Мертвая хватка (СИ) - Самира Виктория - Страница 29

Ребятки решили, что, если они скроются под обычными шелковыми платками, то никто их и не узнает. Более того, зачем-то несколько раз бегали от квартиры до машины, а потом прямо на улице сожгли биту.

«Трижды идиоты!!!»

Девушку, в общем, не добили. И по голове палкой, и задушить пытались, и… бессмысленно и беспощадно. Наутро барышня умудрилась даже доползти до больницы. На своих двоих.

«Сдурели? Кто ж по лобной кости-то бьет?! Нет, надо вас учить анатомии, надо. А еще спрашиваете, зачем. А кто же так душит-то, а пульс проверить?»

Читая дальше, де Зирт зарычал. Он уже понял, что даже в лучших столичных вузах преподают из рук вон плохо. До бешенства его довело другое: в материале говорилось о странной реакции ректора Академии управления. Он… отчислил девушку! Причем никаких объективных причин не было. Официальный больничный, она могла сдать сессию позже, но то ли бумагу «не донесли», то ли «потеряли», в общем, причину нашли. И ректор неоднократно приходил к ней в больницу, грозил, что если она не будет молчать…

Олас и подельники продолжали учиться как ни в чем не бывало. Де Зирт запил информацию остывшим чаем и оскалился.

«Ну да, ну да. Я даже знаю, почему. Ты, собачий сын, был в доле. И был у вас кто-то еще в кредитном отделе. Промышляли вы, похоже, целой кодлой. На что деньги собирали, а? Если ты так боишься, что об этом узнают? Ну что ж, новый помощник прокурора будет рад добавить в свою карьеру новое громкое дело. И тебя он, гнида, прижмет. Этот может. А я помогу. Угадаешь, почему?»

Магистр сложил бумаги в папку. Допил чай, отнес пустые тарелки на раздачу, вежливо поблагодарил повара и пошел прочь. Польщенный кухарь еще долго смотрел вслед альву. Ему так редко делали комплименты! Подумаешь, обычная столовая. Да еще и в учреждении, где работают черствые, циничные и бездушные люди. Хоть расстарайся для них, слова доброго не дождешься.

Магистр вышел из комплекса департамента, добрел до ближайшего телефона-автомата и набрал знакомый номер:

— Добрый день, Люциус де Зирт, соедините с патриархом Кимом.

— Одну минуточку, — пропела секретарша. Ей было велено соединять в любой момент, когда бы магистр ни изволил позвонить.

— Люциус! — обрадованно пробасил друид.

— Здравствуй, друг. Я в Джалане, можно сказать, проездом. Письмо твое получил, прочитал.

— Потому и нагрянул в столицу, лично убедиться? — усмехнулся Ким.

— Да. С гор, конечно, хорошо просматривается, но вблизи уж больно дурно пахнет. В общем… я согласен на твое предложение. Ты прав, система снова начала гнить. Так что будем резать, хоть вы, травоядные, и не любите радикальных мер.

— Не любим, — согласился патриарх, — но иногда они неизбежны.

— У меня будет одно условие для моего возвращения, Ким. Выполнишь — я в твоем распоряжении.

— Слушаю тебя, Люциус.

— Я хочу снова возглавить Академию управления. Мне нужно место ректора, Ким.

— Боюсь, что я…

— Подкину тебе кое-что на действующего. По нему, похоже, тюрьма плачет. У тебя же есть нужные связи в охранке? Вот и выдашь информацию на этого скота.

— Откуда она у тебя?

— Из новостей. Умею читать глазами. Но к Тагиру я на поклон не пойду. Не заслужил он такого счастья.

— Я, значит, за тебя пойду?

— Ты и ко мне пойдешь. Я тебе тоже нужен. И не спрашивай, откуда я это знаю. Ты не просто так меня вспомнил через столько лет. Действуй. Хочу место ректора. Это мое условие.

— Считай, что оно за тобой. Но после праздника урожая. Я должен быть в Идо. Кстати, ты сам-то приедешь? Мы, как обычно, приглашаем всех. Заодно посмотришь на наших подопечных, их мы тоже туда привезем, пусть попляшут, порезвятся.

— Нет. На подопечных посмотрю попозже, сейчас и не до них, и не до празднований. Счастливо отдохнуть!

Триединая империя, Джалан

Комплекс зданий департамента правоохраны и судейства, городская тюрьма

Де Зирт неспешно добрел до камеры. Сопровождающий его охранник хотел было что-то сказать, но под пристальным взглядом осекся и отошел. Камеру не открыл, но этого и не требовалось. Говорить можно было через частую решетку.

Внутри «клетки» сидели трое молодых людей. Надменных, почти таких же породистых, как те, которых магистр видел у себя на практике. Де Зирт долго вглядывался в их лица — потерянные, обиженные, злые. Детские. Они и были сущими детьми, хотя, казалось бы, двадцать с лишним лет — тот возраст, в котором людям полагается становиться взрослыми.

Они и считали себя вполне взрослыми, по крайней мере, для того, чтобы занимать младшие позиции в департаменте правоохраны и судейства. Стоять на страже закона империи. Де Зирт пользовался тем, что в полутемном коридоре разглядеть невысокую фигуру в черном балахоне с капюшоном не так-то просто. Всматривался.

Вот он, Олас. Сероглазый, тонкий, явно в предках побывали аристократы. Пожалуй, не будь он сейчас таким расхристанным, мог бы по человеческим меркам числиться красавцем. Двое подельников, точнее, послушных исполнителей. Один похожий на тыкву — и формой, и цветом, второй — на обугленную головешку, совершенно лысый и черный.

— И вот зачем вы это сделали? — поинтересовался де Зирт, даже не удосужившись уточнить суть вопроса.

— Что сделали? — на автомате переспросил кто-то из тройки.

— Девушку убить пытались. Я, конечно, понимаю, лучший способ избавиться от долгов. Нет человека — некому платить.

— Иди в задницу, — предложил Олас и тут же поинтересовался. — Ты вообще кто такой?

— Может, твой адвокат. А ты хамишь, — качнул капюшоном де Зирт.

— Чего пришел?

— Поговорить.

— Все уже решено, — в разговор вступил второй, Тыковка.

— Ага, — согласился альв, — и считайте, что вам несказанно повезло. Вас просто отправят на каторгу в горы. Всего-то на лет на десять. Ну, выйдете оттуда несколько похудевшими. Кое-кому это даже на пользу пойдет. А кое-кто и сдохнуть может, хах.

— Ты чего городишь? — встрепенулся Черный и даже соизволил допрыгнуть к прутьям клетки. Зыркал, как звереныш, руку протяни — куснет.

— То, что видел. А видать мне доводилось всякое, и осужденных на каторгу в горах тоже. Иногда это шанс. Иногда — просто более длительная смерть. Ну и еще детей иметь не сможете, после каторги это… проблематично в процессуальном плане. Впрочем, таким, как вы, размножаться не стоит, — задумчиво продолжил де Зирт. — Я посмотреть на вас и пришел. Элита империи, мать вашу. Имперская охранка! Спросить хочу, чему вас в институте учили? Я не буду говорить вам о совести. И хрен бы с ней, с моралью. Я спрашиваю, зачем так глупо? Что, посадить в машину и вывести за город мозгов не хватило?

— А ты прямо много понимаешь в убийствах! — гоготнул Черный.

Люциус криво усмехнулся.

— Тебя самого убить не пытались? — спросил Олас. — За слишком длинный язык?

— Пытались, — кивнул де Зирт. — Но только за шею. Как видишь, неудачно. Наверное, тоже плохо учились. Там же, где и вы. Вам ведь полагается знать и уметь расследовать убийства! Понимать, как заметать следы и находить их. А вы даже человека прикончить не смогли. Попались, как распоследние идиоты! Совершили все возможные глупейшие ошибки! Вы бы еще факс прокурору отправили с подробным описанием того, что сделали. Помогли бы человеку звание выбить или премию получить, хоть какая-то от вас польза была бы. Ты, — он ткнул костлявым пальцем в Оласа, — сдохнешь на каторге. Если еще в камере не вздернешься. Надеюсь, если захочешь самоубиться, сможешь. Но ведь ты же умного совета не послушаешь.

— Да пошел ты…

— Я-то и пойду. А вы тут надолго. Запомните, олухи, иногда смерть — это милосердие. Только вы милосердия не заслужили. Вы сгниете в горах. А я помогу.

— Я никого не убивал! — завопил Олас.

— Недоубил. Но ведь пытался? Плохо, — де Зирт начал расхаживать по тесному коридору. Но ему с его субтильной комплекцией и привычкой к горным лабиринтам, места вполне хватало. — Я понял, в чем моя ошибка. Когда я создавал институт карателей, мне казалось, я все продумал. Они находят жаждущих. Но не тех, кто хладнокровно организует убийство. Не тех, кто действует чужими руками. Но как это сделать? Ума не приложу.