Давайте поиграем в Arcanum. Книга 1: Последняя воля (СИ) - Вишняков Тимур - Страница 37

— Да. И это совсем не так жестоко, как вы, вероятно, думаете. Эти тела давно стали бесполезны для кого-либо. Они бездушны и хорошо подходят для раскопок. А с учётом сокровищ, которые мы обнаружили в этом захоронении дворфов, они оказались до невозможности полезны.

— Значит некромантия всегда была вашим семейным делом? — Уточнила Криона.

— Да, столько поколений, сколько записано в нашей родословной, Скайлеры ходили с духами умерших. Мой пра-пра-пра-дед был чародеем — свидетелем вождей Клановых Воин, когда великие машины дворфов ровняли с землёй города и горы. Как я уже говорил, мы можем проследить свою историю до Эпохи легенда, когда великие некроманты правили совместно с эльфийским советом. Дни, когда могучий Керган, возможно первый из нас, сражался против Бэйна из Кри в Пустошах смерти и камни пылали три дня после их схватки.

— Это очень увлекательно, но как вы начали заниматься своим нынешним делом?

— Просто так получилось. Мой дед, Базиль Скайлер, решил, что устал терпеть неприязнь к нашей семье. Вы знаете, как правило большинство людей предпочитают держаться подальше от некромантов. Вот мы и надумали перебраться в Каладон, где основали небольшое предприятие "П. Скайлер и сыновья". Мой отец и мой дядя были ещё довольно юны, но сильны в магии. Они использовали свои силы, чтобы находить потерянные артефакты и начали дело по продаже уникальных и редких украшений. Как видите, предприятие оказалось довольно успешным.

— А что там за история с торговцем самоцветами из Арланда? — Поинтересовался я.

— Этот человек был болен ещё до того, как попал к нам. Наша встреча закончилась вполне легальной сделкой. Последовавшая за этим смерть этого торговца, к несчастью, была неизбежным следствием его слабого здоровья.

— А безглазая пятёрка? — Продолжил я расспросы, желая развеять все собранные Магнусом слухи.

— Безглазая пятёрка была странным делом… властям так и не удалось его раскрыть и с нами его связали лишь из-за продажи рубиновых медальонов. К убийствам мы не имеем никакого отношения. Это было сделано с целью привлечь к нам ненужное внимание. Иногда деловые люди хуже самых прожженных преступников.

— Всё это странно, должна сказать, — Криона сделала неопределённый жест, — значит ваша семья решила построить магазин поверх могильника?

— Да. Мы открыли это захоронение более полутораста лет назад, до того, как Тарант стал таким великим городом. Тогда наша семья покинула Каладон и перебралась сюда. Мы не сожалели о переезде на новое место, потому что некоторые из прежних соседей начинали с подозрением к нам относиться.

— Не поймите неправильно, но мне кажется я догадываюсь, почему они стали немного опасаться, — высказал я очевидное.

— К сожалению, я понимаю вашу точку зрения. Мир для подобных нам становится всё меньше. Очень немногие помнят древние обычаи, когда магия была частью всего и каждого. Было время, когда мы являлись нормальными деловыми людьми, никто не смотрел косо на нашу деятельность. Но давай вернёмся к цели вашего визита. Похоже у меня есть что вам нужно, а у вас кое-что принадлежащее нам, наша анонимность. Мы никому здесь не вредим, духов этих дворфов здесь уже давно нет, а мы владеем землёй, на которой расположен этот склеп.

— А вам не кажется, что дворфы могут счесть это отвратительным? — Заметила Криона.

— Этот склеп принадлежит дворфам из давно забытого клана. Сам факт того, что он расположен в низине, а не в горах, говорит о том, что их считали недостойными. Вполне возможно, они были изгнанниками, ведь истинный дом дворфа всегда находится в пещерах, высеченных вручную в камне гор.

— Я не куплюсь на это, — возразила она, — как можете вы быть уверены?

— Очень жаль, но посмотрите на доказательства. Качество работы по камню здесь паршивое, большая часть украшений, что мы находим здесь, настолько плохо сделаны, что нам приходится отправлять их на переплавку, и потом! Здесь на стенах отсутствуют письмена. Эти дворфы вполне могли быть неграмотными.

— Постойте! Вы говорите о древнем, гордом народе! — Воскликнула женщина, вид у неё был по-настоящему недовольный.

— Сожалею, но доказательства неоспоримы. Посмотрите на тела этих мёртвых дворфов… у них скошенные лбы, у многих есть физические отклонения, вроде лишних пальцев, глаза посажены очень близко друг к другу. Ни один дворф не стал бы называть этих уродцев своим народом.

— Вы убедили нас, — поспешил вмешаться я, мне стало казаться, будто Криона намеренно ищет повод для ссоры, — можем мы прийти к соглашению?

— Да, думаю это возможно. Если вы согласитесь не рассказывать о нашем предприятии, я выясню для вас, кто является владельцем кольца. Договорились? — Винстон протянул мне руку.

— Договорились, — мы пожали руки.

— Отлично. Теперь об информации. Наши записи здесь очень обширны, могут уйти часы чтобы найти нужную. Есть способ лучше. Мы спросим моего отца, Пелониуса Скайлера.

— Вашего отца, а где он? — С подозрением в голосе осведомилась Криона.

— Ну, он здесь и не здесь. Как вы можете видеть, мы сохранили его земную оболочку. Это его тело сидит на его любимом мягком стуле у стены.

— Хм… Я немного в растерянности… Это обычная практика в некромантии? — Уточнила женщина.

— Не совсем. Но в своём завещании мой отец сказал, что мы должны э… выставить его подобным образом. Он всегда очень беспокоился о предприятии и это его способ напоминать нам о стандартах Скайлеров.

— Не сочите за оскорбление, но насколько разговорчивым может быть э… разлагающийся труп? — Поинтересовалась Криона.

— Кроме анимации мёртвых, некромант редко имеет дело с плотью. Мы разговариваем с духами умерших. Эта оболочка послужит посредником в предстоящем разговоре. Наш отец имеет также мало общего с этим телом, как твой дух с одеждой, что ты сейчас носишь. Ты понимаешь?

— Конечно. Это немного нервирует, но думаю я справлюсь.

— Отлично. Тогда приступим. Я взываю к той стороне, месту сумрака и теней, мы взываем к тебе, дух Пелониуса Скайлера, ходящий там, куда мы можем лишь заглянуть. Слышишь ли ты нас?

— А… кто воззвал ко мне? — Раздался хрипучий голос, исходящий от развалившегося на стуле неподвижного тела, — Неутомимы души мёртвых, но утомляет меня переход через эту реку. Винстон, как я вижу и другая, да, полагаю я знал, что этот день придёт. Приветствую, странница…

— Сожалею, но не уверенна что мы встречались ранее, сэр… — отозвалась Криона.

— Нет, я полагаю здесь мы не встречались. Прости меня, мой взор отличается от твоего, как и моё время. Этими глазами я могу видеть свечу горящей с обоих концов. Для меня этот момент происходил тысячу раз, но вместе с тем и ни разу, но не важно. Зачем ты явилась? Кого ты ищешь?

— Простите меня, но звучит так, будто вы уже это знаете.

— Прости и ты меня, возможно мои слова вводят в заблуждение. Я вижу свечу горящей с обоих концов, но также я вижу все горящие свечи. Понимаешь ли ты меня, странница? Я не могу видеть, что в твоём сердце, лишь что может в нём быть и все бесконечные возможности. Некоторые ведут к надежде, другие к отчаянью, а некоторые здесь, с тобой, среди духов.

— Понятно. Но сегодня я пришла в поисках владельца кольца.

— Да, знаю, именное кольцо, которое мы изготовили для очень важного человека. Важного для нас, но ещё более важного для тебя. Я очень хорошо помню изготовление этого кольца. Духи взывали к нам сквозь тьму, пока мы его ковали. Каким-то образом они знали всё, что последует за его созданием.

— О чём это вы?

— Не так быстро, странница. Ни единой свечи за этими словами, не мне их говорить. Я явился только как первый из многих вестников, некоторые с моей стороны, некоторые с твоей. Опасайся их всех. Река, что разделяет нас, бурлит вокруг тебя, создавая новые потоки. Выбирай течение мудро.

— Вы говорите загадками. Прошу, выражайтесь яснее.

— Хорошо. Кольцо. Человек, которого ты ищешь, это Гилберт Бейтс. Больше ничего не могу тебе сказать. Мёртвые зовут меня назад, путница. Я должен вернуться. Прощай.