Давайте поиграем в Arcanum. Книга 1: Последняя воля (СИ) - Вишняков Тимур - Страница 32

— Перепись — это официальный подсчёт величины населения цивилизованного континента, включающий стоимость их владений для нужд налогообложения.

— Что значит цивилизованного? — Снова не понял я.

— Записи хранятся исключительно по городам и крупным королевствам. На сегодняшний день, никто не пытался провести перепись окраин, таких как эльфийские деревни, орды орков и отдалённые поселения халфлингов.

— И за сколько лет здесь хранятся данные переписи? — пришла очередь Крионы.

— К несчастью, точная перепись цивилизованного континента ведётся только последние двадцать лет. Однако следует заметить, что для Таранта мы располагаем записями, датировка которых уходит на две сотни лет назад.

— Какого рода информацию содержат архивы? — последовал новый вопрос от Крионы.

— Архивы изобилуют всевозможной информацией. Большая её часть существует в форме договоров и прочих юридических бумаг, но также хранятся и газеты.

— Газеты? — удивился я, всегда считавший их чем-то одноразовым.

— Да. Это наиболее восхитительный из наших проектов. Мы сохранили в архиве каждую газету за последние сто двадцать лет. Они оказались исключительным ресурсом для исследований по многим темам, поскольку газеты содержат мириады информации. Всё, от броских заголовков, до некрологов за последние сто двадцать лет, сохранено в наших архивах.

— Впечатляет, — Криона действительно выглядела потрясённой, — ваши хранилища должны быть по-настоящему бескрайними.

— Они не так велики, как можно подумать. До того, как тридцать лет назад появился автоматический печатный пресс, газеты выходили лишь раз в месяц или два.

— И тем не менее, это очень впечатляет, — подвела Крина итог этой познавательной беседе.

— Могу я ещё чем-то вам помочь?

— Да, — ответила Криона, — не подскажете, где проживает мистер Венделл Веллингтон?

— Минутку, — работница архива выдвинула ящик, расположенный почти в самом низу стеллажа, — да, вот он! Мистер Веллингтон проживает здесь, в Таранте. Вам нужен дом номер сорок два по Вермиллион Роад.

Найти храм Пэнари нам снова помог патрульный офицер. Это было очень скромное строение, опознать в котором храм можно было лишь подойдя вплотную и прочитав совсем небольшую вывеску справа от входной двери. Внутреннее убранство храма также оказалось весьма скромным, он больше походил на лекционный зал университета. Аккуратные ряды скамеек и кафедрой, вот и вся обстановка. Никакого декора, никаких излишеств. Ничего, что могло бы отвлекать верующих от благочестивых мыслей. На одной из скамей устроились разбойного вида полуорк и человек, судя по балахону — священник. Они о чём-то беседовали, а мы не стали им мешать, просто устроилась рядом, прислушиваясь к разговору.

— …эпоха легенд — это период, закончившийся полторы тысячи лет назад, — втолковывал священник полуорку, — она продолжалась почти пять сотен лет, тогда магия играла куда более важную роль чем теперь, когда большинство магов переселились в Тулу. Время драконов, рыцарей и королевств. Это было время правления Эльфийского совета, группы эльфов и магов, следивших за благополучием всех рас Арканума. Ими управлял Насреддин, мудрый и сильный эльф, бывший главой совета почти тысячу лет. В эпоху легенд набрал силу другой эльф, Арронакс. Он утверждал, что лишь он и его последователи достойны править и объявил смерть всем расам. Насреддин, своей милостью, пришёл на нашу защиту и, я цитирую Архаеон "…победил Арронакса, изгнав его навсегда в Бездну." Трудно сказать, что имеется в виду под изгнанием в бездну, подобного больше никогда не случалось. По нашей вере это было совершено мощнейшей магией, и единожды изгнанный никогда не сможет вернуться. Были и другие, изгнанные до Арронакса. Они перечислены в Архаеоне поимённо — Горгот, Крака-Тур, Керган и Бэйн Кри. Они все были злодеями, но ни один не мог сравниться с Арронаксом. Обо всём этом написано в Архаеоне, священной книге учения Насреддина, которая хранится в Первом храме Пэнари, находящемся в Каладоне.

Священник умолк, его рассказ был окончен.

— Вы всё слышали мадам? — Шепнул я Крионе. — Думаю, это немного объясняет вещи, не так ли?

— Я всё ещё не очень понимаю, в чём состоит суть веры Пэнари?

— Полагаю, в следовании учению Насредина, записанному в Архаеоне. Думаю, однажды мы доберёмся до Каладона и сможем заглянуть в эту священную книгу.

По дороге обратно в гостиницу на глаза нам попался газетчик и Криона, вспомнившая о налогах короля Претора, спросила, нет ли у того прошлых выпусков "Тарантца". По счастью, газета с заметкой про возможную войну между Тарантом и Каладоном нашлась, и Криона радостно спрятала её в сумку.

К закату наша компания снова воссоединилась в таверне Гранта. Мы заказали вино и мясное рагу.

— Как вам Тарант, — спросила Криона, сделав глоток чудесного красного вина.

— Тарант? — Отозвался я. — Я э… мало о нём знаю, я не очень люблю города… всегда так многолюдно, тесно. Лучше я помолчу об этом…

— Вёрджил! — обиженно прикрикнула на меня Джейна, — это же Тарант! Я так взволнованна! Если где и можно узнать что-либо о технологии, так это здесь! Думаю, Гилберт Бейтс, изобретатель парового двигателя, живет где-то в этом месте! А ещё здесь Тарантский университет, корабельные верфи, фабрики… Я не видела более прекрасного места в своей жизни!

Поболтав за ужином о накопившихся за день впечатлениях, мы с Крионой и Джейной отправились навестить таинственную женщину, живущую в доме номер три на Лангстен Род, ту самую, которая обещала мне какую-то секретную работу. Сога мы оставили наслаждаться выпивкой в таверне.

Адрес привёл нас в престижную часть города, в которой селились только самые богатые и знатные его обитатели. Нужный нам дом выглядел самым маленьким и скромным из тех, что расположились здесь. Хозяйка открыла сразу, стоило Крионе лишь дёрнуть за шнурок звонка. Она предложила нам присесть на резной диван белого дерева, уютно расположившийся в небольшой, но богато обставленной гостиной. Не успели мы устроиться поудобнее, как хозяйка перешла к делу, столь велико было её нетерпение.

— Я должна быть уверенна в вашей сдержанности. Мне требуется провернуть кое-что очень важное, но никто не должен об этом знать.

— Сдержанность зависит от того, о чём вы просите, э… мисс? — Ответила Криона.

— Простите, где мои манеры? Я миссис Кассандра Петтибоун, жена Базиля Петтибоун, младшего члена собрания конгломерата гномов в Промышленном совете. Рада приветствовать вас в своём скромном жилище.

— Я Криона, исследовательница Арканума, странствую по свету и помогаю людям решать разного рода проблемы. С мной мои друзья, Вёрджил и Джейна. Приятно познакомиться. Так какого рода работу вы хотите нам предложить?

— Ой, скажу вам, я оказалась в таком неприятном положении с тех пор, как миссис Уиллоусби притащила домой свой эльфийский погребальный кинжал! Теперь она считает себя такой модной!

— Понятно. И что вы хотите с этим сделать?

— Вот, гляньте. — Кассандра протянула газету. — Вы слышали про эльфийские погребальные катакомбы, которые были вскрыты в Морбианских равнинах? Посмотрите на гравировку на этом погребальном камне! Мне нужно его заполучить.

Криона развернула газету, давая нам возможность прочитать заметку.

ОБНАРУЖЕНЫ ЭЛЬФИЙСКИЕ ЗАХОРОНЕНИЯ!

ОТКРЫТИЕ ЭЛИФИЙСКИХ ГРОБНИЦ В МОРБИАНСКИХ РАВНИНАХ УЧЁНЫМ ПРОФЕССОРОМ Р.И. ДЖЕЙМСОМ ВЫЗЫВАЕТ БОЛЬШОЙ ВОСТОРГ

Профессор Уильям Дж. Гарриман отправляется в экспедицию в Морбианские равнины, где недавно была вскрыта новая серия старинных эльфийских захоронений, включающих этот утончённый пример доисторического эльфийского погребального искусства.

Согласно учёному профессору Р.И. Джеймсу из Университета Таранта, к которому сейчас обращено внимание: "Эти погребения окончательно доказывают, что доисторическое эльфийское общество погребало своих мёртвых в земле, как я теоретизировал ранее." Профессор Джеймс обнаружил гробницы, когда исследовал регион в поисках новых ископаемых, которые так восхищают посетителей Политехнического зала естественной истории. Беспрецедентное сотрудничество между мистером Джеймсом и мистером Гарриманом является уникальным событием в истории учреждений, сотрудниками которых они являются, и, пожалуй, провозглашает новую эру сотрудничества между ними. В любом случае, куратор был очень щедр на похвалы добропорядочности и здравомыслию профессора Джеймса, который немедленно послал за ним, когда природа открытия стала понятна.