Демон пробуждается. Сборник. Книги 1 - 19 (СИ) - Сальваторе Роберт Энтони - Страница 1278

– Во вражду теперь втянуты и Дилнамарра, и Бремар, – продолжал Микки. – А также Дрохит и добрая дюжина деревушек из тех, которые до сих пор не давались в загребущие лапы короля Киннемора.

– Киннемор – марионетка Керидвен, – заметил Гэри. До сих пор он не почерпнул из рассказа Микки ничего для себя нового.

Микки кивнул.

– Ну да, а теперь колдунья оказалась запертой на своем острове, в то время как Роберт летает на свободе. Такое положение вынуждает ее пускаться во все тяжкие, наплевав на всякую конспирацию. – Объясняя ситуацию, Микки подбирал выражения, которые, как он знал, Гэри сможет полностью понять. – Она открыла карты. Сначала пыталась добыть оружие, а когда не сумела этого сделать, стала охотиться за Пвиллом. И в дальнейшем она тоже не остановится ни перед чем. Это же относится и к жаждущему власти Роберту.

Гэри откинулся в седле. Разумеется, всего этого следовало ожидать, судя и по дошедшим до него рассказам о разбойничьих налетах Роберта, и по действиям непреклонного принца Гелдиона. Но когда Гэри услышал это из уст лепрекона, причем так ясно и недвусмысленно сформулированным, то почувствовал себя подавленным, выбитым из седла. Здесь шла схватка не на жизнь, а на смерть, схватка между Керидвен с ее марионеточным королем и драконом. И все обитатели Волшебноземья: люди, дворфы, гномы, тильвиттеги и даже лепреконы – оказались втянутыми в самую ее гущу.

– Потому-то Джено и идет с нами, – промолвил Микки, уловив ход мыслей Гэри. – И Джербил тоже, хотя малютка еще не полностью представляет себе картину. Ты приложил руку к завариванию этой каши, парень, и потому может статься, что некоторые вещи под силу будет сделать только тебе. И потому я решил, что будет вполне правильным и уместным вызвать тебя сюда, чтобы ты помог привести историю к хорошему концу.

Гэри не был уверен, что ему нравится направление, в котором данная конкретная история развивалась до сих пор. В общем, вектор задан довольно угрожающий – как для него лично, так и для всех обитателей Волшебноземья. Тем не менее он кивком выразил свою благодарность, поскольку действительно хотел (больше того, испытывал потребность) стать активным участником написания этой истории.

Облаченный в доспехи капитан, восседающий на своем также облаченном в доспехи коне, нетерпеливо ерзал в седле. Он со смешанными чувствами – раздражения и некоторой неловкости – смотрел на своего легко одетого слугу, на воздетой руке которого, словно на насесте, устроилась большая черная птица. С пронзительным карканьем, прорезавшим утренний воздух, ворон снялся с руки и, бешено хлопая крыльями, полетел прочь, рассекая воздух и быстро превращаясь в черное пятнышко на зловещем сером небосклоне.

– Что сказала чертова птица? – резко осведомился капитан. По всем признакам его не приводило в восторг общение со сверхъестественными силами и существами. В указах его собственного короля, которому он был предан всем сердцем, черным по белому писалось: всякая магия – бесовское порождение и как таковая объявляется вне закона. И вот пожалуйста, воинство Коннахта советуется с птицами!

– Нам не следует прямо направляться в Бремар, – сообщил капитану слуга. – Объявленный вне закона Пвилл и его шайка изменников, вместе с украденными артефактами, движутся сейчас на юг. Они идут вдоль горного хребта. Нам надо повернуть на восток и перекрыть им дорогу. Король Киннемор объявил, что изменники не должны перейти Крахги.

Крупный, с гордой осанкой капитан усмехнулся. Пвилл вне закона, подумал он. Что-то в этой фразе его не устраивало. Она шла вразрез с его представлением об этом человеке. Он, как и многие его солдаты, сначала служил в Дилнамарре, а уже потом перешел на сторону Коннахта. И никто ни разу не сталкивался с тем, чтобы барон Пвилл – при всей своей необузданности и любви к комфорту – хоть в чем-то проявил неблагородство.

Но он – скромный солдат, а Киннемор – король. А капитан был так воспитан, что уже одно это ставило Киннемора всего лишь на одну ступень ниже самого Бога.

– А что насчет принца Гелдиона? – осведомился капитан.

– Принц со своим отрядом движется сейчас к западу от разбойников. Мы соединимся с ним непосредственно на поле битвы.

Капитан кивнул и жестом приказал сержантам вновь привести отряды в движение. Он испытывал чисто суеверную неприязнь ко всяким контактам со сверхъестественными существами. Но с практической точки зрения сведения, передаваемые от ворона к ворону, оказывали неоценимую услугу его миссии и, следовательно, королю.

– Какие-то твои друзья? – спросил Джербил у Джено. Была середина дня, и компания сделала привал, чтобы подкрепиться и отдохнуть. Гном жестом указал в сторону предгорий. Там, за привязанными лошадьми и припаркованным квадрициклом, угадывалось движение. То были дворфы – явно воинственные на вид, они гуськом продвигались по узкой горной тропе, чуть ли не касаясь головами низко нависших серых облаков. Гэри и Пвилл повернулись одновременно с Джено, чтобы рассмотреть дворфов, и тут обратили внимание на притаившегося за камнем, лук наготове, Кэлси. Микки куда-то пропал, но Гэри достаточно хорошо знал лепрекона, чтобы быть уверенным – от его внимания передвижения дворфов уж точно не укрылись.

– Нам лучше подойти к ним, – сухо заметил Джено. – Прежде чем эльф ввяжется в драку. – Решительно вскочив на ноги, дворф стряхнул с одежды бисквитные крошки. Его внимание привлекла особенно большая и аппетитная, упавшая на землю. Он не мог позволить такому добру заваляться, а потому жадно подобрал ее и вместе с хорошей порцией грязи запихал себе в рот.

Гэри порядком заинтересовал тот факт, что у Джено, по всей видимости, появление дворфов никакого удивления не вызвало.

– Спрячь свой жалкий лук! – услышали друзья обращенное к Кэлси ворчание Джено. Семеня мимо эльфа, он пнул ногой камень, и тот покатился в сторону Кэлси. Он и дворфы обменялись приветственными сигналами, а затем колонна исчезла за гребнем.

После всего этого Кэлси, явно встревоженный, направился к своим. Следом за ним появился и Микки.

– Что случилось? – спросил лепрекон, взглянув в мечущие молнии глаза эльфа.

– Похоже, мы лишились помощи Джено, – отвечал Кэлси. – Если не хуже того.

Кэлси беспрерывно настороженно поглядывал вокруг себя, как делает видавший виды воин в ожидании атаки. Это заставило Гэри и исполненного страха Пвилла подумать, что он в любой момент ждет нападения со стороны дворфской шайки. Пвилл тут же зашарил глазами – еще более встревоженно, чем Кэлси.

– Дворфы нам не враги. – Микки говорил спокойно, стараясь логическими доводами воздействовать на Кэлси, а заодно и на взбудораженного Пвилла. – Ты в этом скоро убедишься, мой друг. Они нам друзья, и Джено ушел не потому, что хочет покинуть нас.

– Что тебе известно? – властно осведомился Кэлси.

Вместо ответа Микки кивком указал на гребень, из-за которого только что вновь показался Джено. Своей обычной слоновьей походкой дворф потопал в направлении лагеря. Успокоенный этим зрелищем, Кэлси согласно кивнул, а у Пвилла вырвался глубокий вздох облегчения. Гэри с любопытством посмотрел на этого человека, в очередной раз задаваясь вопросом, каким образом Пвилл ухитрился стать бароном.

– Они здесь в поисках дракона? – тоном ожившей надежды высказал предположение Кэлси.

– Дворфы слишком умны, чтобы таскаться по горам в поисках дракона, – проворчал дворф.

– Да, а как же ты? – не удержался Гэри. В логике Джено был явный прокол. Если уж на то пошло, разве Джено уже однажды не сопровождал их, во время путешествия в логово дракона?

– Закрой рот! – А какого еще ответа следовало ожидать? Что Гэри и сделал.

– Так зачем они здесь? – спросил Кэлси. И Гэри показалось, что эльф уже знает ответ, что он его знал с самого начала.

– Я узнал об этом еще в Бремаре, – ответил Джено. – Мне рассказали друзья в «Дремлющей фее».

– Узнал что? – вклинился в разговор Джербил. Он нервно поглаживал свою бороду, ярко-коричневую, почти апельсиновую, с белоснежными волнами. Никогда прежде его вид так явно не выдавал тревогу.