Семь сестер - Райли Люсинда - Страница 29

В этот момент нам подали пиво и тут же принесли сэндвичи со стейком. Я начала излагать свою историю. Флориано слушал молча, лишь изредка перебивая меня, если ему требовалось прояснить какие-то детали. К концу моего повествования тарелка Флориано была уже пуста, а я лишь едва притронулась к своей.

– Итак, меняемся ролями. Сейчас вы кушайте, а я буду говорить. – Флориано жестом указал на мою тарелку, и я послушно приступила к еде. – В чем-то я точно смогу помочь вам. Я имею в виду то семейство, которое когда-то обитало на вилле Каса дас Оркуидеас. Это – Айрис Кабрал, хорошо известная фамилия в Рио. Аристократическое семейство. Ведут свою родословную от старинного португальского рода, имеющего королевские корни. Правда, теперь это уже не имеет особого значения. Многие представители семейства Кабралов славно отметились в более чем двухвековой истории нашего города.

– Но у меня нет никаких доказательств, которые я могла бы предъявить этой старой даме, что имею отношение к ее семье, – напомнила я ему.

– Не будем пока столь категоричными. Нужно провести полноценное расследование и только после этого браться что-то утверждать, – возразил Флориано. – К примеру, лично я могу наведаться в архив и порыться в старых метрических книгах, в которых фиксируются не только даты рождения и смерти, но и даты вступления в брак. А уж если речь идет о такой почтенной католической семье, то не сомневаюсь: все данные о ее членах скрупулезно хранятся до сего дня. Потом нам надо постараться во что бы то ни стало разобрать имена на оборотной стороне вашего камешка. Тогда мы сможем сравнить эти имена с теми, которые носили в то время члены семейства Айрис Кабрал.

Меня начало слегка подташнивать, и голова закружилась. Видно, подействовало пиво. Да и встала я сегодня ни свет ни заря.

– И что нам это даст? – поинтересовалась я у своего собеседника. – Предположим, имена совпадут. Все равно старуха не признает меня ни под каким видом.

– Не будем торопиться с выводами, Майя. Предлагаю двигаться шаг за шагом. И пожалуйста, никаких упаднических настроений. Вы ведь специально прилетели в Рио, чтобы на месте узнать историю своей семьи, а через день уже готовы сдаться. Так нельзя. Предлагаю следующий план, если вы не возражаете. Вы сейчас вернетесь к себе в отель и немного поспите, а я в это время поиграю в детектива.

– Право же, Флориано, мне неловко, что я доставляю вам столько хлопот.

– Хлопот? Какие хлопоты? Для меня как для историка такое расследование – самый настоящий подарок судьбы. Однако заранее предупреждаю. Возможно, некоторыми коллизиями наших с вами поисков я воспользуюсь в одном из своих следующих романов, – улыбнулся в ответ Флориано, а потом кивнул на камешек. – Так это я забираю с собой, да? Поеду прямо сейчас в наш Национальный музей, пообщаюсь с приятелями. Надеюсь, с их помощью в лаборатории музея, оснащенной самой современной оптикой и всевозможными ультрафиолетовыми приборами, нам удастся разобрать текст на обороте камня.

– Конечно, забирайте, – сказала я, а про себя подумала, что с моей стороны было бы верхом невоспитанности ответить на его просьбу отказом. Внезапно за спиной Флориано замаячили две молоденькие девушки, нерешительно переминаясь с ноги на ногу.

– Простите, сеньор, вы Флориано Квинтелас? – спросила у него одна из девушек, подходя поближе к столику.

– Да, это я.

– Мы просто хотим сказать, что нам очень понравилась ваша последняя книга. Вы не могли бы дать мне автограф? – Девушка протянула Флориано небольшую записную книжку и ручку.

– С удовольствием, – расплылся он в добродушной улыбке, ставя свой автограф. Потом еще несколько минут мило поболтал с девушками, после чего те удалились, раскрасневшиеся от волнения, но ужасно довольные состоявшейся встречей.

– А вы, как я посмотрю, самая настоящая знаменитость, так сказать, селебрити, – слегка подначила я его.

– В Рио – да, – беззаботно откликнулся он. – Моя книга стала тут бестселлером, но только потому, что я сам приплачиваю людям, чтобы они ее читали, – пошутил он. – Правда, многие страны уже приобрели права на перевод романа. Обещают издать в следующем году. Так что подождем и посмотрим, смогу ли я в обозримом будущем завязать с профессией гида-экскурсовода и всецело сосредоточиться на литературном труде.

– Ваш роман действительно очень хорош. Трогательная, хватающая за душу история. Не сомневаюсь, книга будет иметь повсеместный успех.

– Спасибо за добрые слова, Майя. Что ж, ваш отель тут рядом, всего в двух шагах, прогуляйтесь немного. – Флориано махнул рукой, указывая мне правильное направление. – А я, пожалуй, помчусь в музей. Надо успеть до закрытия, пока у них в отделах не закончился рабочий день. Давайте договоримся встретиться ровно в семь часов вечера в вестибюле гостиницы, ладно? Очень даже может быть, что к тому времени у меня уже появятся ответы на некоторые ваши вопросы.

– Хорошо. Но только если вы не заняты и у вас есть свободное время.

– Есть. А пока – чао.

Он помахал рукой на прощание и заторопился на выход. Я тоже вышла на улицу и двинулась в противоположном направлении, размышляя по дороге о своем новом знакомом. Историк, писатель, местная знаменитость, подрабатывающая время от времени экскурсоводом. Надо признаться, Флориано действительно самый настоящий человек-сюрприз.

11

– Итак…

По лицу Флориано, появившегося в холле отеля несколько часов спустя, было видно, что он просто сгорает от нетерпения, жаждет поделиться со мной свежайшими новостями. На лифте мы поднялись на самый верхний этаж и вышли на открытую террасу.

– У меня для вас кое-что есть, – начал он с места в карьер. – Хорошие новости. Думаю, за них вы можете выпить свой первый в жизни коктейль «Кайпиринья».

– Хорошо, – согласилась я. Мы сели за столик у края террасы, и я невольно залюбовалась солнечным закатом. Солнце медленно садилось, постепенно прячась за горной вершиной «Два Брата». Стало смеркаться.

– Вот! Взгляните на это! – Он протянул мне листок бумаги, который извлек из своего пластикового портмоне. – Здесь список всех членов семьи Айрис Кабрал начиная с 1850 года, с указанием дат их рождения, вступления в брак и смерти.

Я молча глянула на листок, все еще не в силах поверить в то, что все эти люди имеют какое-то отношение ко мне.

– Как вы видите, Густаво Айрис Кабрал женился на Изабелле Бонифацио в январе 1929 года. В апреле 1930 года у них родилась дочь Беатрис Луиза. Поскольку дата смерти возле ее имени отсутствует, то можно предположить, что это та самая старая дама, которую вы вчера встретили на вилле.

– А дети у нее были? – живо поинтересовалась я.

– Да, были. В 1951 году она вышла замуж за Эвандро Карвальо, и у них тоже родилась дочь Кристина Изабелла. Это случилось в 1956 году.

– Карвальо? Но это же фамилия старой дамы. Я сама слышала, как служанка, обращаясь к ней, именно так ее и назвала. А Кристина? Что случилось с ней?

– Вот здесь ниточка обрывается. Во всяком случае, в метрических книгах Рио нет никаких упоминаний о ее смерти или рождении у нее детей. Естественно, нет никаких сведений и об отце потенциального ребенка, если он был. Мы даже не знаем, была ли Кристина замужем. К сожалению, архив уже закрывался, и у меня не хватило времени на то, чтобы провести перекрестную сверку.

– Итак, если я принадлежу к членам семьи Айрис Кабрал, что еще само по себе большой такой вопрос, то Кристина вполне подходит на роль моей матери, – задумчиво бросила я. Нам подали напитки. – За ваше здоровье! – Я подняла бокал и сделала большой глоток. И с непривычки чуть не задохнулась. Горьковатая крепкая жидкость обожгла мне горло.

Флориано весело рассмеялся, наблюдая за моей реакцией на «Кайпиринью».

– Я же предупреждал вас: коктейль крепкий, – заметил он и отхлебнул из своего стакана с таким невозмутимым видом, будто пил воду. – Я успел побывать и в Национальном музее, попросил своего приятеля сделать быстрый осмотр камня с помощью специальной установки с ультрафиолетовыми лучами. Единственное, что удалось ему разобрать наверняка, это первое имя – Изабелла. Судя по тем записям, которые я сделал, она вполне может быть вашей прабабушкой.