Поймай этот долбаный снитч, если сможешь (СИ) - ".Злобный Гений." - Страница 79

- Я... нет... не сбегу, – просипел Малфой, пряча лицо где-то в ворсе ковра.

- Точно не сбежишь? – хитро прищурился Гарри.

- Точно, – пробурчал Драко.

- Фините Инкантатем! – произнес Гарри и путы, связывающие Малфоя, исчезли.

Драко с удовольствием отодрал руки от тела и уперся ими в ковер, пытаясь не то перевернуться, не то приподняться. И снова дернулся, когда по ягодице прошелся язык – шершавый против чувствительной кожи. Драко зажмурился и тихо выдохнул.

- Ведь нравится? – тихо спросил Гарри. – Просто ответь. Я же не издеваюсь.

Малфой повернулся и посмотрел на него мутными глазами. Затем очумело кивнул:

- Это хорошо...

Гарри облизнулся, а затем с оттягом ударил по подставленной ягодице. Малфой в ответ совершенно точно застонал, приятно и как-то даже бархатно. Гарри ударил еще несколько раз, наслаждаясь дивными звуками, а потом уселся на Драко верхом, приласкал себя и плавно вошел. Малфой уперся ладонями в ковер, плечи его задрожали, но горло родило приятный звук, и Гарри пришлось приложить максимум усилий, чтобы не причинить ему боль, потому что не осталось ничего, кроме обжигающего желания двигаться. Но некоторую вольность он себе все же позволил, и вскоре задница Драко оказалась расцарапанной. Вместо возмущений Поттер с легким удивлением слышал довольные гортанные стоны в ответ на свои действия. Он еще мимолетом подумал, как долго и больно его потом за это будут бить. Однако стоны Драко вскоре изменились вновь, став требовательными, и Гарри потерял любую способность мыслить здраво...

Спустя полчаса Драко лежал на ковре задом кверху и приглушенно матерился. Он даже попытался ударить лежащего рядом Поттера, но сил просто не осталось.

Гарри дотянулся до бутылки вина, где еще плескались остатки, и сделал глоток.

- Мхм! – потребовал Драко и протянул руку.

Гарри передал ему бутылку. А потом и сам перекатился под бок.

- Спать надо, – сказал он. – Завтра с утра занятия.

- Мхм.

Утро было превосходным. Для Поттера. И для Малфоя тоже, но не сразу. Сначала он краснел, бледнел и снова краснел, под веселым взглядом гриффиндорца. Потом тот чмокнул его в нос и умотал в душ. Драко был готов провалиться сквозь землю от стыда. Но Поттер смотрел на него так, будто ничего и не было. С одной стороны, было обидно, но голос разума в его голове убеждал, что все правильно, иначе он бы и дальше... так относился к случившемуся, к своим желаниям.

Гарри чувствовал, что что-то изменилось. И ему это очень нравилось. Драко вел себя спокойнее, даже раскованнее, обмениваясь с ним легкими улыбками. Гарри ничего не говорил. Последнее, что сейчас нужно – это спугнуть Драко. Пуританином Гарри не был. Скорее, был Малфой.

Лекции по Непростительным у шестикурсников он перенес на следующую неделю.

Профессор Поттер и профессор Малфой стояли рядом друг с другом и изножьями кроватей, на которых в Больничном крыле отдыхали Ловцы команд Слизерина и Гриффиндора, четверокурсники Джейсон Борн и Майкл Кортни. Отдыхали с ожогами и переломами.

- Я даже не знаю, с чего уместней было бы начать, – словно Снейп, процедил Драко.

- Думаю, со снятия баллов, профессор Малфой, – предложил Гарри.

- Минус двадцать пять баллов с каждого факультета,- согласно кивнул он под дружный стон членов обеих команд, сгрудившихся и подслушивающих под дверями.

- Я даже не хочу знать, зачем вы это сделали, – произнес Гарри. – Думаю, остальное вам скажут ваши капитаны и ваши команды. Устроить такое перед финальным матчем. Хм. Саботаж? – судя по лицам студентов, Гарри если и не попал в цель, то ударил явно близко. – Очень интересно, не так ли, профессор Малфой?

- А я всегда говорил, что дружба между Гриффиндором и Слизерином ни к чему хорошему не приведет, – вздохнул Драко.

За дверями палаты толпились обе команды в полном составе, игра должна была начаться через час, а замены ловцам не было. Слишком быстро все приключилось.

Макгонагалл тоже была не в лучшем настроении. Перед матчами по квиддичу весь замок стоит на ушах, но энергия детей всегда направлена в одно русло, и что будет, если она сейчас объявит об отмене матча, думать не хотелось в принципе. Ведь дети есть дети.

В палату все же просочились капитаны. Оба парня, высоких и широкоплечих, выглядели, как первогодки на первом экзамене – расстроенно и пугливо.

Драко хмыкнул:

- Нда, не повезло...

Гарри в это время задумчиво рассматривал Драко. Слишком пристально.

- Профессор Поттер, я, конечно, извиняюсь, но мне совершенно не нравится ваш взгляд.

Поттер широко улыбнулся:

- Директор, есть у меня одна идея.

Драко захотелось слинять отсюда, как можно быстрее. Он просто своей пятой точкой чувствовал, что ему не понравится эта «идея».

- О чем вы говорите, профессор Поттер? – строго спросила Макгонагалл.

- Я и Драко. Мы – гриффиндорец и слизеринец. Мы оба были ловцами. Да, мы не студенты уже, да и возрастом старше, но в данном случае вы ничем не рискуете. Баланс команд не нарушен. Что скажешь, Драко? Полетаем, как раньше? – ухмыльнулся Гарри.

- Да ты, должно быть, шутишь! – возмутился Малфой. – Мы – преподаватели!

Однако после слов Поттера оба капитана воззрились с такой надеждой на Малфоя, что он только вздохнул:

- Директор, вы это позволите?

Макгонагалл поджала губы – слишком явное нарушение субординации – однако выхода она не видела.

- Я только надеюсь, что вы оба, господа, будете вести себя прилично!

Капитаны сникли, думая, что их ругают.

- Это я не вам, Шеклс и Хоуни.

Гарри ухмыльнулся:

- Ну, разумеется, директор.

- Я еще об этом пожалею, – глядя на победный танец обнявшихся от радости капитанов, пробормотал Драко.

Нет, дружба между факультетами к добру не приводит.

- Что ж, хорошо. Играйте, – разрешила директор.

Новости в Хогвартсе разнеслись быстро, минут за пять. И без того заполненные трибуны, оказались забиты до отказа. Даже учителя во главе с директором заняли место на трибунах. Возражавших не нашлось, всем хотелось посмотреть на соперничество двух профессоров с непростой историей.

Гарри и Драко зависли над полем, поглядывая на игру и высматривая снитч. Удивительно, но сегодня золотой мячик вел себя на удивление странно. Он появлялся отблеском на противоположном конце поля, Ловцы бросались к нему, сплетаясь в сложных виражах – то поднимаясь ввысь, то спускаясь почти к земле. Талбот с придыханием и замиранием сердца комментировал такие моменты, трибуны охали и вздыхали. Ловцы этого, разумеется, не слышали, в их ушах свистел ветер. Но золотой шарик, поманив, исчезал вновь, и Ловцы возвращались на свои прежние позиции.

Команда Гриффиндора вела по очкам. За последние три часа счет замер на цифрах 340:190, в пользу Гриффиндора. Драко первым заметил снитч, первым за ним устремился, спортивная зеленая мантия развивалась за его спиной. Красно-желтой молнией за ним последовал и Гарри. Несколько раз стадион потрясенно вздыхал, когда Ловцы подлетали слишком близко к земле или к опорам трибун. Оглядываясь, Драко видел, что лицо Поттера сосредоточено на снитче; слегка рванув вперед, Поттер оттолкнул его с пути. Драко в долгу не остался. Он вытянул руку, пытаясь дотянуться до снитча, и свалился с метлы, но ухватил мячик. Он чувствовал, как золотой шарик бьется в его ладони. Трибуны снова издали вздох, но Гарри рванул вниз, прихватив пустующую метлу, и уже почти у земли ему удалось поймать Малфоя. Драко раскрыл ладонь.

- Профессор Малфой поймал снитч! – раздался громкий голос Талбота. – И принес команде Слизерина 150 очков. Матч закончился вничью!

Когда Драко оказался ногами на твердой почве, он выпустил мячик и тот, словно дразня, пролетел несколько кругов вокруг головы затормозившего рядом Поттера, а затем рванул в сторону Талбота.

Драко выглядел довольным.

Его команда, впрочем, тоже. Капитан чуть не кинулся ему на шею, но вовремя сообразил, кто перед ним, и протянул руку для рукопожатия.