Интерполицейский (СИ) - Донцов Виталий - Страница 45

— В том-то и дело, что у сторонников перевода "Тени" под эгиду МАК есть противники! Сможете догадаться с трех раз, кто? Кто у нас нынче правит бал в МАК?

— Североамериканцы, — спокойно ответил я. — И что? Нам их силовыми методами переубеждать?

— Не дерзи, щенок! — взорвался наконец Льюис. — Простите, Анатолий Геннадьевич… сорвался, — он снова повернулся ко мне. — Чтоб ты знал, Беркутов, твоей группе выпал жребий на деле решить судьбу "Тени". Большая часть штатовцев из Совета Коалиции хотят зарыть "Тень". Навсегда! Им невыгоден, понимаете, не нужен абсолютно международный отряд спецназа. У них есть свои планы на этот счет. Собрать собственные опергруппы, а нам дать обратный ход за несостоятельностью! Даже если проект останется в составе Интерпола! И это будет означать, что мы проиграли! Проиграли в деле антитеррора, черт возьми! Американцы отодвинут всех от дел и начнут создание марионеточной системы! Они хотят показать всему миру, что только США способны противостоять терроризму! Они чистенькие и с крылышками, а мы в дерьме!..

— Тише, тише, полковник. Вы чересчур эмоциональны. Хотя во многом правы, бесспорно… — мягко произнес Бортников.

Однако, если и правда вокруг нас такая заварушка, то я решительно не имею представления, чем мы с Берном можем помочь…

Объяснение последовало, на этот раз от самого Бортникова:

— Мы смогли добиться проведения испытательной операции. Операции SSI.

— Какая еще операция? — удивленно осведомился я у влиятельного соотечественника. Я окончательно растерялся, и не знал, что и думать. — Какие, к черту, испытательные операции? Мы работаем уже почти три года, работаем успешно, так для какой цели весь этот цирк?

— Операция по обезвреживанию небезызвестного вашей группе шейха, известного под именем Акбарс. Которого вы упустили. Возможно, это вам кажется цирком. Я отлично осведомлен о действенности системы "Тень". Но нам приходится соглашаться на испытательную операцию, чтобы не потерять все, что сделано за эти годы. Поэтому выслушайте господина полковника. Он пояснит вам подробности предстоящего предприятия. Должен, кстати, заметить, что "форс эй" выбрана не случайно. Полковник! — обратился к шефу первый помощник Генсека МАК.

Шеф кивнул, и раскрыл наконец свой кейс, выложив на стол какие-то распечатки.

— Ребята, вы ведь наверняка в курсе слухов, что якобы спецгруппы получают очки по проведенным акциям, — проговорил Льюис, шелестя листами.

— Ходили байки, — уклончиво ответил я. Ганс просто молча пожал плечами. Он слегка отстал от нашей жизни.

— Нет, не байки. И твоя группа, Беркутов — одна из первых в зачете. А дальше — дело жребия. Он выпал на вас.

— Вы нас что, монеткой разыгрывали? — полушепотом спросил я. Нет, я конечно не против участия в операции, пусть ее даже превратили в идиотский экзамен… но пахнет от всего этого очень нехорошо.

— Успокойтесь, майор! — угадал мои чувства Бортников. — Вернее, уже подполковник. Между прочим, судьба всей нашей затеи до сих пор еще висит на волоске…

Ни хрена себе фокусы! Но не успел я возмутиться, не смотря на то, что меня только что повысили в звании, как заговорил Ганс.

— Могу теперь я задать один вопрос?

После утвердительного кивка он продолжил:

— Зачем вам я? Меня собираются восстановить в должности офицера SSI?

Шеф огорченно покачал головой:

— Боюсь, пока это сделать не представляется возможным, как бы не хотелось, — сказал он. — Твоя задача, Берн, идет параллельно нашей и отнюдь не легче. Находиться будешь на подчиненном положении. И выбора у тебя нет. Считай, что мы спасаем твою задницу от трибуналов, как нашего, так и обычного.

Ганс побледнел. Боже! Да что ж они с нами делают? Я протянул руку и крепко сжал плечо друга, пытаясь его поддержать.

В наступившей тишине, почти гробовой, тренькнул телефон. Если судить по отсутствию номеронабирателя, это скорее всего "горячая линия".

Еще не сняв трубки, Бортников ткнул в нас пальцем:

— Этот звонок касается всех! — и снял трубку.

Теперь тишина стала вообще мертвой. Бортников немо выслушал то, что ему сообщали с того конца провода, затем, вернув трубку на рычаг, устало откинулся на спинку кресла.

— Поздравляю, господа! Мы одержали первую победу, пусть небольшую и неокончательную. Большинством голосов Совет Коалиции разрешил провести испытание "Тени". На нашей стороне оказались шестьдесят четыре процента тайно голосовавших представителей. Перевес обеспечили североамериканцы из партии демократов. Против нас же играют республиканцы. Они находятся у власти, — он потер переносицу и покрасневшие уголки глаз. Почувствовалось, что он чертовски устал. Может, стоит слегка изменить свое мнение о нем?

— Конечно, не думайте, что демократы так уж нам симпатизируют, — продолжил Бортников. — Просто они не откажутся вставить палки в колеса республиканцам. Да и достаточно разумных людей там побольше. Они смогли также перетянуть на нашу сторону тех участников Коалиции, кто зависим от Штатов. Боятся уважаемые представители засилья знаменитой американской демократии! — неожиданно торжествующе сказал Анатолий Геннадьевич. — Но это я так, к слову. У вас теперь есть конкретные цели. Берн, вам назначается новый напарник, вернее, напарница, Познакомьтесь — Гертруда Мейер…

— Зовите меня просто — Герда, — вмешалась блондинка, которую я поначалу принял за помощницу Бортникова.

— Да. Вы ей подчиняетесь, и без возражений, она более компетентна в вашей проблеме. Беркутов, вами займется полковник Коуни. Кроме того, нам все-таки умудрились выставить одно осложняющее дело условие, избавиться от которого мы не в силах, поэтому хотел бы предупредить — никаких истерик! Вы взрослые люди, надеюсь, сумеете справиться с возникшей неприятностью… только аккуратно.

Вот это не есть хорошо. Зря Бортников говорить не станет, это я уже понял.

— Ну а если у вас есть личные просьбы, то при наличии времени и возможности они будут выполнены… для вас двоих, господа офицеры.

Кабинет наполнился шумом встающих и шорохом шагов — уходили неизвестные ни мне, ни Гансу люди из окружения Бортникова, неизвестно для чего присутствовавшие при беседе. Блондинка, капитан Герда Мейер и новая начальница Ганса, осталась.

О просьбе. Просьба у меня была. Я встал, и повернувшись к первому помощнику, сказал:

— Анатолий Геннадьевич, с вашего позволения я хотел бы несколько дней слетать в Норвегию, к друзьям. Как вы на это смотрите, сойдет за выполнимое желание?

Бортников переглянулся с шефом, в его взгляде мелькнул вопрос. Коуни, с кряхтением выдохнув воздух, произнес:

— Подготовка группы — пара дней, вывоз и инструктаж — столько же плюс один. Нам выделили дней десять на предварительные действия. Если уложится в три дня на все про все, потому что еще требуется время на акклиматизацию, то подполковника можно отпустить. Тем более до Норвегии рукой подать.

Бортников кивнул, но внезапно в разговор вмешался Ганс:

— А мне… можно с ним? У нас общие друзья в Норвегии. И вам меньше забот, ведь мы будем вместе…

Я прекрасно понимал Ганса. Ближе, чем Крис, у него друзей уже не будет. Никто из нас всех не заменит для Ганса лейтенанта Эдвардсена. А все, что после него осталось — это Марта и немногочисленные родственники, которые к Гансу относились почти как к сыну и брату, и которых он знал гораздо лучше меня. Так что я был бы рад в этой поездке Берну.

— Пусть едет, — согласно кивнул Бортников. И тем самым завершил аудиенцию. Мы покинули высокий кабинет.

Чтобы нас не ожидало впереди, но эти трое суток мы проведем в спокойствии, не пряча в сердце боль и горечь тяжелой утраты, так как будет с кем их разделить…

А сколько их уже было, и еще, не дай боже, будет…

6

"Берн"

Побережье Норвегии — Эквадор,

Отсчет: 8-е, 12:18 по Гринвичу -