Цикл романов "Все секреты мира" (СИ) - Берри Стив - Страница 989

— Я настоятельно советую вам не делать этого. В пророчестве говорится о строжайшей секретности, и, полагаю, это требование необходимо выполнять.

— Но Тейлор мог бы нам помочь…

— Вам не требуется помощь.

Лорд слишком устал, чтобы спорить. К тому же Пашенко, вероятно, был прав. Чем меньше людей знают о том, куда он поедет, тем лучше. А Хейесу можно позвонить и позже.

— Сегодня вы сможете выспаться здесь в полной безопасности, — сказал Пашенко, — а завтра отправитесь в путь.

ГЛАВА 24

Суббота, 16 октября

16 часов 45 минут

Лорд вел потрепанные «жигули» по двухполосному шоссе. Машину с полным баком горючего и пять тысяч американских долларов предоставил Пашенко. Лорд попросил снабдить его американской валютой, а не рублями, поскольку профессор был прав — нельзя предугадать, куда приведут поиски. Лорд по-прежнему считал, что это предприятие — пустая трата времени, но чувствовал себя в тысячу раз лучше, когда от Москвы его отделяло пять часов пути и он ехал по лесистой местности на юго-западе России.

На нем были его джинсы и свитер. Люди Пашенко без труда забрали из «Метрополя» чемодан с вещами. Лорд выспался и отдохнул, а горячий душ и бритва сотворили самое настоящее чудо. Акулина тоже выглядела заметно посвежевшей. Люди Пашенко привезли ее вещи и заграничный паспорт с выездной визой. Для того чтобы упростить выезд на зарубежные гастроли, всем артистам были выданы бессрочные визы.

Почти всю дорогу молодая женщина молчала. На ней были оливковая водолазка, джинсы и коричневое замшевое пальто — как она объяснила, все это куплено в прошлом году в Мюнхене. Темные цвета и строгий покрой очень ей шли. Широкие лацканы подчеркивали узкие плечи Акулины, придавая ей сходство с главной героиней фильма «Энни Холл», что очень нравилось Лорду.

За ветровым стеклом мелькали бесконечные поля и леса. Почвы были черноземные, ничего похожего на красную глину Северной Джорджии. Главной сельскохозяйственной культурой региона был картофель. Лорд с улыбкой вспомнил, как Петр Великий своим указом заставлял крестьян выращивать новое, непривычное растение. Император называл картофель «земляными яблоками». Но растение было чуждым России, и сам Петр не мог сказать, какая его часть употребляется в пищу. Полные отчаяния, крестьяне пробовали есть все, кроме корней, но это приводило только к расстройству желудка и отравлениям. Разозленные и разочарованные, они сожгли весь урожай. И только после того, как кто-то попробовал обугленный клубень, новая культура обрела вторую родину.

Шоссе проходило через унылые, нездоровые центры черной металлургии и тракторостроения. В воздухе висел едкий смог из углекислого газа и кислот, все вокруг было черным от сажи. Когда-то здесь шли непрерывные войны. Язычники давали отпор христианам, князья спорили друг с другом за власть, татары искали добычу. Попав в крохотный городок Стародуб, путники будто вернулись в минувшую эпоху. Особняки с колоннадами чередовались с деревянными домами, вдоль улиц росли белые березы, в центре возвышалась церковь с колокольней — темно-синие купола были усыпаны позолоченными звездами, блестевшими в лучах заходящего солнца. Все вокруг — покосившиеся здания, щербатый асфальт на улицах и заросшие травой пустыри — вызывало тошнотворное чувство безысходности.

— Какие будут предложения, где искать Николая Максимова? — спросил Лорд, когда они медленно катили по центральной улице.

— Думаю, с этим проблем не будет, — ответила Акулина.

Сквозь грязное ветровое стекло Лорд увидел вывеску — кафе «Снежинка». Меню на витрине в качестве фирменных блюд предлагало пирожные, пирожки с мясом и мороженое. Заведение располагалось на первом этаже трехэтажного кирпичного здания с затейливыми резными наличниками. А еще на вывеске было указано: «Хозяин Иосиф Максимов».

— Весьма необычно, — заметил Лорд.

Русские очень неохотно афишировали свою собственность. Оглядевшись по сторонам, Лорд заметил еще несколько вывесок, но фамилий владельцев не было. Он вспомнил Невский проспект в Санкт-Петербурге, Арбат в Москве — целые километры дорогих магазинов с заоблачными ценами. Лишь изредка в витринах указывали цены на товары — и почти нигде не упоминали владельцев.

— Быть может, свидетельство новых времен, — сказала Акулина. — Капитализм медленно наползает на Россию. Даже здесь, в сельской глуши.

Веселая улыбка показала, что она шутит.

Лорд остановил «жигули» перед кафе, и они с Акулиной вышли в сгущающиеся сумерки. Лорд первым направился в заведение Иосифа Максимова. На улице было пустынно, если не считать бродячей собаки, которая безуспешно гонялась за сорокой. Почти во всех магазинах было темно. В России в маленьких провинциальных городках до сих пор по выходным не работало большинство предприятий сферы обслуживания. Лорд знал, что это еще одно наследие коммунистического прошлого.

Кафе «Снежинка» было обставлено очень скромно. Центральную часть занимали четыре ряда столиков. Весь ассортимент можно было видеть в стеклянных витринах. В воздухе витал горьковатый аромат кофе. За одним столиком сидели трое посетителей, за другим — еще один. Никто не обратил внимания на вошедших, хотя вряд ли в это заведение часто заглядывают негры.

За прилавком стоял невысокий полный мужчина, с густыми медно-рыжими волосами, отвислыми усами, бородатый. Его белый фартук был покрыт многочисленными пятнами, а когда Лорд подошел ближе, он уловил исходящий от него запах брынзы. Мужчина вытирал руки грязным полотенцем.

— Вы Иосиф Максимов? — спросил по-русски Лорд.

Мужчина удивленно смерил его взглядом.

— Откуда вы приехали?

Лорд решил, что чем меньше информации он сообщит, тем лучше.

— А какое это имеет значение?

— Вы пришли в мое кафе, задаете вопросы. Говорите на чистом русском языке.

— Значит, я так понимаю, вы Иосиф Максимов.

— Выкладывайте, какое у вас ко мне дело.

Лорд задумался, чем объясняется его враждебный и недовольный тон — неприязнью или незнанием.

— Послушайте, господин Максимов, мы не собираемся делать вам ничего плохого. Мы ищем человека по имени Николай Максимов. Скорее всего, он давно умер, но вы, случайно, не знаете, не живут ли здесь его родственники?

Мужчина заметно насторожился.

— Кто вы такие?

— Меня зовут Майлз Лорд. А это Акулина Петрова. Мы приехали из Москвы, нам нужен Николай Максимов.

Отбросив полотенце, коренастый мужчина скрестил руки на груди.

— У нас живет много Максимовых. Но никакого Николая я не знаю.

— Он жил во времена Сталина, но его дети и внуки, возможно, живут здесь и поныне.

— Я Максимов по матери и никогда не был близок с ними.

— В таком случае почему ваша фамилия Максимов? — быстро спросил Лорд.

Русский раздраженно нахмурился.

— У меня нет времени болтать с вами. Я должен обслуживать посетителей.

Акулина шагнула к стеклянной витрине.

— Господин Максимов, это очень важно. Нам нужно найти родственников Николая Максимова. Вы не можете нам сказать, живет ли кто-нибудь из них сейчас в Стародубе?

— С чего вы взяли, что они должны жить здесь?

Услышав за спиной шаги, Лорд оглянулся и увидел, что в кафе вошел высокий милиционер, в шинели, перетянутой портупеей, сапогах и меховой шапке. Он расстегнул портупею, снял шинель, уселся за столик и махнул рукой, подзывая Иосифа Максимова. Хозяин понял его без слов и засуетился, готовя кофе. Лорд подошел к прилавку. При виде милиционера он заметно занервничал. Понизив голос, он сказал в спину Максимову:

— Претерпевший же до конца спасется.

Максимов тотчас же повернулся.

— Что это значит?

— Вы сами знаете.

Русский покачал головой.

— Чокнутый американец. Вы что там, в Америке, все спятили?

— А разве я американка?

— А вы зачем связались с этим черномазым? — спросил Максимов у Акулины.