Только для мертвых (СИ) - Гриньков Владимир Васильевич - Страница 20

За стеной серых деревьев обнаружилась едва приметная тропа, по ней Лида и повела своего спутника, никуда не сворачивая. Чем дальше от дороги, тем более чистой и яркой становилась листва на деревьях, и даже дышать стало легче. Здесь был настоящий лес и настоящий чистый воздух. Солнечный свет пробивался сквозь густую листву и высвечивал на траве светлые пятна. Было немного сумрачно, но не мрачно и не сыро. Тропа то поднималась на очередной холм, то спускалась в низину. Это чередование было убаюкивающим, и казалось, что еще немного – и можно потерять ориентацию и во времени, и в пространстве, но едва Стас об этом подумал, как сзади, совершенно неожиданно, он услышал шорох и даже не успел обернуться, как кто-то невидимый отрывисто и требовательно сказал:

– Стоять на месте!

И Стасу в затылок уткнулось что-то твердое. Стас знал по опыту, что это может быть ствол ружья. Он сейчас видел перед собой Лиду. Она уже обернулась, и на лице ее было написано облегчение и сознание выполненного долга. Значит, пришли.

Глава 22

– Руки за голову! Ноги шире! Шире!

Невидимка ударил сзади по ногам, заставив Стаса их раздвинуть, и почти сразу стал шарить по его карманам в поисках оружия. Насмотрелся когда-то боевиков, судя по всему, а сам в этих делах пень пнем – Стас это сразу определил, у него-то самого опыт по этой части был богатый. Стас ни слова не сказал, покорно повиновался, хотя уже вычислил возможности противника и знал, что при желании мог бы справиться с ним в одну, максимум в две секунды. Но сейчас это было не в его, Стаса, интересах. Он умел ждать.

Невидимка тем временем закончил обыск. Он ничего не нашел, кроме связки ключей и небольшой суммы денег. Еще в карманах были карточка постояльца гостиницы и паспорт. Стас слышал, как шелестят за его спиной перелистываемые страницы.

– Ну что, Стас, рассказывай, – предложил голос.

Наверное, считает себя суперменом. Еще бы, ведь такое непростое дело провернул – установил имя своего гостя. Не каждому дано. Теперь безмерно горд. Лидия наверняка смотрит на своего самца с любовью и затаенным восторгом. Трудно не почувствовать себя героем в такой обстановке. Стас усмехнулся в душе.

– О чем рассказывать, дружище? – поинтересовался он.

– Как ты здесь оказался. И зачем меня разыскивал.

– Ну, как я здесь оказался, тебе и твоя подруга может рассказать. А вот зачем – об этом поговорим. Только, дружище, я не привык разговаривать с руками за головой. Да и на тебя хотелось бы взглянуть.

– Смотреть на меня необязательно, – произнес голос. – А руки можешь опустить.

Стас услышал, как его собеседник сделал шаг назад. Опасается.

– Пока я тебя не увижу, разговора не будет, – сказал Стас.

Пауза. Раздумывает.

– Может быть, ты – подставка, – настаивал Стас. – Я ведь должен поговорить только с Филатовым лично. Так мне сказал Зубков.

Еще шаг назад. Осторожный парень.

– Сядь на землю!

Стас подчинился.

– Теперь можешь повернуться.

Стас обернулся. Недалеко, метрах в трех, стоял Филатов. Стас его сразу узнал, потому что, несмотря на заросшую физиономию, он был очень похож на того Филатова, которого Стас видел в Москве. Не лично видел, а на фотографиях, которые ему показывали.

– Может, паспорт предъявить? – осведомился Филатов и криво усмехнулся.

Он все же сильно волновался, понял Стас.

– Мне твой паспорт не нужен. Я сам тебе могу какие хочешь документы предъявить.

Стас сорвал травинку, зажал ее между зубами со скучающим видом, проверяя, как поведет себя Филатов. Тот терпеливо выжидал.

– Тебе привет от Зубкова, – сказал наконец Стас.

– Вот только привета мне от него и не хватало, – усмехнулся Филатов.

Лида подошла к нему и встала рядом. Так ей, наверное, было спокойнее.

– Он хочет вернуться в Россию.

– Похвальное желание, – кивнул Филатов. – Его здесь давно дожидаются.

– Его дожидаются, чтобы отомстить, – спокойно сказал Стас. – Но вся штука в том, дружище, что он ни в чем не виноват. Он не сбегал с этими деньгами, все было гораздо проще. Рядовой наезд. Какие-то мерзавцы пригрозили его убить, если он не заплатит им сто штук. Дело было нешуточное, и он от греха подальше уехал. Вот и все.

– Это он тебе так рассказывал?

– Да.

– Леня всегда был сочинителем.

– Ну почему же? – пожал плечами Стас. – Одна из бесед с рэкетирами происходила в моем присутствии. И после той беседы мы с Леней вместе покинули город-герой Москву.

Филатов смотрел на него с прищуром. Не верил.

– Зубков меня подставил, – сказал он. – Я ему деньги доверил, а он смылся.

– Я же тебе объяснил, в чем причина.

– Где он сейчас?

– Далеко отсюда, – ответил Стас. – Но готов приехать.

– Сюда?

– Вряд ли. Здесь места неприветливые и дикие, для бизнеса никаких перспектив. Медведю «Сникерс» не продашь. Он в Москву вернется, Олег.

– Когда? – недоверчиво поинтересовался Филатов.

– А вот это я с тобой и должен обсудить.

Филатов переступил с ноги на ногу. Устал стоять, но в траву так и не опустился. И ружье по-прежнему держал на весу, так что Стас все время видел черные отзерстия стволов, направленные на него.

– Вы должны приехать в Москву одновременно – и ты, и Зубков, – сказал Стас. – Только в этом гарантия, что ни с ним, ни с тобой ничего не произойдет. Если он приедет один, без тебя, его сразу возьмут в оборот и разрежут на куски. Если приедешь только ты – с тобой произойдет то же самое. Порознь вы – мертвецы.

Лида побледнела. Филатов нервно покусывал губы.

– Вы приезжаете в Москву вместе, Леня отдает деньги тебе, ты отдаешь их тем, у кого брал кредит, – и все довольны и, что самое главное, живы. К вам никаких претензий. Понимаешь?

– Я тебе не верю! – объявил Филатов.

– Вот еще что, дружище, – равнодушным тоном сказал Стас. – Лично мне наплевать, веришь ты мне или нет. Если у нас с тобой разговор не сложится, я уеду – и все. Я уеду в Москву, а ты останешься здесь и будешь прятаться в этой глухомани всю свою жизнь, пока не сдохнешь.

Филатов выглядел очень неважно.

– В городе тебе уже не жить, тебя вычислят очень быстро и уничтожат, в назидание другим, чтоб кредиты возвращали вовремя. Этого можно избежать, если вернуть деньги. И Зубков готов их тебе отдать, чтобы ты рассчитался с кредиторами. Но он не может этого сделать, пока ты лично не объявишься. Потому что за ним самим идет охота. Никто ведь точно не знает, заодно вы с ним действуете или это он тебя подставил, а ты скрылся, чтоб за чужие грехи не отвечать.

– Я ему перечислил деньги, а он обналичил и сбежал! – выкрикнул Филатов.

– Я знаю, – сказал мягко Стас. – Но ведь все поправимо.

Филатов тяжело дышал. Ружье в его руках ходило ходуном. Стас опустил глаза и молчал, давая своему собеседнику возможность успокоиться. После таких волнений неизбежно наступает апатия. Тогда можно будет продолжить беседу.

– Вставай, – неожиданно сказал Филатов.

Стас хотя и удивился, но ничего не стал спрашивать и молча поднялся на ноги.

– Иди вперед по тропе, – приказывал Филатов. – Никуда не сворачивай.

Он и Лида пошли за Стасом следом, он слышал их шаги за спиной. Стас шел не спеша, изображая беззаботную походку. Где-то впереди послышался стук колес – там проходила колея железной дороги. Они вышли к ней примерно через час пути. Здесь было пустынно и тихо. От разогретых шпал поднимался смрад. Перевалили через железнодорожную насыпь и снова углубились в лес. Теперь тропы не было, и Филатов направлял Стаса, подсказывая, правее или левее надо принять. Миновали просеку и почти сразу за ней повернули направо. Еще через четверть часа деревья расступились – и Стас увидел небольшой деревянный домик. Он был серым и дряхлым. В этой избе, наверное, когда-то жила Баба-яга. У крыльца, которое уже почти рассыпалось от времени и немилосердных дождей, Стас остановился.

– Проходи, – сказал ему в спину Филатов. – Будь как дома.