Цикл романов "Все секреты мира" (СИ) - Берри Стив - Страница 1031

Ухмыльнувшись, русский следователь шагнул вперед и схватил Акулину. Лорд попытался вскочить, но Хейес прижал к его горлу дуло пистолета.

— Сиди смирно!

Прищуренный рывком выдернул Торна из кресла и приставил к затылку дуло карабина. Акулина начала вырываться. Орлегов обвил рукой ее шею и потянул вверх. Акулина судорожно задергала ногами в воздухе и закатила глаза, лишившись возможности дышать.

— Прекратите! — крикнул Лорд.

Хейес сильнее вдавил ему в шею пистолет.

— Тейлор, скажи, чтобы они остановились!

— А ты ей скажи, чтобы она была хорошей девочкой, — ответил Хейес.

Лорд не знал, как сказать Акулине, чтобы она спокойно пошла на смерть.

— Не надо, — наконец тихо промолвил он.

Она перестала вырываться.

— Не здесь, Феликс, — сказал Хейес.

Орлегов ослабил захват, и Акулина бессильно опустилась на пол, стараясь отдышаться. Лорду хотелось броситься к ней, но он не мог. Орлегов схватил Акулину за волосы. Казалось, боль вернула ее к жизни.

— Встань! — по-русски приказал Орлегов.

Акулина с трудом держалась на ногах. Орлегов подтолкнул ее к входной двери. Торн вышел на улицу первым, за ним — Прищуренный.

Дверь закрылась.

— Кажется, тебе эта женщина небезразлична, — заметил Хейес, переходя на английский.

Пистолет по-прежнему был прижат к горлу Лорда.

— А тебе какое дело?

— Никакого.

Хейес убрал пистолет. Лорд упал в кресло. Боль в плече усилилась, ярость застилала глаза.

— Это ты приказал убить в Стародубе Максимовых?

— Ты не оставил нам выбора. Ненужные свидетели и все такое.

— А Бакланов — безвольная пешка?

— Россия подобна девственнице. В ней столько наслаждений, которые еще никто не пробовал. Но чтобы выжить, нужно играть по русским правилам, а они жестче, чем где бы то ни было. Мне пришлось приспосабливаться. Для русских убийство — приемлемое средство достижения цели. Больше того, предпочтительное средство.

— Тейлор, что с тобой произошло?

Хейес сел, продолжая держать пистолет наготове.

— Пожалуйста, не надо сентиментальной ерунды. Я поступал так, как нужно. Никто в компании не жаловался на щедрый поток гонораров. Иногда, чтобы добиться великих целей, приходится идти на риск. И по-моему, держать в своих руках российского царя — дело стоящее. Все было устроено идеально. Кто мог предположить, что до сих пор жив прямой наследник?

Лорду захотелось броситься на своего коварного босса, но тот, похоже, почувствовал его ненависть.

— Даже не думай об этом, Майлз. Я пристрелю тебя еще до того, как ты успеешь подняться из кресла.

— Надеюсь, дело того стоит.

— По сравнению с ним юридическая практика — дерьмо собачье.

Лорд решил потянуть время.

— И как ты намереваешься обуздать все это? У Торна есть сыновья. Наследники престола. Им тоже все известно.

— Неплохой ход, — усмехнулся Хейес. — Вот только вся беда в том, что жена и дети Торна ровным счетом ничего не знают. Так что моя проблема заканчивается здесь. Слушай, ты сам во всем виноват. Если бы ты делал только то, что я тебе говорю, все было бы в порядке. Но ты вместо этого отправился сначала в Санкт-Петербург, затем в Калифорнию и ввязался в то, что тебя нисколько не касалось.

— Ты меня убьешь, Тейлор?

В его голосе не прозвучало ни тени страха. Он сам удивился.

— Нет. Но эти двое тебя убьют. Они взяли с меня слово, что без них я тебя пальцем не трону. Ты им не нравишься. А я не могу разочаровать своих подручных.

— Ты совсем не тот человек, которого я знал.

— Какого хрена ты мог меня знать? Ты лишь мой помощник. Мы с тобой не кровные братья. Проклятие, да мы даже друзьями не были. Но если хочешь знать, от меня зависят клиенты, и я их не подведу. К тому же мне нужно позаботиться о том, с какими средствами удалиться на покой.

Лорд перевел взгляд на окно.

— Беспокоишься за свою русскую кралю?

Лорд промолчал. Что он мог сказать?

— Думаю, с ней развлекается Орлегов… прямо сейчас.

ГЛАВА 49

Акулина шла следом за человеком, которого Лорд прозвал Прищуренным. Они углублялись в заросли. Ковер из опавшей листвы заглушал шаги, лунный свет пробивался сквозь ветви, раскрашивая темный лес молочно-белыми пятнами. Ледяной воздух обжигал Акулине кожу, джинсы и тонкий свитер не давали тепла. Торн шел первым — в спину ему упиралось дуло карабина. Орлегов с пистолетом в руке замыкал шествие.

Минут через десять они вышли на поляну. В землю были воткнуты две лопаты. Судя по всему, убийцы продумали свои действия перед тем, как Хейес постучался в охотничий домик.

— Копай, — приказал Торну Орлегов. — Как и твои предки, ты умрешь в лесу и будешь закопан в сырую землю. Может быть, еще лет через сто кто-нибудь отыщет и твои кости.

— А если я откажусь? — спокойно спросил Торн.

— Я тебя пристрелю, после чего развлекусь вот с ней.

Торн перевел взгляд на Акулину. Его дыхание оставалось ровным, в глазах не было тревоги.

— Взгляни на дело с другой стороны, — продолжал Орлегов. — Еще несколько драгоценных минут жизни. Тут дорога каждая секунда. В любом случае у тебя времени будет больше, чем у твоего прадеда. К счастью для тебя, я не большевик.

Торн стоял неподвижно, даже не думая браться за лопату. Отбросив карабин, Орлегов схватил Акулину за свитер, привлекая к себе. Та закричала, но негодяй зажал ей рот.

— Довольно, — окликнул его Торн.

Орлегов обхватил Акулину за шею, не пытаясь задушить, а просто напоминая о своем присутствии. Торн схватил лопату и начал рыть землю.

Русский следователь принялся тискать грудь Акулины.

— Ишь ты, какая упругая!

У него изо рта воняло.

Вскинув руку, Акулина вонзила пальцы ему в левый глаз. Орлегов отпрянул и с размаха дал ей пощечину. Акулина упала.

Подобрав карабин, он дослал патрон в патронник, поставил ногу Акулине на шею и всунул дуло ей в рот.

Акулина в отчаянии посмотрела на Торна.

Она ощутила вкус ржавчины и грязи. Орлегов засунул дуло глубже, и она стала задыхаться. В сердце нарастал ужас.

— Ну как, сучка, тебе нравится?

Внезапно из леса выскочила черная тень и ударила Орлегова в грудь. Он отлетел назад и выпустил карабин. Отталкивая дуло от себя, Акулина поняла, что произошло.

Вернулась борзая.

Акулина откатилась в сторону.

— Взять! — крикнул Торн. — Убей!

Острые клыки вонзились в человеческую плоть.

Следователь завопил от боли.

Прищуренный растерялся от неожиданного появления собаки. Торн ударил его лопатой в живот. Следующий удар пришелся по черепу, и Прищуренный упал на землю. Несколько мгновений его тело билось в судорогах, потом застыло.

Орлегов продолжал кричать. Собака с неумолимой яростью рвала его горло.

Акулина подхватила с земли карабин.

Торн бросился вперед.

— Стой!

Отпустив жертву, собака уселась на задние лапы, часто дыша. Русский покатился по земле, зажимая руками горло. Он попытался встать, но Акулина выстрелила ему в лицо.

Орлегов затих.

— Так лучше? — спокойным голосом спросил Торн.

Акулина сплюнула, прогоняя изо рта металлический привкус.

— Значительно.

Торн опустился на корточки рядом с Прищуренным и пощупал его пульс.

— Этот тоже готов.

Акулина посмотрела на собаку. Борзая спасла ей жизнь. У нее в голове мелькнули слова, которые говорили Лорд и Семен Пашенко. Что-то про предсказание какого-то якобы святого, сделанное сто лет назад. «Невинность зверей будет охранять их и указывать им дорогу, став высшим судией успеха».

Торн погладил собаку по шелковистой шерсти.

— Хороший мальчик, Алексей. Хороший мальчик.

В ответ на ласку борзая осторожно провела по его груди когтистой лапой. Ее морда была в крови.

— Надо выручать Майлза, — сказала Акулина.

Издалека послышался выстрел, и Лорд, воспользовавшись тем, что Хейес на мгновение отвернулся, схватил здоровой рукой лампу на тяжелом деревянном основании и швырнул ее в своего врага. Опомнившись, Хейес выстрелил, но Лорд уже перекатился из кресла на пол.