Сага о Копье: Омнибус. Том I (ЛП) - Кук Тонья - Страница 1219

Полуэльф действительно хотел предложить Светлого Меча. Слова готовы были сорваться с его губ, когда он передумал. И не только из-за шальной надежды таким образом задержать Речного Ветра и его соплеменников. Танис давным-давно убедился в способностях этого хмурого воина. Варвар и впрямь куда больше подходил на роль предводителя. Ведь Стурму мир виделся лишь в черном и белом цветах, полутонов он не признавал. Рыцарь, при всех его несомненных достоинствах, держал себя строго, оставаясь несгибаемым и прямолинейным в любой ситуации.

Высокий Теократ широко улыбнулся:

— Если Речной Ветер даст согласие, то у меня не будет возражений.

Варвар, разумеется, хотел было отказаться. Однако Золотая Луна положила руку на широкое плечо воина, долгим взглядом посмотрев ему в глаза снизу вверх. Она не произнесла ни одного слова, но тот все понял.

— Я подумаю, — только и ответил, помолчав, Речной Ветер.

Жрица Мишакаль ласково улыбнулась ему. И он бережно накрыл ее руку своей крепкой ладонью. Тем временем сторонники Хедерика собрались вокруг своего предводителя, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию. Маритта присоединилась к Лоране, и обе завели разговор с Элистаном. Остальные стали расходиться.

— Что это еще за поход в Торбардин? — гневно вопросил Флинт. — Ноги моей не будет под этой горой.

— Потом, — отмахнулся от него Танис, тоже хмурясь.

Сейчас ему совершенно необходимо поговорить со Стурмом. Объяснить ему, почему выбор сделан в пользу варвара, несмотря на несоизмеримо большую подготовленность к подобной миссии рыцаря. Светлый Меч даже под защитой отцовских доспехов оставался человеком ранимым, и такие вещи его задевали.

Полуэльф прокладывал себе путь в толпе. Старый гном семенил за ним, едва не наступая на пятки, и без умолку тараторил о Торбардине. Обходя очаг, Танис очутился рядом с Хедериком. Теократ стоял к нему спиной, увлеченно беседуя с одним из своих последователей, и не мог видеть Полуэльфа.

— Из этой долины нет иного пути, кроме как через перевал, — объяснял он, понизив голос. — Их путешествие займет недели, и еще недели уйдут на поиски этого несуществующего королевства. А мы хоть на какое-то время избавимся от полукровки, вечно сующего всюду свой нос…

Танис продолжил путь, плотно сжав губы, глаза его потемнели. «Так вот, значит, почему Хедерик поддержал наш план. Он просто хочет от меня избавиться. В мое отсутствие он сможет прибрать к рукам власть, отодвинув Элистана и Речного Ветра. — И Танис еще плотнее сжал челюсти. — На его месте я бы так на это не рассчитывал».

Однако в то же самое время Танис с беспокойством подумал о возможной правоте Теократа. Им с Флинтом понадобятся недели, чтобы перебраться через горы.

— Не слушай ты этого пустозвона, дружище, — доверительно проговорил Флинт. Его грубый бас раздался из-под локтя Таниса. — Путь есть.

Полуэльф искоса поглядел вниз на своего друга, слегка усмехнувшись.

— Могу ли я надеяться, что ты сменил гнев на милость?

— Нет, — упрямо отозвался гном. — Это значит я скажу тебе, как найти дорогу.

Танис покачал головой. На самом-то деле он ни секунды не сомневался, что уговорит Флинта. Теперь же его более всего беспокоило нанесенное Стурму оскорбление. Все же, как-никак, рыцарь, да и невероятно честолюбивый в придачу.

Светлый Меч стоял у очага, задумчиво глядя на огонь. Он вовсе не выглядел обиженным. Казалось, ему вообще не было дела до того, что происходит вокруг. И Танису несколько раз пришлось позвать его по имени, прежде чем он откликнулся.

Наконец Стурм соизволил-таки обратить на Полуэльфа внимание. Синие глаза рыцаря сверкали в свете пламени. Его лицо, изрезанное морщинами, обычно предававшими ему выражение суровой твердости, теперь казалось одухотворенным и выразительным.

— Блестящий план, Танис! — воскликнул Стурм, порывисто схватив руку друга и с силой сотрясая.

Полуэльф удивленно посмотрел на него:

— Какой план?

— Путешествие в Торбардин, разумеется. Ты сможешь найти и вернуть сию драгоценную реликвию.

— Найти что? — Удивление Таниса росло.

— Молот Караса! Это ведь твоя настоящая цель?

— Я собираюсь в Торбардин, чтобы попытаться найти убежище. Я знать ничего не знаю ни про какой молот…

— Ты что, забыл легенды? — изумленно спросил Стурм, озадаченный, казалось, не меньше самого Полуэльфа. — Мы говорили о сих славных сказаниях еще прошлой ночью. Священный Молот Караса наделен волшебной силой. Лишь с его помощью можно выковать драконьи копья!

— Ах да. Про копья-то я и забыл.

Стурм уловил иронические нотки в голосе друга, и это его заметно расстроило.

— Эти копья — единственное оружие, способное умертвить дракона, Танис. Они нужны нам, чтобы сражаться с Темной Королевой и ее приспешниками. Ты сам видел их неуязвимость ныне, когда лучники выпустили по дракону свои стрелы. Они просто отскакивали от этой красной твари! К тому же драконьи копья — оружие, благословленное богами. Великий Хума сразил Такхизис с помощью подобного копья…

— Я запомню… — торопливо отозвался Танис, не выказывая никакого интереса к судьбе достославного героя. — Молот Караса. Постараюсь о нем расспросить.

— Это очень важно, Танис, — настаивал Стурм, становясь все более серьезным. — Быть может, это дело всей твоей жизни.

— Но жизни восьмисот человек…

Рыцарь только нетерпеливо махнул рукой:

— Молот — наш единственный шанс победить в этой войне, и он в Торбардине. — Светлый Меч сжал плечо Таниса. Полуэльф чувствовал, что рыцарь весь дрожит от возбуждения. — Ты должен умолить славных подгорных жителей одолжить его нам. Должен.

— Я все сделаю, Стурм. Обещаю! — уверил его Полуэльф, высвобождаясь из цепкой хватки. — А насчет Речного Ветра…

Но Стурм уже отвернулся в другую сторону, теперь он внимательно разглядывал Рейстлина и Карамона.

Здоровенный воин как раз тихонько разговаривал с братом в уголке. На лице великана все более проступала какая-то детская растерянность. Рейстлин поднял вверх указательный палец, затем наклонился к близнецу и что-то быстро ему шепнул.

— Рейстлин измыслил нечто, вот только неизвестно мне — что, — произнес Стурм, нахмурившись. — Не могу понять, к чему он заговорил о Черепе?

Было очевидно: рыцаря волнует совсем другое. Однако Танис сделал еще одну попытку объясниться.

— В мое отсутствие я предложил возглавить людей Речному Ветру…

— Отличный выбор, Танис, — рассеянно кивнул Стурм, оглаживая усы.

Братья как раз закончили беседу. Рейстлин направился к выходу, пробираясь сквозь возбужденно гудящую толпу. Двигался он куда энергичнее обычного, а Карамон лишь грустно смотрел ему вслед. Затем близнец покачал головой и тоже вышел.

— Прости меня, Танис, — произнес Стурм и направился вслед за ними.

— О чем это вы говорили? — поинтересовался Флинт, поглядев вслед рыцарю.

— Ты знаешь что-нибудь об этом Молоте?

— Хоть молот, хоть наковальня, ноги моей не будет под горой, — проворчал Флинт в ответ.

Танис вздохнул и уже готов был выскользнуть из этой душной пещеры, когда заметил Речного Ветра и Золотую Луну, стоявших неподалеку от выхода. Полуэльф тотчас осознал неизбежность объяснений и лишь убито вздохнул.

— Ну и удружил же ты мне, Танис, — заметил Речной Ветер. — Я попался в твою ловушку, а собственная жена еще и крышку захлопнула.

— Ты принял мудрое решение, — невозмутимо ответствовала Золотая Луна.

Речной Ветер только покачал головой.

— Мне не обойтись без твоей помощи, — честно признался Танис. — Отправляясь в это путешествие, я должен знать, что оставляю здесь надежного человека. Этот осел Хедерик ввергнет всех в жуткие беды, дай мы ему хоть малейшую возможность. На Элистана можно положиться, но он ничего не смыслит в военном деле. Если Верминаард нападет на нас со своим войском, людей не спасут одни молитвы да священные диски.

Жрица Мишакаль посерьезнела, с легким укором глянув на друга.

— Не следует столь легкомысленно говорить о таких вещах.