Сказания не лгут (СИ) - Назаренко Татьяна - Страница 73

Потом один воин из рода Бури – Меше его зовут – стал нападать на хейм Волков, и мы бились с ним и убили. Я убил его своей рукой, и за то рих Витегес дал мне золотое ожерелье и про меня целую песню пели.

Потом пришла одна хоттын Яплар, у неё воинов было мало и мы её быстро прогнали. Наших убили мало, и меня ранили несильно. За тот набег рих наградил меня золотом.

Потом внезапно ночью на нас напала хоттын Мусук. Но это не страшно – ворота были затворены, и стража её увидела и всех подняла по тревоге. И мы семь дней от нее отбивались. И про то тоже песни есть и в них про меня поют, только мало – мы за стены ни разу не вышли. А рих меня хвалил и наградил.

Потом прислали просить помощь из хардусы другого риха, Хенно, и я и еще 2 десятка воинов поехали на подмогу. И там я убил полюбовника хоттын Гульсар, риха Тумера. И мы перебили всех кобыл и никого в живых не оставили, за что рих Хенно дал нам много золота и рабов из эсира.

Потом я был с Фритигерном и ещё одним воином в дозоре в степи и пленили девицу хаку. Пытали её. Она выдала свою хоттын, и мы с Фритигерном девицу ту обесчестили. Фритигерн её не убил и потом жалел о том. Она мстила, и хаки убили всех его пять сородичей и самого ранили в лицо, но он живой. Дед ему после того велел жениться. И сам я чуть не умер – рана у меня загноилась. Спасла меня Берта, которая есть моя женщина. И теперь я живой и про тот набег есть песни и про меня в них поют. И то был последний набег в это лето, потому что осенью хаки уже страшатся идти на фрейсов, боятся дождей и распутицы, а уходят к Ласийскому морю.

Так, хвала Кёмпе и Куннанам мы прожили весну и лето, и я погубил 5 дюжин и три хаки, и имя твоё и своё не опозорил. И есть я в чести у Витегеса и память обо мне добрая.

Почтительный твой сын Атанарих Вепрь, которого фрейсы зовут Венделлом».

Приписка, сделанная в конце, была ещё более торопливой и корявой:

«Отец, Басиан сказал, что на следующий год будет большой набег, и звал меня уехать, но я посмеялся и сказал нет, потому что это есть великий позор оставить своего риха в беде. И было бы позором мне и роду моему так бежать. И за предательство сиё будет мне смерть более прискорбная, чем брату моему Хильпериху, о котором я скорблю. Целую дар твой, и помолись Куннанам и Кёмпе, чтобы через год я был живой, и хаков прогнали прочь».

Вечером к Басиану пришли двое воинов, Аттан Лось и Видимер Сокол, принесли четыре мешка: куньего, бобрового, беличьего и лисьего меха. Долго расспрашивали о том, что он видел и слышал про Амшун. Атанарих больше не появился возле Басиана. Тот иногда видел его среди торговых рядов – то с друзьями, то с женщиной, но к купцу он больше не подходил.

Сказка о погибели воителя Фритигерна.

(Из сборника: «Сказки старой Фридиберты: Фрейсские героические сказания в пересказе для детей. – Арбс: Изд–во «Детлит», 2986 г.)

Правил в Фрейсии великий король Витегес, который собрал при своём дворе много славных воинов. В те времена зарились на его страну дикие племена хаков. И чтобы они не смогли внезапно напасть, завёл король Витегес следующий обычай: каждый воин в свой черёд нёс службу на границе со степью. Были там построены небольшие хардусы. Вот в положенный срок выпало отправиться на границу трём друзьям: мудрому Видимеру, отважному Атанариху и могучему Фритигерну.

Жили воители в хардусе, со степи глаз не сводили, смотрели: не пылит ли войско хаков вдали, не бегут ли звери, потревоженные нашествием? Время от времени выезжали на охоту.

И вот однажды охотились все трое в степи. Вдруг видят, скачет одинокая хака – высокая, как мужчина, на большом мохноногом коне. В руках у неё копьё, на голове золотой шлем сияет.

Узнали её фрейсы: никого в степи не было сильнее, чем биё Айю. Мощью и воинским искусством превосходила она многих мужей.

Увидела фрейсов, кричит:

– Эй, мужи, посмеет ли кто из вас сразиться со мной?!

Заспорили друзья. Каждый хотел помериться силой с отважной воительницей.

Наконец, Ведимер посоветовал:

– Мало чести втроём одолеть одного врага. Давайте же кинем жребий, и пусть честь поединка достанется тому, кому он выпадет.

Так и порешили. Срезали три прутика, тянули по очереди. Выпала удача могучему Фритигерну.

Выехал он вперёд на своём коне, поднял копьё.

– На что будем биться? – спрашивает.

– Биться будем на то, – отвечает ему биё Айю, – Что победитель волен с побеждённым что угодно сотворить. Захочет – смерти предаст, захочет – в рабство возьмёт, захочет – иное что прикажет. И побеждённый не посмеет ему перечить.

Согласился на то Фритигерн. Стали они биться. Сшиблись сперва на конях. Вылетела из седла Айю, но тотчас вскочила на ноги. Стали рубиться на мечах. Мечи их затупились. Вложили они их в ножны, стали бороться. Схватила биё Айю Фритигерна, подняла, швырнула и вогнала в землю по колени. Но ухватил Фритигерн воительницу, швырнул оземь. Да так, что она лишилась чувств. Подошёл к ней Фритигерн, смотрит и думает: что же ему сделать с биё?

А была Айю молода и хороша собой. Фритигерн и распалился желанием. Пришла она в себя. Фритигерн ей и говорит:

– Ничего не хочу, кроме как провести с тобой ночь.

Услышав волю победителя, помрачнела Айю. Но не пристало воителю отступать от данного слова. Мудрый Видимер и Атанарих обступили товарища, возразили в один голос:

– Совсем помрачился твой рассудок. Разве ты не знаешь, что хаки великим бесчестьем полагают сойтись с мужчиной против своего желания?

– Убей её, – говорит мудрый Видимер. – Много вреда принесла фрейсам эта дева. И ещё больше принесёт.

– Не бесчесть врага, недостойно это отважного воителя, – увещевает его благородный Атанарих.

Не послушал их Фритигерн. Разбили они шатёр в стороне от шатра Видимера и Атанариха. Взошла биё Айю на ложе Фритигерна. А наутро сказала ему:

– Вот, выполнила я твою волю. Но коли хочешь ты жить спокойно, лучше убей меня сейчас, потому что я не прощу тебе своего бесчестья.

– Разве я трус?! – гордо воскликнул Фритигерн. – Коли хочешь, то бейся, но я не собираюсь убивать тебя.

Снова сошлись в поединке Айю и Фритигерн. И снова не повезло хаке: отрубил он ей правую руку. Ни меч держать, ни лук натянуть. Так и уехала биё ни с чем.

Минуло два десятка лет. Вот однажды приезжает в хардусу Витегеса молодая хака. Подъехала к стенам и стала звать на смертный бой:

– Не желаю биться ни с кем, лишь со славным воителем Фритигерном, сильнее которого нет среди фрейсов!

Фритигерн никогда от боя не прятался, надел доспехи свои, сел на коня, выехал навстречу биё.

– Как звать тебя? – спрашивает.

– Зачем тебе моё имя? – отвечает хака. – Не всё ли равно, кто тебя убьёт? Но коли хочешь знать, зовут меня Фарлан.

Стали они биться. Трижды сшибались на конях, покуда у Фарлан конь не охромел. Спешились, стали на мечах рубиться. Силен Фритигерн, теснит Фарлан, да она не сдаётся. Вдруг оступился Фритигерн, упал. Наступила ему на грудь Фарлан и говорит:

– Помнишь ли ты, Фритигерн, биё Айю, которой ты руку отрубил?

– Помню, – отвечает Фритигерн.

– Она мать мне. За неё я тебе мщу!

Изумился Фритигерн, говорит:

– Раз ты её дочь, то и мне не чужая. И мне ты дочь.

– Это мне ведомо, что ты матери моей бесчестье нанёс, – отвечает Фарлан.

Отпустила она Фритигерна, стали они дальше биться. Второй раз оступился Фритигерн, упал. Фарлан срубила ему голову, к седлу приторочила. Написала записку: «Голову воителя Фритигерна матери в подарок отвезу, на копьё подле её шатра повешу. Отомстила за бесчестье материнское биё Фарлан, дочь Айю». Привязала записку к стреле, пустила в хардусу. А сама уехала восвояси.

Из «Правдивого сказания о Фарлан-биё». Перевод Т. Вато. Арбс. Типография Арбского государственного университета, 3016 г.