагностического стола.

– Я помогу. Отойдите, пожалуйста.

Сначала Элим решил, что у них малярия. Эта болезнь бушевала в тропических и субтропических регионах, особенно в таких бедных, как Мандера, – город находился всего в 150 милях от экватора. По всему миру малярией ежегодно заражались до двухсот миллионов человек, почти полмиллиона умирали. Девяносто процентов смертей приходились на Африку, где от малярии каждую минуту умирал один ребенок. Посещающие Кению граждане западных стран тоже иногда ее подхватывали. Болезнь поддавалась лечению, что обнадеживало. Элим натянул резиновые перчатки и приступил к осмотру.

Пациент был на грани бреда. Он крутил головой и что-то бормотал. Задрав на нем рубашку, Элим был вынужден немедленно пересмотреть диагноз. Пространство от паха до груди покрывала сыпь.

Симптомы указывали на брюшной тиф. И эта болезнь была частой гостьей в регионе, ее вызывала бактерия Salmonella typhi, которая размножалась в стоячих водоемах. Тиф тоже не трагедия. Он хорошо лечился фторхинолонами, единственными оставшимися в больнице антибиотиками.

Надежда Элима на благополучный исход рассеялась, когда больной разлепил веки. На доктора уставились желтушные глаза. Скопившаяся в уголке левого глаза кровь медленно стекала по щеке мужчины.

– Всем выйти! – приказал Элим, замахав руками на медсестер.

– Что с ним? – поинтересовался приятель пациента.

– Освободите помещение.

Медсестры немедленно вышли, но молодой человек и не подумал подчиниться.

– Я его не оставлю.

– Придется.

– Ни за что.

Элим внимательно посмотрел на юношу. Что-то тут не так – видеокамера, гонор, приезд с непонятной целью…

– Как вас зовут?

– Лукас Тернер.

– Зачем вы сюда приехали, мистер Тернер?

– Он заболел…

– Нет, что вы делаете в Кении? И здесь, в Мандере?

– Раскручиваем бизнес.

– Что-что?

– «Кузницу городов» – краудфандинг для городских властей, – заученно объяснил Лукас.

Элим покачал головой. Что за чушь он несет?

– Вы установили, что случилось? – спросил Лукас.

– Возможно. Вам следует покинуть помещение.

– Нет уж.

– Послушайте, у вашего друга крайне опасное заболевание. Вероятно, заразное. Вы очень рискуете.

– Что с ним?

– Я не…

– Но вы же что-то подозреваете? – перебил его Лукас.

Элим оглянулся, проверяя, все ли медсестры вышли.

– Марбург, – тихо произнес он. А когда Лукас никак не отреагировал, добавил: – Подозрение на Эболу.

Потное лицо Лукаса мгновенно побледнело, отчего стало совсем белым на фоне спутанных темных волос. Он глянул на распростертого друга и попятился из комнаты.

Элим подошел к столу и сказал:

– Я вызову помощь. Сделаю для вас все возможное, сэр.

Доктор стащил перчатки, швырнул их в мусорный бак и достал смартфон. Сделав снимок сыпи, попросил больного открыть глаза, щелкнул еще раз и отправил фотографии в Министерство здравоохранения Кении.

За дверями он проинструктировал медсестер, чтобы те никого, кроме него, в палату не впускали. Через некоторое время доктор вернулся в защитной накидке, маске, бахилах и очках. Он также принес с собой единственное имевшееся у него и подходящее к случаю снаряжение.