МаглиЯ. Загадочные плоды Пунья (СИ) - Решетников Дмитрий - Страница 45

— Эт чё, каждый маломальский экстрасенс в мире, когда-то работал на плантациях ШТАБА? — усмехнувшись перебил Гриша.

Мастер вздохнул и сказал:

— Учитесь не перебивать, юноша. Наша работа опасна, неумелое обращение с силой, мантрами и тонким миром делает из людей инвалидов. Простую работу в ШТАБЕ выполняют роботы духи и малые расы.

Гриша, испугавшись за свою судьбу решился спросить:

— Эм, Мастер, а что будет если я вдруг нечаянно колданул с психу?

Мастер добродушно рассмеялся, а потом сказал:

— Сейчас ты вряд ли сам сможешь «колдануть с психу», потому что мы наложили на твои центры печать. Сильные эмоции могут только создать брешь в твоём ментальном поле, сделав тебя уязвимым к энергетическим паразитам. Они как посредник твоих эмоций, выполнят свои услуги, взяв с тебя тройную плату. В данном случае, этот паразит сидит в твоей энергетической оболочке уже достаточно давно, став частью твоего поведения. Его так же трудно вывести как мицелий, тебе придётся много работать с собой и своими эмоциями для того, чтобы извести его, иначе ты так и не сможешь чувствовать фибры тонкого мира. И я бы не советовал даже думать использовать таких посредников доводя себя до эмоционального исступления, так ты можешь превратиться в овощ, пустую выгоревшую оболочку.

— Нифига себе! Это что получается, всё это время во мне сидел паразит, поэтому я так истерил? — удивлённо воскликнул Гриша.

Мастер опять усмехнулся и сказал:

— Гриша-Гриша, ты опять валишь всё на других. Именно, потому что ты истерил, завёлся паразит. Модель поведения — это, как программа паразит. Если ты не будешь чистить зубы, они покроются кариесом, не будешь убираться в квартире, заведутся тараканы или ещё кто похуже. Точно так же если не вычищать мусор из своей головы, в этой питательной среде что-то да прорастёт. А ты так и будешь жить в своём зверинце, думая о том, какой ты уникальный.

— Ну и что мне делать? — немного обиженно спросил Гриша.

— Брать телефон, читать инструкции и начинать медитировать. У тебя есть три дня, включая сегодняшний. В среду начнётся подготовительный день. Дед заберёт тебя рано утром и отвезёт к мысу Открытый, там мы тебя встретим. Нас поместят в капсулы чтобы вырастить на нашем теле защитный хитиновый доспех.

— Хорошо, а почему именно хитиновый, а не обыкновенный доспех?

Мастер вздохнул и ответил:

— Хитиновый доспех — это живой скафандр. Мы отправляемся в мир, с которым давным-давно не поддерживалась связь, возможно он уже не существует вовсе, или превратился в раскалённый шар. Этот доспех поможет нам в случае чего быстро вернуться обратно в наш мир.

— Даже так! — задумчиво сказал Гриша, — хорошо, буду изучать программку тогда.

Мастер попрощался с учеником и закрыл видеоконференцию.

Гриша замер на кровати растерянно разглядывая свои картины, развешанные на противоположной стене. В комнате не было ни одного постера, а полку над письменным столом не украшали игрушки или награды, там кроме книг баночек с краской и наборов мелков ничего не было. Единственным украшением комнаты были картины. Их было много, а надоевшие лежали на шкафу. Рабочее место за столом делили ноутбук, часы и мольберт, закреплённый на краю стола. Друзья часто предлагали ему сделать группу Вконтакте или выкладывать своё творчество ещё где-нибудь, но Гришу это не интересовало. Через картины он выражал своё настроение, это был его дневник. Многие из этих картин были мрачными и изображали каких-нибудь чудовищ и, реже, пейзажи. Природу Гриша старался писать всегда живой и яркой, однако, выходили чаще всего картины с холодными оттенками и серыми тенями, которые закрадывались в картину незаметно для самого художника. Так часто бывает, пока ты пишешь картину, всё выглядит словно мозаика, смотришь ли ты на мир или держишь образ в голове, подсвечивая отдельные его части своим вниманием. Когда мозаика сложилась, ты наконец можешь понять свои ощущения. Порой понять их можно не сразу, а спустя несколько дней. Разглядывая свои творения, ты начинаешь видеть изъяны и удивляешься: «Странно, образ в голове выглядел иначе, ещё вчера нельзя было отличить того, что было в голове, от того что вышло на холсте». И чем чаще ты смотришь, тем эти образы всё больше отличаются. Так словно видение и понимание образа изменилось, выросло за это время, а картина, какой была, такой и осталась, детской, нелепой.

Теперь, сидя напротив своих творений Гриша видел их глупыми детскими каракулями, на которые смотреть без иронии было нельзя. Он видел в каждой из них зажатого обиженного парнишку, жизненный взгляд которого легко читался во всём его творчестве. Юноша перевёл взор на шифоньер, на котором пылились его детские творения, от которых он в своё время не пожелал избавиться. Сегодня же после разговора с Мичилом ему казалось, что настало то самое время, попрощаться с собой старым. Если это «нечто» вообще можно назвать собой. Парень вспомнил как говорил с ним мастер. Казалось, будто для него проблем вообще не существует, мастер и не думал ругать его, узнав правду он только посмеялся. Снова взглянув на картины Гриша решил: «Сжечь! Сжечь всё, и ту картину, что я начал перед отъездом, и ту, что нарисовал вчера. Этим жестом я скажу миру, что я принимаю, отпускаю и начинаю с чистого листа».

Вдохновлённый своим решением, молодой человек достал со шкафа всю макулатуру, самозабвенно вытащил все кнопки из стены, разобрал рамки, и снял холсты. Принёс пакеты для мусора, и рассортировав по мешкам свои творения, вынес их на задний дворик. Он собирался сжечь всё это в бочке, вокруг которой часто собирались друзья семьи, когда отец устраивал гулянку. Бочка была частично заглублена в землю, и находилась рядом с беседкой, выстроенной полукругом относительно бочки. Отец всё порывался построить вместо неё камин, или кирпичный мангал, но пока что дальше слов дело не шло. Мать выглянула из окна своей комнаты, на втором этаже, и спросила:

— Ты чего это там удумал?

Гриша высыпал содержимое пакетов, с торжествующим видом и сказал:

— Начинаю писать новую историю!

— Гриш, ты случаем, когда вчера с велосипеда упал, головой не ударился? Ты зачем все свои картины жечь собрался? — удивлённо воскликнула женщина.

— Ключевое слово «мои», от выражения «мои, что хочу то и делаю», — проворчал Гриша.

— Нет, ну что за муха тебя вчера укусила? — недовольно воскликнула мать.

— Благородная пчела, — усмехнулся Гриша, чиркнул спичкой, и аккуратно поместил разгорающуюся лучину в ворох пёстрой бумаги.

— Хоть бы мне что-нибудь на память оставил, — недовольно фыркнула мать и закрыла окно.

Теперь, когда белые клубы дыма повалили из бочки, Гриша вдруг почувствовал лёгкую нотку тоски, он не стал себе врать, парень понимал, что в этих картинах скрывалась частичка его души, фрагмент жизни, вспоминать который не хотелось, но отрицать который было глупо.

Григорий достал из кармана рабочий телефон, сел на лавку в беседке, отыскал приложение Yajur-Vidya и начал читать.

Не успел ворох творческих порывов юного автора прогореть, как к Грише пришло понимание, что большая часть советов и практик, изложенных в приложении, банальны или невыполнимы в домашних условиях. Основная часть советов относилось к подготовке, а не самой медитации. Проксы для ног чтобы удобнее сидеть, валики под спину чтобы раскрыть грудную клетку и спина меньше затекала во время медитации, упражнение на растяжку и разогрев суставов, очистительные процедуры, строгое питание пресной безвкусной пищей. Помимо всего прочего, требовалось отказаться от всех видов общения, чтения, и вообще любого контакта с информацией. Созданию и поддержанию информационного вакуума уделялось большое внимание. Даже в ознакомительных тренировочных целях, требовалась подготовительная однодневная изоляция, однако там же говорилось, что в рамках такой изоляции можно познакомиться лишь с беспрерывным хаосом мыслей, укротить который можно лишь поддержанием информационного вакуума. Много говорилось о помещении, в котором должна проходить тренировка. Комната должна обладать хорошей звукоизоляцией, не иметь источников света и самое главное, то что сейчас было практически невыполнимым, находиться за пределами города, ибо какофония флуктуаций энергии в населённых пунктах, приводит к ментальному резонансу, мешая привести сознание в состояние покоя. На начальном этапе, до соблюдения всех условий, предлагалось проводить тренировочные медитации дома, где можно отработать умение абстрагироваться, и учиться пользоваться детектором мыслительной активности.