Сага о Копье: Омнибус. Том I (ЛП) - Кук Тонья - Страница 1432

Когда она приблизилась, он протянул грязную руку.

— Я ищу Эбена Расколотого Камня, — сказала Кит, опускаясь на корточки, чтобы оказаться с ним на одном уровне.

— Никогда о таком не слышал, — поспешно ответил человек, не сводя глаз с кошелька.

Китиара вынула стальную монетку и подкинула ее в руке:

— Для Эбена Расколотого Камня, если тебе случится его встретить, у меня есть вот это.

Калека попытался выхватить монету, но Кит проворно спрятала ее:

— Это — для Эбена Расколотого Камня.

— Расколотый Камень — это я, — произнес он, недружелюбно глядя на женщину. — Что тебе надо?

— Кое-что спросить. — Китиара протянула монету, которую калека тут же попробовал на зуб, проверяя, не фальшивая ли она, и опустил в мешочек, висевший у него на шее на кожаном ремешке. — Получишь такую же, если сообщишь то, что меня интересует.

— Что именно? — подозрительно спросил Эбен.

— Я хочу разузнать об эльфийке. Она пришла в Пакс Таркас с группой странников…

Губы Эбена скривились в уродливой усмешке.

— Лорана.

Китиара уселась на один из узловатых корней дерева, выступавших над землей.

— Может, и так. Точно я не знаю.

— Она была единственной эльфийкой в Пакс Таркасе, — сказал Эбен. — Настоящая красавица. Вот только смотрела она лишь на одного человека. Или, скорее, на половину человека. Потому что на другую половину он был эльфом. — Калека рассмеялся собственной шутке.

Китиара рассмеялась тоже.

— Расскажи мне то, что тебе о ней известно. Как она здесь оказалась? Путешествовала ли она вместе с полуэльфом? Была ли она его любовницей? — равнодушно спрашивала Китиара.

Эбен в первый раз хорошенько к ней присмотрелся. Она сняла доспехи Повелительницы Драконов и оделась в простую дорожную одежду, какую обычно носят наемники, — кожаную безрукавку, шерстяной плащ, рубаху, сапоги. Однако одежда явно была дорогой, так же как и висевший на поясе меч. Властность окутывала ее, словно аромат редких духов. Перед ним явно была важная птица, вот только он не мог понять какая.

Эбен начал свой рассказ. Кит слушала его, прислонившись к дереву.

Полуэльф по имени Танис и остальные — разношерстная шайка неудачников — были взяты под арест в Утехе и отправлены в Пакс Таркас. На караван напала небольшая группа эльфов (вовсе никаких не пять тысяч!). Не успели они натянуть луки, как стража во главе с Тоэдом разбежалась. Эльфы освободили рабов, и те разошлись кто куда. Эльф по имени Гилтанас, с которым Эбен был знаком раньше, узнал полуэльфа. Вероятно, эти двое вместе выросли, или что-то в этом роде. Полуэльф с товарищами отправился в Квалинести, над королевством тогда нависла страшная угроза.

Лорана, наверное, хотела выйти замуж за Таниса, чему ее отец воспротивился бы, узнай он о подобных намерениях. Эльфы убедили Таниса и его друзей вернуться и возглавить восстание рабов, чтобы отвлечь внимание противника и дать эльфам возможность отступить.

Группа отправилась в Пакс Таркас — вместе с Гилтанасом и Лораной, которая сбежала из дому и ни за что не захотела вернуться.

Эбену Расколотому Камню стало известно все это благодаря тому, что он втерся в доверие к друзьям и шпионил за ними. Он предупреждал Повелителя Верминаарда об опасности, но тот не обращал на его слова ни малейшего внимания — за что и поплатился.

Что до Лораны, то она была красивой, но испорченной и избалованной девчонкой и только и делала, что страдала по своему полуэльфу.

— А как относился к ней он? — спросила Китиара.

— Танису надоедало, что она вешалась ему на шею и беспрерывно крутилась вокруг него, не давая проходу. Но, конечно, у него слюнки текли, — ухмыляясь, сообщил Эбен. — А у какого бы мужчины не потекли? Более красивой женщины мне видеть не доводилось.

— Из эльфов? — уточнила Китиара.

— Из эльфов, из людей… — Лицо Эбена скривилось в подобии улыбки. — Я бы не выгнал такую из своей постели. И полуэльф, конечно, этого не делал. Кто знает, чем они занимались, когда остальные спали? Конечно, Танис притворялся, что не хочет иметь с ней дела. Но шила в мешке не утаишь. Эти двое не могли никого одурачить.

Китиара резко поднялась на ноги. Она услышала достаточно, даже более чем достаточно. Все внутри у нее сжалось, превратившись в клубок свернувшихся змей.

Эбен посмотрел на ее кошелек:

— Не хочешь ли ты услышать, как погиб Повелитель Верминаард?

— Да пошел он!.. — раздраженно бросила Кит. Она была в самом скверном расположении духа. — Что сталось с эльфийкой после падения Пакс Таркаса?

Эбен пожал плечами:

— Я слышал от драков, что они в королевстве гномов.

— В королевстве гномов? — переспросила Кит.

— В Торбардине. Кажется, они скрываются там от драконидов. Если полуэльф в Торбардине, то бьюсь об заклад, что и Лорана с ним.

Китиара повернулась, собираясь уходить.

— Эй! — сердито крикнул Эбен. — Где мои деньги?

Женщина вынула из кошелька монету, бросила ее в лужу и зашагала по дороге по направлению к лагерю. Никогда еще не была она так зла. Танис клялся, что любит ее, а не прошло и нескольких недель, как он спутался с другой. Да еще с эльфийкой! Если бы он встретился Китиаре в этот момент, она свалила бы его наземь и втоптала бы в грязь.

Скай все еще не вернулся с задания, и у Кит не было возможности его разыскать, поэтому ей ничего не оставалось, как задержаться в лагере, делая все возможное, чтобы избегать назойливого хобгоблина. Вместе с прочими солдатами она занялась тренировками, поскольку командир Грэг постоянно заботился о том, чтобы его подчиненные не теряли формы. Упражняясь с драконидом, великолепно владевшим мечом, она давала выход ярости, одновременно оттачивая мастерство.

Но когда Китиара оставалась одна в своем шатре, она вынашивала планы мести. Вернее, она была не одна. Золотоволосая эльфийка с голубыми миндалевидными глазами все время преследовала ее; она сидела у постели Китиары, заливаясь звонким смехом.

Китиара не могла заставить себя перестать думать о Лоране. Ей нужно было больше узнать о своей сопернице. В конце концов, разумный военачальник должен изучить своего врага, чтобы вести против него успешную кампанию. Китиара послала собственных шпионов к границам королевства гномов. В подгорную твердыню им, конечно, было не проникнуть, но они могли следить за входами и выходами и дать ей знать о появлении людей, эльфов и — в особенности — полуэльфов.

— Насколько я знаю Таниса, — говорила она себе, заканчивая писать указания, — он не усидит долго под землей в компании гномов. Во-первых, он ненавидит замкнутое пространство. Житье в гигантской норе сведет его с ума. Во-вторых, идет война и он захочет быть в гуще событий.

Теперь Кит уже с нетерпением ожидала путешествия в Ледяной Предел. И не только потому, что скучала. Ее посетила мысль, что эльф Феал-хас должен знать принцессу Лорану. Разумеется, этот вывод был настолько же несостоятелен, как и предположение, что Китиара знакома с правителем Палантаса, сделанное только на том основании, что они оба люди. Однако это не пришло Кит в голову. Она с нетерпением поглядывала на небо и по-настоящему обрадовалась, когда солнце сверкнуло на синей чешуе Ская.

То, что он сообщил о красных драконах, было неутешительным. Красные озлобились и не скрывали недовольства. До них доходили слухи о разрушениях, причиненных драконами в других частях Ансалона, и они жаждали развлечений. Если Красное Крыло не вступит в битву в ближайшее время, они будут действовать по своему усмотрению, и тогда жертвой может оказаться кто угодно. Судя по их теперешнему настроению, они скорее готовы накинуться на друзей, чем на врагов.

Китиара доложила обо всем Ариакасу, добавив к этому, что, по ее мнению, Тоэд — прекрасная кандидатура на должность Повелителя Драконов. Когда она сообщила о своей рекомендации Тоэду, излияния благодарности и смрад были столь сильны, что создалось впечатление, будто восторг стимулирует работу потовых желез хобгоблина. Когда Китиаре наконец удалось стереть его слюни со своих сапог, она отправилась попрощаться с Грэгом.