Семь Смертных Грехов (СИ) - "Maks Grey" - Страница 10

Энглман усмехается, тихо возбужденно выдыхая. Он опускает руки на бедра детектива, ведет вверх до самого паха, резко хватает за воротник, с силой дергая на себя. Горячее дыхание вновь обжигает губы. Энглман бродит взглядом по лицу Грэя, останавливаясь на глазах.

— Ты тот, кто должен завершить картину моего убийства, Грэй.

«Но никак не тот, кто должен заставлять меня так страстно желать быть пойманным тобою».

Рэндалл с силой ударяет, толкая Грэя в грудь и скидывая с себя. Теперь он наваливается сверху.

— Я хотел добраться до тебя, детектив. Показать тебе, что теперь твоя жизнь — моя. Показать, что ты не спрячешься от меня, — пальцы ослабляют хватку, проникают под ткань рубашки, обнажая живот, позволяя лунному свету скользить по точеным мышцам, рельефу желанного тела, от которого веет жаром.

Для Рэндалла сейчас не существует остального мира. Есть только эта комната, хранящая в себе память об убийстве, лунный свет, выделяющий в темноте две фигуры, тело детектива, его горячее дыхание на коже, собственные дрожащие от возбуждения руки. Хочется провалиться в эту бездну забвения, чтобы навсегда там остаться.

В слепом, лишенном стекла окне мелькают красно-синие огни проблескового маячка, и Грэй резко поворачивает голову, насторожившись, словно ищейка. Что происходит, как они узнали?.. Это не штурмовая группа, иначе бы их обоих уже давно скрутили, а обычная патрульная полицейская машина, значит, кто-то их вызвал сюда. Но кто?

— Черт бы тебя побрал, детектив, — говорит Рэндалл с удивлением и злостью, часто и шумно дыша, грудь сдавливает жар. Неужели убийцу было так просто обмануть? Ублюдок Грэй. Мысль летит одна за другой, ярость приливает к груди, просыпается такое знакомое ему безумие, жажда крови и смерти, но Энглман встречается с детективом взглядом. Он что, сам не знал?

Рэндалл вскакивает с пола, все тело болит и изнывает, но не только от ударов. Их слишком резко прервали. Они нарушили планы Энглмана, испортили их игру. Убийца кидает последний взгляд на Макса, разворачивается и бежит прочь к дверному проему.

— Стой, мать твою, Рэндалл! — Макс резко поднимается, наводя на спину Энглмана дуло пистолета. Убийца, уже готовый свернуть за угол и исчезнуть в ночи, останавливается и медленно разворачивается к детективу лицом. Он разводит руки в стороны, словно Иисус, распятый на кресте, с широкой ухмылкой-оскалом смотря на Грэя.

— Ну же, пристрели меня, детектив. Пристрели сейчас и потеряй навсегда. Ты так и не разгадаешь мою загадку. Ты не найдешь всех моих последователей. А они тебя найдут. Они найдут всех, кого ты любишь и даже недолюбливаешь. Всех, кто тебя окружает. Уж не сомневайся.

Рука с пистолетом вытянута вперед, Грэй знает, что не промажет с такого расстояния. Каратель. Тот, за кем он так долго охотился, кого выслеживал. Жестокий мясник, убивший столько человек.

Секунда сыплет за секундой, но для Макса время сейчас растягивается, словно резина. Будто со стороны детектив видит, как Рэндалл ухмыляется и удовлетворенно кивает, бросает на него последний взгляд и исчезает в ночи.

— Еще увидимся, детектив. Это не последняя наша встреча.

Макс упустил его. Нет, отпустил. Чтобы ловить снова и снова.

========== Грех пятый. Чревоугодие ==========

— У Рэндалла Энглмана патология Бога. Он мнит себя его человеческим воплощением, способным вершить только ему известное правосудие.

Полный зал народа, репортеры, прижимающие к себе блокноты с вопросами, звуки затворов многочисленных фотоаппаратов. Все взгляды устремлены на Грэя.

— Многие психопаты способны выдавать себя за нормальных людей, в то время как за этой маской бьется холодное сердце безжалостного хищника, — бесстрастный ровный голос детектива разносится по залу. — Внешняя привлекательность и харизма отвлекают нас от их настоящей сущности. Это отравляющее, гипнотическое присутствие неудержимо притягивает. Они чуют нашу уязвимость, обладают невероятным чувством собственного достоинства, убедительностью, отсутствием угрызений совести и способностью манипулировать другими людьми. Все эти качества присущи серийным убийцам, — холодный жесткий взгляд Макса скользит по замершей толпе.

Эти качества присущи убийцам и мировым лидерам. Тем, кто скрывается от полиции и кто обращается к ней. Да и в случае Грэя, кто к ней относится. Подобный профиль позволяет делать то, что они хотят, полностью игнорируя социальные, моральные, юридические нормы. Быть психопатом и благодаря этому иметь преимущество перед окружающими.

— Детектив Грэй, вы поймаете Энглмана? — задает вопрос один из репортеров.

Макс серьезен, но внутренне он ухмыляется, отвечая классическое, неоспоримое и извечное.

— Мы сделаем все возможное.

***

Рэндалл видел пресс-конференцию. Вся страна смотрела на детектива Грэя, который два года обещал, что поймает убийцу — и Энглман действительно оказался за решеткой. Теперь же детектив говорит о том, что он сделает все возможное. Рэндалл прячет ухмылку, стоя в толпе зевак, собравшихся на улице посмотреть прямое включение, транслируемое на многочисленные телевизоры за витриной магазина.

Речь детектива его позабавила. Как верно Макс описал и свою маску. И ему поверили. Тысячи людей, беспокоящихся о своих жизнях — поверили ему, человеку, отпустившему убийцу, хотя тот был в его руках. Грэй на его стороне, только пока сам не знает этого. Рэндаллу до дрожи нравилась эта мысль. Он словно нашел очередной, ранее неизвестный, рычаг давления на общественность. Детектив был не безликим последователем — нет, он был больше похож на такого же хищника, манипулировать которым не было смысла — лишь увлекать за собой в алую бездну смерти.

Этот город пробуждает жажду убийства. Клинок Рэндалла давно не купался в чужой крови. Руки стремительно холодеют, когда Энглман идет по улице, разглядывая прохожих и понимая, что каждого из них он убил бы по-особенному. Он бы вновь начал оставлять послания, снова началась бы гонка, кровь закипала от азарта невидимой схватки. Ему нужен Грэй. Сможет ли Энглман убить его? Он хотел этого. Но мог ли позволить себе?

«Только ты и я, детектив. И полсотни моих последователей, жаждущих принести мне твою голову. Я чувствую, как бьется твое сердце теперь уже в моей груди. Ты отпустил меня, не смог выстрелить. Потому что знаешь, что в глубине души такой же монстр, как и я. Ты понимаешь, что без меня твоя жизнь станет пустой. Ты знаешь, что мы на одной стороне».

Прошел месяц с их последней встречи. Рэндалл не спешит. Он словно хищник, выследивший свою добычу — спокоен и аккуратен. Держится далеко и все же не спускает глаз.

***

Грэй идет по улице, ощущая на себе тяжелый, физически ощутимый взгляд. За ним следят. Но кто? Последователи Рэндалла, Ник Эванс, кто-то из своих? Не ускоряя шаг, он заходит в ближайшее кафе и выбирает столик в углу у окна. За стеклом мелькают куда-то вечно спешащие люди. Умирающее солнце, которому осталось жить час-полтора, прорезает своими лучами грязный, уставший город.

Через некоторое время входная дверь открывается, и в помещение заходит Рэндалл. Зрачки детектива расширяются, рука сама тянется к кобуре, касаясь оружия, но не доставая.

На убийце очки в роговой оправе и цветные линзы, делающие глаза зелеными. Он до неузнаваемости изменил свою внешность, но Макс опознает его даже с мешком на голове. Макс оглядывает помещение быстрым взглядом, но никто из присутствующих не обращает на Энглмана никакого внимания. Сейчас в этом кафе немноголюдно — влюбленная парочка в углу и парень с ноутбуком, не замечающий ничего вокруг. Бармен делает кофе, а официантка, облокотившись на стойку, болтает с ним.

Мгновение и холодный ясный взгляд встречается с бездной зеленых глаз. Убийца неспешно подходит к столику и садится напротив напряженного детектива.

— Тяжелый денек? — искренне интересуется, смотря на Макса. — Или ты так сильно скучал по мне?

— Что, черт тебя дери, ты тут делаешь, Энглман? — зло шипит Грэй.