Академия Теней. Изменить судьбу (СИ) - Хант Рина - Страница 29

На втором этаже немного задержалась. В глаза, даже через плотную повязку, ударил яркий свет. Не очень приятное чувство, но оно дало понять, что все таки можно научиться видеть закрытыми глазами. Перевела дыхание, и снова продолжила подъем.

— Ну, знаешь ли, Ви, могла бы и меня подождать, — обиженный голос Алисиньи заставил остановиться.

И снова я не услышала никакого удивления в голосе подруги. Она схватила меня за руку и привычным буксиром утянула вверх по лестнице. Этому тарану сопротивляться абсолютно бесполезно, а если учесть ее напор, то и совершенно бессмысленно.

Пока мы практически бежали до моей комнаты, Лиска вводила меня в курс последних событий. Оказывается, тишина стоит не столько по причине наступивших каникул. Просто с третьего и до выпускного курса адепты были отправлены, как и обещано, на полевые работы. А как же я? Мы? Ведь кроме меня, как минимум остались еще Лир и Лиска. Их то за что оставили? А как же боевики? Амурру, Вэй, кто их прикрывает?

А потом вспомнила, Амурру был постоянно со мной, пока Шартан не спеленал его как не смышленного кутенка. Я вырвалась руку из Лискиного захвата.

— Мне Амурру найти нужно. Сейчас. Вряд ли демон так просто его отпустил.

— Где ты демона найти то умудрилась? Хотя с твоим везением удивляться не приходится. Где ты его видела в последний раз?

И снова ни какого удивления в голосе подруги. Словно, она уже обо всем знает. И эти вопросы просто дань какому-то сценарию.

В общем, накрутила себя так, что бежать буду от единственного человека, который реально может помочь.

Резко развернулась, я вырвала руку из Лискиного захвата и поспешила обратно к лестнице. Позади отчетливо слышалось обиженное сопение подруги. Но на данный момент меня это мало волновало. Даже самой себе объяснить свое поведение не могла. Но я отчетливо ощутила, как задымились «мосты нашей дружбы», которые крепли в течение трех лет нашей учебы. Таким образом, я останусь совсем одна, а это уже очень плохо. Какой-то я становлюсь меркантильной, но мне нужна эта дружба, как и Лиска нужна.

Только осознание неправильности всей этой ситуации, заставило меня задуматься. Я едва удержалась на ногах от нахлынувших мыслей. Остановилась и повернула голову вверх. Лискину боль я чувствовала как свою собственную. Тяжело вздохнув, перехватила перила другой рукой, я все еще не доверяла себе и окружающей среде, и медленно стала подниматься.

Эшафот по имени Лиска ждал меня на нашем третьем этаже. Заметила, что чем выше я поднималась, тем тяжелее становилось дышать. Камень, поселившийся в моей груди, не просто мешал дышать, он мешал мне жить.

Я остановилась на ступеньку ниже подруги, прислонилась головой к ее груди и затихла. Что-то сказать мне не позволяло чувство вины. Сколько мы так стояли, мгновения, часы вечность, не знаю. Только, когда рука подруги опустилась на мою голову, почувствовала, как проходит ее обида, и всхлипнула. От одного этого дышать становилось однозначно легче.

— Знаешь, Ви, о твоих умственных способностях…

— Ты говорила довольно часто — перебила подругу и попыталась улыбнуться. — Что поделаешь, раз я у тебя такая дурра?

Мы обе рассмеялась. «Мосты дружбы» потушили и даже отреставрировали то, что успело закоптиться за эти мгновения.

— Я должна, Лис, просто пойми меня. Я должна найти Амурру. Он же спеленал кота как несмышленыша.

— Знаешь, Ви, иногда мне хочется тебя убить. — Она шутливо сжала мое горло. Но говорила вполне серьезно.

— Только иногда?

— Ага. А все остальное время…

Подруга замолчала. Я же попыталась заставить ее закончить фразу.

— А все остальное время?

— Пойдем уже, будем спасать твоего кота — не согласилась со мной Алисинья.

Как-то не заметно мы поменялись местами. Безалаберная Алисинья сейчас вела себя абсолютно серьезно, я бы даже сказала зрело. Тогда как я ухнула в пучину глупости. Но я была благодарна подруге за стремление помочь.

Она сжала мою ладошку в знак примирения и помогла сориентироваться на лестнице. Мы так и вышли из общежития, Лиска буксировала меня к больничному крылу, где я в последний раз видела Амурру. Причем видела в буквальном смысле. Эх, как давно это было. Глаза как-то подозрительно зачесались, но слезы так и не нашли выход из моей души.

Черного ирбиса мы нашли там, где его и оставил демон беспомощным, связанным, спящим. Второй раз я была готова плакать от жалости, но уже не к себе, а к моему коту. Хотя почему моему? Амурру никогда не был моим, а если учесть присланные мне брачные браслеты, то никогда и не будет. Теперь жалко стало себя.

Опустилась на колени рядом с ирбисом, кончиками пальцев пробежалась по его шерсти, словно впитывая в себя его состояние. Я не чувствовала его в мире живых, но и за гранью этого мира его тоже не было. Очертила контур его тела, зарылась пальцами в густую шерсть, и все же с трудом, но почувствовала еле уловимое сердцебиение. Я гладила его мохнатую голову, а сама думала, и эти думы меня абсолютно не радовали.

Неужели я влюбилась в этого непонятного то иногда друга, то иногда совершенно чужого мне парня. А ведь мне же нельзя. Я спорила сама с собой, доказывала, рассуждала, но по всему выходило, что ничего я не понимаю.

— Амурру — Я тихонько позвала спящего кота, слегка потрепала его за уши… Ох, и влетит мне за такую фамильярство, когда проснется, если проснется, поправила себя и тяжело вздохнула.

Кот, на мои не смелые попытки разбудить никак не реагировал. Поэтому, собравшись с духом, приступила к пробуждению более активно. Реакция последовала сразу: кот издал грозный рык, или храп, и перевернулся на другой бок. А я не удержалась и хихикнула.

— Знаешь, Амурру, кот из тебя великолепный, а вот актер вышел посредственный.

— Почему? — приоткрыл один глаз парень. Я увидела, я это точно увидела.

Взвизгнув от радости, мало того, что проснулся, так еще и обернуться сумел, я повисла у него на шее, орошая оную слезами. Значит, демон, ой, простите, высший демон, содержал обещание и снял путы с кота, помогая тем самым совершить оборот.

— Ну, чего ты? Ви, хорош сырость разводить, — уговаривал меня парень.

Я всхлипнула. Оказывается тяжело говорить, когда слезы в буквальном смысле душат. Не знаю, может сказывался стресс от всего случившегося, ведь невозможно все это держать в себе и не сорваться, хотя бы в слезах. Так что, как ни крепилась, но удержаться не смогла и позорно разревелась.

— Я впервые вижу, чтобы ты плакала — задумчиво проговорил Амурру. — И мне это не нравится.

Я только пожала плечами, подумаешь, как будто мне это нравится, но ничего поделать не могу. Уже не могу. К сожалению, мои слезы именно сейчас мне не подвластны. Вообще, я всегда удивлялась, как другие девочки, да та же Алисинья, например, или Лир, умело пользовались этим убойным оружием. Мне такое было не доступно, ибо родители с детства внушали, что нельзя показывать свои эмоции, это не прилично.

— Ну, что ты в самом деле? — на очередной мой всхлип произнес Амурру. — Неужели все так плохо?

Я вновь пожала плечами. Вроде не все и не так плохо, как могло показаться на первый взгляд. Но и прыгать от радости повода я тоже не видела.

Рука парня в который уже раз прошлась по моим волосам, когда до меня дошла вся неуместность ситуации. Я, без пяти минут замужняя леди, лежу в мужских объятиях, практически распутствую. Я замерла. Слезы высохли сами собой.

— Отпусти, — прошептал еле слышно.

Если честно, я и сама не знала, чего хочу больше: чтоб удержал или отпустил. Но мое тело все решило само. Мои руки сами поставили преграду между нами, подтверждая серьезность слов. И Амурру отпустил, давая мне возможность самой принять решение. Он не давил, не уговаривал, но и не удерживал. Я позволила себе еще мгновение побыть так близко с тем, кто в последнее время занимал все мои мысли. А потом отстранилась и встала.

Все, я пришла в себя. Маска дочери правителя Иберии, маска истинной леди вновь на моем лице.