Крученый мяч (ЛП) - Родригез Николь - Страница 35

Нам с дочерью понравилось одно и то же кольцо. Может ли быть это просто совпадением? Парень кивает и передает нам украшение для осмотра.

Белла поднимает руку, чтобы прикрыть рот, и словно переставет дышать. Я улыбаюсь ей и смотрю на Девина. Он слегка улыбается и закатывает глаза.

– Оно, да? – спрашиваю, глядя на Беллу.

Она быстро кивает и прыгает, чтобы обнять меня.

– Ей точно понравится, – шепчет она.

Улыбнувшись, называю продавцу нужный нам размер. Если бы я не думал, что судьба уже на моей стороне, то стал в этом абсолютно уверен, когда приглянувшееся нам кольцо было уже нужного размера.

ГЛАВА 18

Шарлотта

Я оглядываю гостиную и улыбаюсь. Моя мама и миссис Гэвинвуд сидят на диване, потягивая вино и хихикая над какой-то шуткой, словно подростки.

Мой отец, Девин и отец Габриэля кричат на телевизор, потому что, по-видимому, «защита команды Нового Орлеана дает в жопу». Конечно, за такие разговорчики мама их отчитывает, а затем возвращается к разговору с Франсин.

Иду на кухню, где Саванна и Белла о чем-то шепчутся у плиты.

– Как дела? – спрашиваю я.

Они обе подпрыгивают и поворачиваются ко мне с широко распахнутыми глазами.

– Вы что-то задумали? – с подозрением снова задаю вопрос.

– Ничего, – быстро отвечает Белла.

– Все готово, – говорит Саванна. Затем протягивает мне две тарелки, чтобы я поставила их на стол. Я изучаю ее, сдвинув брови.

– Я наблюдаю за тобой, – предупреждаю я.

Моя мать и миссис Гэвинвуд подходят, чтобы помочь накрыть на стол, после чего мы все садимся. Габриэль куда-то пропал, что меня удивляет. Вообще-то, он испарился как только мы закончили завтракать сегодня утром. Просто я была так занята готовкой, что даже не заметила.

– Где Габриэль? – спрашиваю вслух.

– Прошу прощения, – бросает он, влетая в комнату.

Быстро целует меня в лоб и садится рядом, глянув на присутствующих.

– Я произнесу молитву, – говорит он и выставляет перед собой руки.

Да что сегодня со всеми творится? Я хватаю его за руку, Саванна берет меня за другую.

– Благословенный отец, благодарю тебя за эту еду и семью. Спасибо тебе за любовь, которую мы разделяем, и за то, что снова соединил всех вместе. Аминь.

Я пристально смотрю на Габриэля, пока он изучает различные блюда.

– Ты в порядке? – шепчу я.

– Ага, – бормочет он, не смотря на меня, – а что?

– Ты весь мокрый. Здесь слишком жарко? Я могу снизить температуру.

– Я в порядке, Шарлотта, ешь. У меня для тебя подарок на попозже.

Я киваю, все еще не удовлетворенная ответом.

Беседа за ужином протекает легко, с улыбками на всех наших лицах, отчего у меня на сердце становится тепло. Именно таким и должен быть семейный ужин.

Набив животы, мы убираем посуду и выносим десерт.

– Шарлотта... – привлекает мое внимание миссис Гэвинвуд, когда мы остаемся наедине.

– Да?

– Я... Я знаю, что уже извинилась перед тобой, но хочу, чтобы ты знала, что я на самом деле тебе очень благодарна.

– Ох, спасибо. Дети замечательные, но они сами такими выросли. Я была просто наблюдателем, – смеюсь я.

– Да, и за них тоже спасибо, но я говорила о Габриэле. Я вижу, как он счастлив с тобой, и чувствую, что мой мальчик, наконец, вернулся. Ты идеально ему подходишь, Шарлотта.

Я теряю дар речи от этих слов, поэтому просто киваю с открытым ртом, когда она подходит ближе и обнимает меня. Крепко сжимаю ее в ответ.

– И вам спасибо, – шепчу я.

Она разрывает объятие, улыбается мне, и мы возвращаемся в столовую, чтобы насладиться десертом с семьей.

Через пару часов уходит последний гость, и я понимаю, что было не так. Девин разговаривал с Габриэлем намного больше, чем обычно, и даже не сделал ни одного саркастического комментария за весь вечер. Белла же постоянно о чем-то шепталась с Саванной, так что я чувствовала себя лишней.

– Ладно, что с вами всеми происходит? Я знаю, что что-то случилось, – закипаю я и скрещиваю руки на груди.

Девин и Белла оба смотрят на Габриэля, и тот вздыхает.

– Шарлотта Дэниелс... – начинает он, направляясь ко мне.

Затем падает на одно колено у моих ног.

О. Мой. Бог.

– Благодаря тебе я был самым счастливым мальчиком на планете. С моего первого поцелуя до первого... Ну, в общем первого всего... – он умолкает, ухмыляясь.

– Всё! Мы пойдем в нашу комнату. Не думаю, что смогу торчать здесь и не блевануть, слушать эту речь, – заявляет Девин, поднимая руки.

– Для протокола, мы оба одобряем, – визжит Белла.

Я вопросительно изгибаю бровь, и Девин с улыбкой кивает.

– Да, так есть, – подтверждает он.

Они уходят и закрывают за собой дверь. Я перевожу взгляд на Габриэля.

– Итак... – смеется он. – Мы утоляли жажду в старшей школе, пытаясь ориентироваться в тех водах. Я совершил ошибку по молодости, Шарлотта, ошибку, с которой мне теперь жить всю оставшуюся жизнь. Но больше я ее не повторю. Ты – моя, дети – мои. Я обещаю, что буду любить тебя так, как ты того заслуживаешь – полностью и глубоко.

Я слегка ударяю его по плечу.

– Веди себя прилично.

– Что? Я тут вообще-то с искренней речью выступаю, а у тебя одно на уме, – самодовольно бормочет он.

Я закатываю глаза и становлюсь на колени вместе с ним.

– Я согласна, – шепчу я, лаская его щеку ладонью.

– Я тебя еще ни о чем даже не спрашивал!

В ответ крепко его целую, так сильно, что роняю нас на пол, и мы начинаем ржать. Он наваливается на меня сверху, укладывая меня на холодный пол.

– Шарлотта Дэниелс, будь моей женой. И это не вопрос.

Он отводит руку за спину и выуживает из кармана маленькую черную коробочку.

– Такой требовательный, – с ноткой эротичности шепчу я, проводя пальцем по его шее к воротнику рубашки.

– Чертовски верно, – хрипло отвечает он.

Габриэль достает кольцо из коробки и надевает его мне на палец. Я ахаю, глаза начинают слезиться от вида классического бриллианта. Мужчина обнимает меня и прижимает свои мягкие губы к моим.

– Теперь я могу сказать «да»? – спрашиваю, прервав поцелуй.

– Даже если ты откажешься, это кольцо никуда не денется, как и я.

Я киваю, уже не сдерживая слез. Затем снова его целую, но из коридора раздается покашливание.

– Мы будем праздновать это событие в семейном кругу или нам с ДиДжеем стоит отправиться к бабушке с дедушкой... На неделю? – уточняет Белла, изображая отвращение.

Мы с Габриэлем смеемся, после чего он помогает мне подняться и поворачивается к детям.

– По-семейному, – говорим мы одновременно.

Мы все идем на кухню и садимся, чтобы открыть оставшиеся рождественские подарки. Габриэль протягивает мне бокал шампанского, указывая головой в сторону близнецов, и я киваю.

– За семью, – произносит тост Габриэль, раздав близнецам по фужеру.

Девин вопрошающе поднимает бровь, глядя на стакан.

– Это особый случай, – поясняю я. – Один бокал никому не повредит. И не ведите себя так, словно вы двое паиньки вне дома, – ворчу я, положив руку на бедро.

Девин и Белла пытаются скрыть свои ухмылки, когда мы чокаемся.

– За семью, – повторяет Девин.

Через час Габриэль тянет меня за руку в спальню. Он быстро закрывает дверь, запирает ее и мягко меня к ней толкает.

– Ты сделала меня самым счастливым мужчиной на свете, – бормочет он, целуя меня от основания шеи до уха.

– Подожди, я не могу... Как это будет выглядеть, Габриэль? Мы не сможем видеться каждый день. База «Хьюстона» далеко.

– Я ухожу. Саванна уже предложила мне работу. Пока не получу диплом, буду стажером, – объясняет он, продолжая ласкать мою шею. – «Дабл плэй» изначально был нашим планом в молодости, если бы у меня не сложилось с бейсболом.

– Да, она мне рассказывала. Подожди, у кого ты будешь стажироваться? – спрашиваю, затаив дыхание.