Украина. Двойка по истории (СИ) - Марков Герман - Страница 38

Вот как описывал эти события бывший член Центральной Рады УНР Дмитрий Дорошенко в своих воспоминаниях «Война и революция на Украине»: «Когда со стороны Бахмача и Чернигова двинулись на Киев большевистские эшелоны, правительство не могло послать для отпора ни единой воинской части. Тогда собрали наскоро отряд из студентов и гимназистов старших классов и бросили их – буквально на убой – навстречу прекрасно вооруженным и многочисленным силам большевиков. Несчастную молодежь довезли до станции Круты и высадили здесь на „позиции“. В то время, когда юноши (в большинстве никогда не державшие в руках ружья) бесстрашно выступили против надвигавшихся большевистских отрядов, начальство их, группа офицеров, осталась в поезде и устроила здесь попойку в вагонах; большевики без труда разбили отряд молодежи и погнали его к станции. Увидев опасность, находившиеся в поезде поспешили дать сигнал к отъезду, не оставшись ни минуты, чтобы захватить с собой бегущих… Путь на Киев был теперь совершенно открыт».

Сами лидеры Центральной Рады, во главе с Грушевским, Петлюрой и Голубовичем так же подло поступили, как и бросившие своих солдат под Крутами офицеры. Убегая от большевиков в январе 1918 г., они не оповестили о необходимости эвакуации рядовых членов Рады и других политических деятелей. Об этом пишет в своих воспоминаниях их соратник Д. Дорошенко. Он боялся, что большевики расстреляют всех оставшихся в городе националистов, включая его самого. Большевики не расстреляли, но факт позорного поведения верхушки Центральной Рады налицо. Так поступают только трусы и предатели! Даже Гитлер не бросил Берлин при крахе своего рейха. А вот деятели Центральной Рады – бросили и подло сбежали. А перед этим послали на убой несчастных студентов, чтобы те прикрывали у станции Круты их позорное бегство. Склонность к предательству со стороны вождей украинских националистов – их отличительная черта.

После возвращения с помощью немецких оккупационных войск Центральной Рады в Киев был и создан миф о сотнях погибших героев, которым прикрывалась некомпетентность и преступное равнодушие руководства Центральной Рады к судьбе посланной на смерть молодёжи. Так писала об этом одна из киевских газет 16 марта 1918 г. в статье «Трагедия в Крутах»: «Мы хотим обратить внимание общества и украинской власти на ту страшную трагедию, которая произошла около ст. Круты во время приближения большевиков к Киеву. В Крутах погиб цвет украинской учащейся молодёжи. Погибло несколько сотен лучшей интеллигенции – юношей – энтузиастов украинской национальной идеи. Такая утрата для культурной нации была бы тяжёлой; для нашего народа она неизмерима. Виновата в этой трагедии вся система нелепости, всё наше правительство, которое после блестящего социального законодательства, после полугодового администрирования оказалось оставленным народом и армией, и в таком безнадёжном положении решило защититься от хорошо вооружённой большевистской армии несколькими сотнями учащейся молодёжи. Вооружив на скорую руку эти жертвы правительственной легкомысленности, без всякой военной подготовки отправили их в Круты…»

После заупокойной службы 19 марта 1918 г. состоялись многолюдные похороны в присутствии родных, студентов, гимназистов, солдат и духовенства. С проникновенной траурной речью обратился к собравшимся Михаил Грушевский, скорбя о «сотнях погубленных жизней». В братскую могилу на Аскольдовом кладбище, по данным тогдашней прессы, было опущено 17 гробов. Именно перед траурной церемонией были обнародованы сведения о «сотнях погибших», которые так и не были документально подтверждены. Но этот миф послужил моральным оправданием для инициаторов этой авантюры. Не очень удивлюсь, если со временем станет известно о ведущей роли в этом председателя Центральной Рады Грушевского, который на похоронах семнадцати жертв весьма убедительно изображал сочувствие родным и близким «сотен погибших». Это вполне вписывается в нелестную характеристику жизненного стиля «отца нации», данную его соратниками.

25 августа 2006 года «Мемориал памяти героев Крут» на железнодорожной станции Круты был официально открыт президентом Украины Виктором Ющенко. В его состав входит монумент, символическая могила-курган, часовня, озеро в форме креста, а также музейная экспозиция, расположенная в старинных железнодорожных вагонах.

Вот что пишет доктор исторических наук Валерий Солдатенко: «В новейшей Украине стало уже обычаем в конце января каждого года привлекать общественное внимание к эпизоду, случившемуся в разгар революционного перелома, – бою под Крутами… Приобретя определённую инерционную самодостаточность, в украинской историографии событие под Крутами получило гипертрофированные оценки, обросло мифами, стало приравниваться к известному подвигу спартанцев под Фермопилами, а погибшими все чаще стали называть всех 300 юношей, из них 250 студентов и гимназистов. В отсутствие других ярких примеров проявления национального самосознания и жертвенности, к этому событию всё активнее обращаются, реализуя воспитательные мероприятия, особенно в среде молодёжи». Кстати, численность «сотен героической молодёжи» примерно составляла 120 чел. (четыре взвода по 28—30 солдат). Это указано на стр. 136 учебника 11 класса (см. раздел 6).

В январе 1918 г. для обороны Киева Украинская рада располагала не более 1200 солдат надёжных войск, остальные сохраняли нейтралитет либо проявляли враждебность Раде. Тем временем в Киеве 16 января (29 января) 1918 г. большевики, эсэры и рабочие завода «Арсенал» подняли восстание против Центральной Рады, к которому присоединились рабочие других предприятий и часть солдат местного гарнизона. Против них выступило несколько разрозненных частей Центральной Рады, а большинство войск киевского гарнизона сохраняли нейтралитет. В Киеве в это время находилось до 20 тысяч солдат и офицеров бывшей Русской армии, которые остались сторонними наблюдателями. 22 января восстание было подавлено после кровопролитного штурма завода «Арсенал». Через несколько дней в Киев вошли красные отряды под командованием Муравьёва, состоявшие из украинских красногвардейцев, остатков царской армии и отряда матросов-выходцев из Украины. Это была не агрессия России, а начало полномасштабной гражданской войны, которая охватила всю территорию бывшей царской России. А бой под Крутами был мелким эпизодом гражданской войны между вооружённым народом, сражавшимся под разными знамёнами.

В день подавления большевистского восстания на заводе «Арсенал», 22 января (4 февраля) 1918 г. войска Муравьёва подошли к городу и закрепились в Дарнице. 27 января (9 февраля) Киев был взят, а накануне по соглашению о перемирии правительство УНР и трёхтысячный отряд гайдамаков ушли из Киева по Житомирскому шоссе. Войска Муравьева и другие революционные отряды начали преследование войск Рады, чтобы не допустить закрепления отступающих в Житомире, после чего их остатки собрались в районе небольшого посёлка Сарны на р. Случ.

27 января (9 февраля) 1918 года делегация Центральной рады подписала сепаратный мирный договор с блоком Центральных держав и обратилась к Германии и Австрии с просьбой направить на Украину свои войска для защиты своей власти. Вся территории Украины переходила под юрисдицкию германских и австро-венгерских войск. Во исполнение этого договора большевики были обязаны освободить территорию Украины. В феврале на территорию Украины вступили немецкие и австро-венгерские войска. К концу апреля территория УНР оказалась под контролем немецкой и австро-венгерской армий. Генерал-фельдмаршал фон Эйхгорн в Киеве возглавил администрацию большинства оккупированных областей Украины, за исключением частей Волынской, Подольской, Херсонской и Екатеринославской губерний, оказавшихся под управлением австро-венгерской военной администрации.

1 марта 1918 года передовые отряды армии УНР – гайдамаков, сечевых стрельцов и запорожцев, под командованием Симона Петлюры вступили в Киев, оккупированный немцами. В Харьков, занятый немцами 7—8 апреля, вместе с ними вступил Запорожский корпус под командованием полковника УНР П. Болбочана. Начальником оккупационного гарнизона в Харькове был назначен генерал Менгельбир.