Радужный-Техно - Булатов Алексей Юрьевич - Страница 18

Сон отпускал медленно, я понял, что вернулся мой партнер, а он уже весь кипел и светился от счастья.

– Ща, Колян! Я тут задремал что-то, сны приснились, твою маму…

– Лёх, я еще кусочек сожру, можно мне, с твоего позволения, оригинал кушать, а не продукт?

– Да хавай на здоровье, проблем нет с плодами!

Я нехотя встал с дивана и решил, что неплохо бы все-таки ради разнообразия умыться и почистить зубы, давно я этого не делал.

Когда я приехал в офис и, припарковавшись, зашел в холл, охранник при виде меня заулыбался во весь рот.

– Лё-о-ха-а, сколько световых лет, сколько световых зим! Где пропадал? Ты знаешь, кто тебя хочет видеть? Да-а-а, она самая, очень зла на тебя! Ну, ты понимаешь…

Да, понимаю, что уж. Я и раньше мог пропасть на один, максимум – два дня, и за это меня лишали премии, но не увольняли, так как на мне держалась вся информационная система компании «Аспера». А тут я отсутствовал больше, чем обычно. В общем, желания общаться с Натальей Петровной не было никакого, на деньги я не рассчитывал, работать дальше не собирался – хотел просто забрать свои скромные пожитки и свалить, пока ветер без камней.

– Андрюх, я тут свои вещи только возьму. Ты НП передай, что со мной все в порядке, что просто пришлось срочно уехать, я на неделе к ней забегу, извинюсь, что так сложилось.

На этой неделе в выходные с пятницы дежурил Андрей. Фёдора я вчера видел в парке, значит, он вчера забухал, а Андрей мог с ними начать, но обязан был остаться на работе. Традиции пересменки в пятницу исполнялись строго: в субботу в любое время могла прийти на работу НП. Или прислать кого с проверкой. Да и я по субботам частенько приходил, когда пятница заканчивалась не слишком хорошей попойкой.

– Лёх, да не вопрос! Она, конечно, тут так орала – сначала в пятницу, потом всю неделю, а в среду на твое место паренька уже привела, так что, видимо, она с тобой попрощалась. Кстати, паренек-то сейчас тут, в коморке твоей сидит.

Зайдя в свой «кабинет», я увидел то, что, по логике вещей, и должен был увидеть: в моем кресле сидел некий перец, который, судя по всему, занял вакантную должность.

– Здравствуйте, – сказал я и протянул ладонь. – Алексей.

– Михаил, – буркнул в ответ персонаж и нехотя пожал руку. – Это ты тут работал, да?

– Да, я.

– Куда-то пропал, канул в неизвестность, тут у народа без тебя отгрузки встали…

– Ну так сложилось, Мих, я просто хочу вещи свои забрать и свалить по-тихому!

– А что тут за вещи у тебя?

– Да бук, пара дисков, флешки по мелочи, наушники мои и мышка родная!

Мышка моя была от компа, старая, еще с шариком, которую я купил сто лет назад, и она все еще работала. Обычная проводная мышь, но такая привычная и родная для меня. К тому же она была геймерской, с кучей дополнительных кнопок и колесиков, я на нее копил, помню, 5 месяцев! И теперь это был самый любимый аксессуар.

– Да я уж понял, такой раритет! У меня вот, смотри какая! – Михаил показал навороченный «логитек», беспроводной, из последних моделей. Мышара что надо, просто супер! Но моя была родней, сейчас уже таких не выпускали, я дорожил ею. Правда, теперь непонятно, когда у меня будут средства и время, чтобы купить себе нормальный компьютер. Мой старый ноутбук использовался для программирования в конфигураторе. Ни одна из современных игрушек на нем уже не шла как следует. Он жил только за счет того, что я решил поиграться с «убунтой» и, потратив неделю времени, скомпилировал ядро под это древнее железо. Но за счет этого даже «1С» работала в файловом режиме существенно шустрей, чем под Windows.

Собрав весь свой небогатый скарб в коробку и попрощавшись с Михой, я двинул к выходу, придумывая, как же сказать охраннику, что я всё. В целом Андрей был неплохим парнем и мы с ним пару раз вместе забухивали, когда я задерживался на работе. Проблем с ним возникнуть не должно, главное, чтобы он не включил «правильного» и пропустил спокойно наружу меня с моей коробкой.

Подойдя к турникету, я сказал:

– Андрюх, я всё, собрал свое, во вторник загляну к НП.

– Ну ты к ней приходи, она сильно за тебя переживает чисто по-человечески, это видно. Обратно, конечно, не возьмет, это уже дело принципа, хотя Миха – он, по-моему, не того, не то что ты, НП на него ругается, просто жесть!

– Ну а как меня удержать-то, Дрю? Я себе нашел место потеплей да поуютней, и платят больше!

– Ну, ты про меня не забывай, если что, Лёх! – попросил Андрей, – все-таки друганы! Давай забьемся бухнуть, может, в выходные – у меня как раз будет свободный?

– Да, хорошо, Андрей! Созвонимся! Не пропадем!

Ну, слава богу, барьер пройден. С тяжелым сердцем я пошел к выходу из здания. Все-таки отдал этой компании больше пяти лет своей жизни, и она мне стала родной. Так просто уйти было сложно. Я привык к этим стенам, к НП, она была мне дорога. Хоть и строгая, но справедливая женщина. И относилась ко мне действительно почти как к родному. Нужно будет обязательно зайти к ней, может, купить цветов, придумать какую-то легенду, чтобы она тоже на меня не обижалась, что так резко ушел. Легенда-то, в принципе, уже есть: мне срочно понадобилось уехать, допустим, в Черкассы, и там нашел работу. Срочность моего отъезда, скажем, смерть какого-нибудь далекого, но близкого родственника.

Вот удивительно, работа, оказывается, тоже может быть основой жизни! Сейчас, уходя с нее, я это четко ощутил. Я знал тут все. Когда Андрюха сказал про остановившееся отгрузки, я понимал, что причина может быть в трех проблемах, и ни в одной из этих проблем я виноват не был, но знал, как это все быстро исправить и запустить отгрузки. Я понимал, почему сейчас, в субботу, Михаил тут сидит и что он изучает, даже почему он кроет меня про себя, я тоже понимал. И мало того, если бы я вернулся, знаю, что крыл бы Михаила за те костыли, которые он навставлял в систему, чтобы шла работа. Роль айтишников в компании всегда неадекватно слабо оценивается: никто не понимает, что мы базовое ядро современной компании, что мы знаем про всех и вся практически все, что проходит через информационную систему и через информационную структуру, мы знаем все и о сотрудниках, и о клиентах, и о поставщиках. Я очень надеюсь, что после моего ухода Михаилу все-таки удастся поддерживать то, что я тут создал и сотворил. Он старше меня, наверняка мудрей и сможет реагировать правильно, без психа, когда на него вешают свои ошибки и при этом наезжают. Эта та темная сторона моей работы, которая всегда убивала в сфере ИТ: почему-то кривые руки пользователей магическим способом всегда делали меня виноватым, а мое желание им помочь и ускорить работу над ошибками воспринимались чуть ли не как явка с повинной и исповедью. Помню, было совещание, на которое меня позвала НП, где главный бухгалтер отчитывалась за штраф, начисленный за несвоевременно подготовленную отчетность. Как меня взбесило, что Марина Николаевна, главный бухгалтер, с порога обвинила меня в том, что я не успел за ночь разнести и закрыть двадцатый счет и что именно по этой самой причине она своевременно не подготовила декларацию. Я помню, как я вспылил и сказал, что больше ни с одним разнесением я ей помогать вообще не буду. Я пошел человеку навстречу, исполнял обязанности бухгалтера и не спал ночь, чтобы помочь ей сделать ее же работу, а она сейчас выставляет меня виноватым в том, что сама весь месяц балду пинала?! Я вспомнил, как НП очень холодно взглянула на Марину Николаевну, потом на меня, и через неделю у нас был новый главный бухгалтер. А я получил премию, небольшую, но тогда это меня остудило, было отрадно, что главный человек нашей компании понимает суть моей работы и ценит ее. От воспоминаний совесть проснулась и начала меня грызть. Ладно, обязательно заеду к НП на неделе и помогу Михе, если что.

Вернувшись домой, я нашел место на кухне, притащил стул, развернул ноутбук и забил туда все списки, которые сделал Колян. Это было несложно и вошло в стандартные задачи. Нужно было отмечать клиента с его контактными данными, фиксировать отгрузку, которую мы ему делали, ну и поступление денег. К вечеру уже практически закончил.