Джонатан без поводка - Розофф Мег - Страница 40

Следующий день прошел по такой же программе, за ним – следующий, и еще один. Каждый день потенциально был Днем, Когда Все Может Измениться, когда водоворот вынесет его куда-то туда, где все – работа, жизнь, любовь – чудесным образом наладится.

Джонатан пребывал в полной боевой готовности. Он сканировал взглядом улицы, каждую секунду ожидая увидеть знак.

Но ничего не происходило. Не находилось ни работы, ни девушки, ни счета за квартиру.

– Не думай, что все произойдет за пару недель, – наставлял его Макс. – Это не так, как будто ты в ресторане заказываешь: мне, пожалуйста, ведро любви, а на гарнир – хорошую работу. Куда ты торопишься? Ты молод. Цель состоит в самом пути. Попробуй просто заняться сексом без обязательств.

Джонатан не хотел заниматься сексом без обязательств. Его жизнь и так была абсолютно бессмысленной и не имела обязательств.

– Макс, что думаешь про проблему с арендой?

– Ты не можешь заплатить, раз ты не знаешь, кому платить, – покачал он головой. – Я бы жил себе как ни в чем не бывало и надеялся, что эта ситуация продлится подольше.

С финансовой точки зрения это была большая удача, но Джонатан не мог успокоиться. Ему казалось, что Фрэнк может появиться в любую минуту с Джимми-греком и бейсбольной битой, чтобы сказать, что ему, Джонатану, осталось жить десять минут. Он стал плохо спать, видеть во снах Фрэнка, который нависал над ним, тряс его за плечо и кричал: «Собаки??? Ты сюда животных привел?»

Его разбудил телефонный звонок. Он еле-еле проснулся и взял трубку.

– Джонатан? – это была Джули. – Мне нужно забрать остаток вещей. Надеюсь, ты не возражаешь.

– Я возражаю.

– Я могу прийти, когда тебя не будет, если так будет лучше.

Ему хотелось заорать: «Купи себе новые вещи», – и изо всех сил бросить трубку. Или, как вариант, заорать: «Я все равно уже сжег все твои вещи». И бросить трубку. Он даже согласен был просто бросить трубку, ничего не говоря, или купить сигнал сирены и включить его на всю мощь, когда она позвонит снова, чтобы у нее барабанные перепонки лопнули. Также было бы здорово звонить ей в самое неподходящее время и просто бросать трубку, не говоря ни слова, – просто чтобы вывести ее из себя и заставить нервничать. Или окунуть ее в бассейн с голодными морскими звездами.

Но вместо этого он подумал, что если он выдержит двадцать минут в режиме натянутой вежливости, то сможет больше не видеть ее никогда.

– Да, приходи. Жду не дождусь, – надеялся он задеть ее своим сарказмом. Но она умела его не замечать.

Когда Джули приехала к нему этим же днем, он оказался не готов к состоянию, которое он испытал с ее появлением. Она вся светилась, и ее доброта к нему – похожая на сочувствие к пожилому родственнику или коллеге по работе – привела его в ярость.

– Все в итоге вышло очень забавно, – сказала она. – Свадьбу посмотрело восемьсот тысяч человек, и с тех пор у нас двенадцать миллионов уникальных посетителей на сайте. Меня сделали начальником отдела продаж, серьезно подняли зарплату, и мы сейчас делаем сериал – «Свадьба на темной стороне». Все ждут, когда он выйдет.

Для Джонатана оказалось гораздо сложнее следовать собственному плану, который заключался в игнорировании всего, что она говорит.

– Значит, все закончилось отлично. Очень рад слышать.

– А ты обрел способность говорить!?

– Думаю, у меня была аллергия. На тебя.

Он спросил (поскольку сейчас это уже ничего не значило), что же содержалось в файле «Джонатан». Она сказала, что удалила его.

– Естественно, – съязвил он. – Теперь у тебя файл «Марк» появился.

Она сочувственно взглянула на него и вместо ответа села на корточки, чтобы погладить Данте.

– Твоя подружка, наверное, скучает по тебе, – Джули взглянула на Джонатана. – Они были очень близки.

Джонатан смотрел на нее.

– Какая трагедия. Ты хочешь, чтобы я устраивал им свидания с собакой Марка?

– У тебя бы все равно ничего не получилось. Его бывшая не дает ему видеться с ней, – она гладила голову Данте. – Даже по выходным. Это несправедливо по отношению к Марку. И Вилме.

Значит, бедный Марк, своровавший его девушку, теперь был самым несч… Вилма?

Данте отвернулся от Джули и неотрывно смотрел на Джонатана таким взглядом, которым Дживс мог бы предупреждать Вустера о глобальных переменах.

Мир замер. Джонатан застыл посреди собственной мысли. Только его сердце бешено билось в груди, как плохо натянутый брезент посреди шторма.

Может быть такое, что рядом живут две разные собаки по имени Вилма?

Он переводил взгляд с Данте на Джули. Время мучительно ползло, потихоньку набирая обороты. Данте смотрел хозяину прямо в глаза.

Медленно-медленно, со скоростью таяния ледников, Джонатан повернулся к Джули.

– Собаку Марка зовут Вилма? – казалось, он задавал этот вопрос целую вечность.

– Она больше не его собака. Его гадкая бывшая оформила единоличную опеку. Это жестоко. Он думает подать на нее в суд.

Думай, думай, думай! Мозг Джонатана наконец проснулся.

– Его подруга, случайно, не ветеринарный врач?

Джули с ужасом посмотрела на него.

– Ты что, следишь за ними? Это отвратительно.

Его сердце выскочило из груди и пробежало четырнадцать кругов по квартире. Глаза-пружинки выскочили из глазниц. Волосы встали дыбом. Уши отпрыгнули от головы и вернулись на место.

– Пойду соберу вещи, – сказала Джули.

Джонатан повернулся к Данте, который продолжал на него смотреть. Просто сейчас он немного наклонил голову. «О боже, – догадался Джонатан. – Весь этот роман между Джули и Марком был для того, чтобы он и доктор Клэр… О, Данте, Данте, – шептал он. – Какое же ты замечательное создание».

– Ты не знаешь, где мои замшевые тапочки? – крикнула Джули из спальни, откуда-то из-под кровати.

– Посмотри в мусоросжигателе, – ответил он.

Она вышла с сумкой, набитой вещами.

– Ладно, я пойду. Бедный Марк один. Он тяжело переживает разрыв с бывшей.

«Не так тяжело, как мог бы, – подумал Джонатан. – Далеко не так тяжело, как мог бы, найми я банду отморозков, которые выкололи бы ему глаза, избили цепями до бессознательного состояния, переломали все кости, а потом побрили живот ржавым лезвием. Прямо с утра».

Она в последний раз окинула взглядом квартиру.

– Я сожалею, что так получилось со свадьбой, Джонатан.

– А я нет. Я этих похорон никогда не хотел.

На лице у нее тут же заиграло торжество.

– Вот, видишь, ты опять сказал «похороны».

– Я знаю, – сказал он и захлопнул дверь у нее перед носом. – Именно это я всегда и имел в виду.

Он должен был ее увидеть. Джонатан позвонил, но Айрис сказала, что доктор Клэр не принимает и предложила оставить сообщение. Джонатан отказался и через пять минут снова позвонил и заговорил самым дребезжащим стариковским голосом, который только был под силу его голосовым связкам, и попросил номер мобильного телефона доктора Клэр.

– Это ее старенький дедушка. Хочу поздравить ее с днем рождения, – прохрипел он.

На той стороне провода повисла тишина.

– У нее день рождения давно прошел, – сказала Айрис.

– Я знаю, – каркал столетний Джонатан, – поэтому я и хочу ей позвонить сейчас. Мне очень стыдно, что я забыл ее поздравить.

Опять молчание.

– Мне очень жаль, но нам не разрешено раскрывать личную информацию сотрудников. Я передам ей, что вы звонили, и попрошу ее вам перезвонить.

– А домашний адрес? Я испек…

Но Айрис уже повесила трубку.

Тогда он снова позвонил своим нормальным голосом, чтобы записаться на прием.

– Здравствуйте еще раз, Джонатан, – сказала Айрис. – У Данте проблемы? Что-то срочное?

– Да, – сказал он.

– Сможете вечером в 17:30? Это единственное свободное время, – невозмутимо предложила она.

Он согласился.

День длился пятьсот часов. Джонатан приехал заранее, дважды приняв душ, выпив шесть чашек кофе и выведя собак на четыре длительные прогулки. В пять двадцать девять он осведомился, почему их не принимают. Без пятнадцати шесть ему сказали, что придется подождать еще двадцать минут. В шесть молодой австралийский ветеринар по имени Мик Барнс высунул голову из кабинета и пригласил Джонатана зайти.