Пророк смерти - Карлден Крис - Страница 2

Секунды ожидания казались часами. Бен думал о Николь. Она угрожала, что бросит его, если он поедет в Эфиопию и будет подвергать себя ненужной опасности только ради аутентичного репортажа. Она просила его отказаться от поездки ради Лизы. Бен осознавал возможную опасность, но, как обычно, отогнал от себя эти мысли, проявил упрямство и все равно полетел. Мир должен был узнать, как страдают люди в Эфиопии и сколько их уже умерло от голода. Сейчас он сам превратился в жертву и даже не знал почему. Точно так же, как и Кевин Маршалл, он был здесь, чтобы помогать. Зачем эти мужчины так с ними поступают?

Потом настал тот самый момент. Главарь резко опустил руку. Бен прицелился, закрыл глаза и нажал на спусковой крючок. С разницей в одну сотую секунды звуки двух выстрелов отразились от стен комнаты.

Пятнадцать месяцев спустя

Глава 1

Убедить ее было непросто. Но в конце концов она согласилась. Ей нужны были деньги. И теперь она думала, что после сделанной работы он передаст ей обещанное вознаграждение просто так, перед дверью. Но у него был другой план. Он сказал, что должен убедиться, действительно ли она выполнила его задание. Она колебалась, пристально смотрела на него из-за приоткрытой двери на цепочке. Он заметил, что ей не очень хочется впускать его так поздно в квартиру, к себе и спящему ребенку. Улыбнулся, потому что знал: он может выглядеть таким безобидным. Наконец она кивнула, откинула дверную цепочку и впустила его внутрь.

Пока она шла в гостиную впереди него, он сунул руку в карман куртки и вытащил из полиэтиленового пакета пропитанную эфиром тряпку. Подумал о спящем ребенке, мимо комнаты которого они как раз проходили. Нужно вести себя тихо. Мальчик пока не должен проснуться.

«Сделай это, наконец, – приказал ему голос в голове. – Чего ты ждешь?»

Он быстро обхватил женщину правой рукой и приложил влажную тряпку ей ко рту и носу. Она испуганно вздрогнула и застонала. Он сильнее прижал ладонь к ее лицу и сжал левой рукой, не давая вырваться. В панике она начала вырываться. Правой ногой чуть не опрокинула деревянную стойку с керамической статуей Будды. Свободной правой рукой ухватила его за плечо. Потом ее мышцы резко ослабли, тело обмякло, она потеряла сознание и осела. Мужчина подхватил ее и аккуратно опустил на пол. Она мирно лежала перед ним и выглядела совсем невинно. Но ему нельзя обольщаться. Дьявол является в любом облике. Он точно знал, почему она должна умереть, и он превратит ее смерть в послание, которое уже никто не сможет проигнорировать.

Она не должна была отрекаться от своего мужа. Она ведь клялась перед Богом: «Пока смерть не разлучит нас». Так теперь и будет. Она бросила мужа и тем самым разорвала то, что когда-то было связано воедино священным союзом.

Он снова был очарован ее красотой и поймал себя на том, что не может отвести взгляда от ее безупречного тела. Жаль ее, подумал он. Потом в его голове снова раздался ангельский голос, преследовавший его уже несколько недель, и потребовал довести дело до конца.

– Ты прав, – прошептал он и пробрался в детскую. На белых обоях были нарисованы разноцветные гоночные машинки. В детстве он бы тоже не отказался от таких обоев.

Ровное глубокое дыхание ребенка свидетельствовало о том, что ему снилось что-то хорошее. Наверное, в последний раз, долго еще ему не придется видеть добрых снов, подумал он. Но так и должно быть. Он снова вытащил свою тряпку и нежно приложил мальчику к лицу. Средство подействовало, ребенок даже не открыл глаза. Сладких снов.

Прошло полчаса, пока он сделал все необходимые приготовления. Потом мать мальчика пришла в себя. Спустя несколько секунд она поняла, где находится, что с ней не так, и наконец догадалась о его истинных намерениях. Она никогда не получит своих денег.

Он улыбнулся. Этого она видеть не могла. Его голову покрывала средневековая черная маска палача. Она попыталась закричать, но кляп во рту мешал, и издаваемые ею звуки походили на кряхтение и стон. Когда он открыл кран в ванной, глаза ее расширились от ужаса. Она посмотрела на него, своего судью и экзекутора. Он так связал ее, что она почти не могла двигаться. Тем не менее она прикладывала все силы, чтобы освободиться. Напрасно она напрягала свои мышцы. Возможно, крик громким эхом отзывался внутри ее, но наружу выходил только глухой стон. Такой тихий, что никто не мог этого слышать, кроме него и, наверное, ее сына.

Семилетний мальчик метался и рвался, стараясь освободиться. Ему потребовалось больше времени, чем планировалось, чтобы прийти в себя. В какой-то момент казалось, что малыш достаточно силен, чтобы сорвать батарею, к которой был прикован, с креплений. Он сможет испытать все на собственной шкуре и извлечет урок из того, что сейчас произойдет. А затем сможет передать это дальше. Сколько же энергии и сил в ребенке, который хочет спасти свою мать от смерти, а себя избавить от необходимости смотреть на это. Но благодаря пробке во рту и скотчу на губах крика и визга было почти не слышно.

Ванна набралась. Он закрыл кран и наслаждался моментом, паникой, которая охватила ее. Возможно, она молилась, чтобы все оказалось просто сном. Он буквально ощущал, как она упрекала себя за доверчивость. Но у нее уже никогда не будет возможности проявить бдительность. Второй шанс бывает только в любовных мелодрамах. А здесь реальность, от которой не уйти.

Ее голова едва виднелась над поверхностью воды.

Он торжественно огласил приговор, не забыв обосновать его. Она должна знать, в чем виновата и почему он не может избавить ее мальчика от этой сцены. Казалось, она поняла, что умрет.

Он зажег свечу, которая озарила все происходящее в темной ванной комнате соответствующим праздничным светом. Вообще-то у него было достаточно времени, и он бы еще долго с удовольствием рассматривал ее. Но голос напомнил, что не нужно без необходимости продлять ее мучения. Поэтому он послушался приказа и продолжил. Привел приговор в исполнение и опустил ее голову под воду. Ее лицо находилось в нескольких сантиметрах от спасительного вдоха. Вновь и вновь его охватывало до сих пор незнакомое ему возвышенное чувство. Была ли это власть, которую он сейчас олицетворял? Власть над жизнью другого человека. Он наклонил голову, внимательно рассматривая жертву. Она дергалась, дрыгала ногами – это все, что позволял кокон из веревки, которой он обмотал жертву. Он почувствовал последнее сопротивление головы, которой она с силой упиралась в его ладонь, беспощадно удерживающую ее под водой. Через две минуты все закончилось. Она больше не могла подавлять дыхательный рефлекс и втянула воду в легкие. До этого он прочитал о смерти в результате утопления. Боль должна быть невыносимой. Потом жизнь выскользнула из ее все еще открытых глаз.

Он видел, как отлетела ее душа. Черная как вороново крыло. Он восстановил порядок, наказав ее. Но не избавил от грехов. Такое не в его власти.

Все-таки как странно. Лишь сейчас, когда собственная жизнь подходила к концу, это задание придало смысл его до сих пор бесполезному существованию. Его путь был ясен, план идеален. Он ни в чем не сомневался. Ему позволено служить. Это честь.

Сначала люди сочтут его деяние поступком сумасшедшего. Но он не псих. Это другие самовлюбленные нарциссы забыли, что такое настоящие ценности. Но со временем многие поймут его послание и признают, как важен был этот вклад в создание лучшего мира. И маленький мальчик тоже осознает, что его мать сама виновата в такой судьбе. А она будет не единственной, кого он покарает.

Глава 2

Сначала звонок казался далеким и приглушенным. Но раздражающий звук все глубже проникал в его подсознание и наконец окончательно разбудил. В первый момент Бен не понимал, где находится. Осторожно пошарил рукой вокруг и определил, что лежит на матрасе. Приоткрыл глаза. Яркий дневной свет резанул по сетчатке. Потом он распознал размытые очертания своей маленькой однокомнатной квартирки. Все это время телефон не унимался.