Warmage Online (СИ) - Линн Юри - Страница 35

— А они разве не засыпают сами по себе?

— В таком случае Амусфера, следуя заложенной в ней программе, автоматически разлогинивает игрока. Но в данном случае этого не происходит. По сути, игроки видят сны наяву. И сны чётко делятся на грёзы и кошмары. Пустышек нет.

И второе. Дружелюбные мобы во время физического контакта начали вызывать положительные эмоции. Не важно, нравятся тебе, скажем, стрекозы, или ты полностью к ним равнодушен. Стоит ей сесть на руку, и ты чувствуешь нечто приятное. Вероятно, это не твои, это её эмоции.

— Программы, наделённые эмоциями?! Как такое возможно???

— Я скажу больше. Монстры, враждебные игрокам, теперь несут страх и боль. Болевые ощущения от их атак усиливаются день ото дня. На мелких не так заметно, однако чем крупнее и выше уровнем — тем боль сильнее. Сегодня утром я проверил на себе и получил убедительные доказательства. Я зашёл в игру из клиники моего друга, который дежурил рядом, регистрируя специальным оборудованием моё состояние.

В игре я напал на самого крупного босса, к которому смог подобраться, и позволил ударить себя без защиты. Тело явственно ощутило боль. Боль, намного превышающую допустимые Амусферой ограничения. Так, будто меня с размаху стукнули молотком. И страх. Не перед болью. Перед этим монстром. Я словно поверил в него, в его абсолютную реальность. Когда я вышел из игры, друг показал распечатки — давление, пульс, размер зрачков, всё оставалось в норме. Я даже не вздрогнул.

Непонятные нам силы меняют магический мир. Мало кто смог уловить это, люди скрытны и неохотно делятся личными переживаниями. Часто из-за боязни быть осмеянными. Ведь здесь играет много детей, а дети жестоко высмеивают слабость других. Но ведьмаки доверяют друг другу. Братья рассказывали мне истории, похожие на мою.

— Я не испытывал подобного… Только ведь… возможно, всё дело в прямом контакте. А я, кажется, не получил ещё ни одного удара сквозь защиту. Да и в саму защиту… — я смущённо взглянул на мужчину. Но тот не стал подкалывать, а серьёзно кивнул.

— Видимо, так. А маскировка защищает ведьмаков и от дружественных мобов.

— Но это странно, Зет-сан. Если я Вас правильно понял, Вы полагаете, что Призрак и Рыцарь — носители двух начал. Добро и Зло. А как быть с тем, что Рыцарь также нападал на игроков? Что в нём такого доброго?

— Не знаю, Кирито. Я, как и ты, не слышал о Рыцаре ничего хорошего. Возможно, он и Призрак — по одну сторону. Но в таком случае должен быть кто-то третий.

Раздалось мелодичное «тиньк», и апельсиновая искорка загорелась перед моим собеседником. Личное сообщение. Зет раскрыл почту, вгляделся в строчки письма и помрачнел.

— Брат сообщает, что началась атака на Айлендкипера в Ущелье Каменных Тисков. Это последний рубеж перед Радужным Мостом к Срединному Архипелагу, и самый сильный босс в игре на данный момент. На него не нападали уже недели две — Великие Дома никак не подберут тактику. А тут какая-то Семья Сато полезла…

— Сато! — вскрикнул я.

— Ты их знаешь?

— Д… да.

— Тогда не завидую твоим знакомым. Не берусь даже предсказать, какая боль их ждёт, если они упрутся и станут драться до конца.

Внутри меня, в солнечном сплетении, сжался кулак тревоги. Уния Сато, дочь директора Сато. Та, кого я пообещал защитить.

— Зет-сан, я должен…

— Конечно. Я уже предупредил наших братьев. Но помни — войти в портал при активированной атаке на Хранителя ты не сможешь.

Точно! Так же, как и в высших донжонах Айнкрада!

— Если хочешь защитить тех, кто тебе дорог, придётся попасть на остров непосредственно.

Я кивнул, уже раскрывая точку доступа, и в следующее мгновение оказался в толпе галдящих магов. Широкая площадка, сплошь забитая народом, выходила к морю и обрывалась невысоким двухметровым уступом. А метрах в ста от этого места, за полоской морской воды, в тёмном каменном ущелье, в клубах свинцового тумана вспыхивали полосы огня и проносились извивающиеся тени.

Из арки портала выскочил здоровенный орк и бросился прочь, не разбирая дороги. Расталкивая игроков, я побежал ему наперерез. Орк запнулся, и я нагнал его.

— Что там произошло?! — крикнул я, тряся здоровяка за плечо.

— Не знаю! — выдохнул он. — Я… не знаю! Гниль и Червь! Это страх! Там Уния! Она осталась там… Она приказала уходить! А сама…

Я затравленно огляделся. Портал не пропустит меня. Ни парома, ни моста. Полёты над морем невозможны. Что ж.

— Разойдитесь!!! — заорал я. — Разойдитесь же вы, идиоты! Хранитель может убить её!!!

Бесполезно! Так я не смогу расчистить полосу для разбега. Ну, вы сами виноваты.

Я протолкался к дальнему концу площадки и развернулся. Биение пульса Королев стало отчётливее, словно они предчувствовали грядущий бой. Зет сказал правду. Активировав заклятье ускорения, я выбросил оба кулака вперёд:

— Огненный смерч Хаоса!

Между вытянутых рук повисло тонкое веретено. Набирая обороты вращения, оно устремилось вперёд, словно от вздоха великана. Магическая форма начала засасывать воздух внутрь себя и в мгновение разрослась до устрашающих размеров. Темно-лиловый шипящий столб, изрытый оспинами чернильных воронок, врезался в толпу магов, оставляя за собою выжженную полосу.

Смерч шёл напролом, уничтожая магические щиты и аватары, словно раскалённый железный прут — восковые фигурки. Пять биений сердца — и двухсотметровая горящая полоса выстеливается передо мной.

Я разжал кулаки, упираясь в гранитную стену. Смерч завис над водой и с шипением растаял в воздухе. Пора! Я толкнулся каблуком в каменную глыбу. От запредельного ускорения, не доступного человеческому телу, угол обзора мгновенно сузился. Я не различал ничего, кроме тёмной трещины впереди и каменной ступеньки — толчковой опоры, в которую нога должна попасть на скорости двухсот километров в час. Когда сумма игровых характеристик несёт Вас словно поезд, двести метров заканчиваются до обидного быстро. Я вихрем пронёсся по выжженному граниту, оттолкнулся, и гранитная полка просела под моим сапогом. И взлетел.

Я возносился над морем, над площадью, над скальными уступами, туда, ближе к солнцу. Чудесная лёгкость несла тело, как пушинку. Рёв бушующего в ущелье монстра нарастал сквозь шум ветра в ушах, и я тянулся, тянулся изо всех сил к несущемуся навстречу берегу.

И не доставал.

Метров пятнадцать отделяло меня от цели, жалкие — по сравнению с прыжком, что мне удался, но непреодолимые. Чтоб вас! Напряжение и тревоги, копившиеся во мне, исторглись боевым кличем несдающегося мечника:

— Лик Логруса! — выпалил я.

Это был удар на удачу. Перед самой встречей с Зет-саном, я успел сдать квест на это заклинание и приобрести нужные ингредиенты. Но в действии его ещё не видел. Спелл вида «кольцо» восьмой школы магии.

Из моих рук изверглось аметистовое пламя, туго скрутившееся в тороидальный ком и грянувшее в прозрачные бирюзовые волны. Остров загудел от взрыва, а море вспухло горбом и внезапно провалилось бездонным колодцем, в который я и влетел.

Я падал в морскую бездну, а стенки колодца пожирал логрусов огонь. Внезапно земля ударила меня снизу — я достиг дна. Булавочной головкой надо мною светлело небо. Ладонь, жест левитации — и моё и без того ускоренное тело взмывает вверх, а морская стихия рушится под ногами, как пасть левиафана.

И я успел. Заклятие подбросило меня на несколько метров над морем. Я приземлился среди раскуроченных булыжников Ущелья. Когти, мои живые деревянные мечи, прыгнули мне в руки. Я нырнул в тени ущелья, и открывшаяся картина заставила содрогнуться.

В самом центре провала висел ужасающий череп размером с дом. Из его глазниц хлестали потоки огня, а из раскрывшейся пасти тянулись суставчатые клешни и щупальца, обхватившие со всех сторон молоденькую девушку.

Девочку, с ужасом понял я, малышку, вряд ли достающую мне до плеча, с двумя толстенными русыми косами, курносую и кругленькую, как пончик. Эти мысли вовсе некстати пронеслись в моей голове, и без того усиливая кошмар происходящего. С остервенелым воплем я прыгнул вперёд, перерубая хрящеобразные отростки, и подхватил падающее тельце девочки. Она прижалась и глянула на меня бездонными изумрудными глазами, в которых я на миг утонул, а выплыв, понял, что защищу ее, во что бы то ни стало.