Давайте поиграем в Arcanum. Книга 1: Последняя воля (СИ) - Вишняков Тимур - Страница 40

Пока я стоял, дожидаясь конца речи Парнелла, соседний экспонат вдруг пошевелился. Испугавшись, что он сейчас упадёт, я протянула руку в попытке поддержать то, что выглядело как чучело орка. Но экспонат не собирался падать, напротив, он с интересом посмотрел на меня и, поймав мой взгляд, прокашлялся:

— Гм, гм… Моё имя Гар! Гар, умнейший орк в мире! У вас есть вопросы?

Голос у орка был хорошо поставлен, как у профессионального актёра. Я сразу заподозрил подделку, но не мог понять, как такое возможно. Не считая его отличного произношения, орк передо мной выглядел вполне живым и аутентичным.

— Не знаю, — пробормотал я, не зная о чём можно поговорить с орком. — А в чём ты разбираешься?

— Много разного. Говорю обо всём. Политике. Математике. Чае.

— О чае? — С удивлением переспросил я. Тема показалась мне совершенно неуместной в этом ряду. Я ещё могу представить разговор с орком о политике, и даже математике, всё-таки они умеют делать катапульты, а там нужно немного считать. Но чтобы орку было дело до чая?

— Да, — прорычал мой странный собеседник, — Гар любит чай. Гар цивилизованный. Гар считает, что Эрл Грей лучший. Изготовленный из смеси чёрных чаёв и масла растения бергамот. Превосходно, скажет вам Гар.

До чего же странный этот орк. В этом месте всё подделка, но пусть меня заберут демоны, если я понимаю, как можно подделать живого орка.

— Что можешь ты сказать о политике в Таранте? — Я решил перебрать все предложенные для разговора темы.

— Тарант — это в первую очередь представительская демократия в Аркануме. Председатель Уиллоузби пытается заключить союз между Тарантом и Каладоном, что доставляет ему много проблем. Советник Брейт призывает его уйти, а нас напасть на Каладон. Он не любит Каладон, поскольку там монархия. Главный вопрос в том, может ли демократия объединиться с монархией и не дестабилизироваться.

— А что ещё ты можешь сказать о политике в Аркануме?

— Королевство Камбрия умирает. Отказались от технологии. Потеряли все провинции. Гар думает, что король Претор глуп. Другие присоединяются к Каладону или Таранту. Мало кто пытается быть один.

— Как на счёт математики? Скажи, сколько будет четыре миллиона пятьсот семьдесят три тысячи двести поделить на шесть тысяч пятьсот сорок три?

— Гар не гений, — с видимым изумлением произнёс орк, окидывая меня насмешливым взглядом, — Гар умнее других орков. Не умнее профессора математики. Я знаю, что двадцать пять помноженное на сорок даст тысячу. Ни один другой орк не скажет вам такого.

— Давай вернёмся к чаю, — раздался у меня из-за спины голос Крионы, — уверена, ты посмеялся над этим человеком. — Произнесла она с задорной улыбкой, словно обращаясь к малолетнему несмышлёнышу, — каждый знает, что зелёные чаи куда лучше чёрных.

— А, да ладно, это же полная чушь! — Что-то в манере Гара держаться изменилось. Его глаза широко открылись, а осанка выправилась, словно у щеголеватого джентльмена. — Зелёный чай для иностранцев, не для употребления теми, кто имеет тонкий вкус… э… — он вдруг сообразил, что выпал из образа, — в смысле, гм… гм… Гар не любит зелёный чай.

— Зачем ты прикидываешься идиотом? Ты же на самом деле гораздо умнее? — изумилась Криона.

— Гар не идиот. Гар умный. — Он оглянулся на Парнелла, убеждаясь, что тот не смотрит в нашу сторону, — послушайте сюда, мадам, вам хоть раз приходилось разговаривать с чистокровным орком? Могу заверить вас, из этого не выйдет искромётной беседы.

— Но разве смысл не в том, что ты умнее других орков? — удивился я.

— Разумеется, но люди не примут культурного орка. Сама идея нелепа. Они станут говорить, что я полуорк, или даже додумаются до моего истинного… Я имел ввиду, уф, я хотел сказать, что это более эффектно оставаться орком до мозга костей, но при этом говорить блистательные вещи.

— Додумаются до твоего истинного чего? Ты не чистокровный орк? — Удивился я.

— Гарфилд Телоний Ремингтон третий, чистейших человеческих кровей, к вашим услугам. Я вообще не орк. Конечно, можно предположить, что в моей родословной имеется кровь орков, просто посмотрев на меня. Но мои прямые предки, мои родители и их родители выглядели обычными людьми. Представьте, какой это был шок, когда родился я.

— Но зачем вам такое занятие? — недоумённо поинтересовалась Джейна, стоявшая рядом с Крионой. — Выглядит довольно унизительно…

— Уверен, вам известно, как относятся к оркам в этом мире. Хотя моё положение может выглядеть унизительным, оно куда лучше, чем когда на тебя плюют на улицах, или когда ты не более чем раб на фабрике.

— Вы собственность этого музея или же можете уйти, когда захотите? — уточнила Криона.

— Я что-то вроде подневольного слуги мистера Парнелла. Он заплатил моим родителям хорошие деньги, чтобы я на него работал.

— Продать вас было жестокостью со стороны родителей, — отметила Джейна.

— Нонсенс. Я продал себя мистеру Парнеллу против их воли. Их презирали и осмеивали из-за меня. Отец потерял работу, репутацию, и положение в обществе. Но даже тогда они продолжали любить меня как своего сына. Монеты, полученные от мистера Парнелла, дали им комфортную жизнь и спасли от бедности, причиной которой я стал.

— И как долго ты должен оставаться здесь экспонатом? — продолжила Криона, она определённо что-то задумала.

— Скорее всего, до конца моего существования, мне просто больше нечего делать со своей жизнью. Это не так плохо, на самом-то деле. Самое неприятное в подобном существовании это жуткая скука. Вы просто не можете представить идиотизм посетителей, с которым мне приходится сталкиваться каждый день.

— Почему бы тебе не присоединиться к нам? — предложила Криона. — Могу заверить, путешествуя с нами ты не будешь скучать.

— Хотя это звучит заманчиво, я подневольный слуга мистера Парнелла на долгие годы, как я уже рассказал. Освободить меня от обязательств обойдётся в немалую сумму.

— Если я смогу добыть твою свободу, ты присоединишься?

— Конечно, путешествие по Аркануму взбодрило бы меня.

Криона оставила нас и подошла к Парнеллу.

— Могу я расспросить вас об одном из представленных существ? Меня интересует человек по имени Гар.

Челюсть Парнелла совершила движение в направлении пола, на минуту он замер, на лице его отразилась интенсивная работа мысли.

— Что вы такое говорите, мадам?

— Я говорю, что законодательство Таранта не одобряет человеческое рабство.

— Возможно, Гар человек, но он не раб. У меня законно заключённый контракт! Я хорошо с ним обращался все годы, в течении которых он на меня работал!

— Правда никогда не становилась препятствием для хорошей газетной истории.

— Вы не посмеете, — брызнул слюной Парнелл, обильно потея.

— Вам следует понимать, насколько легко кто-нибудь может разрушить вашу репутацию.

— Значит вы не станете меня шантажировать? Но… что я могу сделать, чтобы защититься от подобных клеветнических нападок? Может вы заберёте его с собой? Для меня он слишком большая ответственность.

— С радостью помогу вам.

— Гарфилд? — окликнула Криона только что освобождённого подневольного слугу. — Мне удалось добыть твою свободу!

— Спасибо, мадам. Я готов следовать за вами.

— Тебе не нужно за мной следовать. Ты свободный человек, я отпускаю тебя.

— В таком случае, прощайте, мадам. Благодарю вас за то, что вернули мне мою свободу.

Гар сошёл со своего постамента и скрылся с глаз за служебной дверью.

— Что же, негоже оставлять место, принадлежавшее Гару, пустовать… — размышляла в слух Криона. — Вёрждил, где наш полуогр?

— Мадам? Вы же это…

— Успокойся, я не собираюсь продавать его Парнеллу. Просто хочу знать, у него ли ещё старый ботинок Бесси Тун.

— Вчера ещё был у него, — обрадованно сообщил ей я.

— Мистер Парнелл, — Криона снова обернулась к хозяину заведения. — Не хотите ли вы купить у меня один экзотический предмет?

— Я всегда открыт всему причудливому и необычному. Что у вас есть?