Новая эра Z - Кэри Майк - Страница 73

Но переродиться так нельзя, если вообще как-то можно.

Она подвигается еще ближе к нему и, удерживая его голову обеими руками, целует в губы.

Через некоторое время он выключает фонарь. Она знает почему и не говорит ни слова.

69

Где-то в середине ночи звуки внизу меняются.

До этого они были случайными – глухие стуки и скрежет голодных, толкающихся в броуновском движении. Теперь звуки приобрели определенный ритм, настойчивость. Появились хрюканья, посвистывания и щелчки, смешанные со звуками насилия. Но голодные не занимаются пением.

Паркс выбирается из тяжелых сонных объятий Джустин и ползет к люку. Он поднимает его и включает фонарик, уже направленный вниз.

В пучок света попадает лицо прямиком из ночного кошмара. Оно выскакивает на Паркса из темноты. Бледная кожа, черные глаза, разноцветные линии во все стороны. Его рот широко открыт, чтобы показать тонкие острые зубы пираньи.

Оно мгновенно реагирует на свет, яростно глядя вверх. Что-то щелкает прямо перед лицом Паркса – то, что попало в свет фонаря, врезается в люк с громким лязгом.

Паркс откидывается назад – не от удара, а от увиденного. Дети, юноши и девушки, роятся между покачивающимися голодными, роняя их на пол и быстро добивая различным оружием, массивным и эклектичным.

Но понятно, что они пришли не за этим. Пока они занимаются всего лишь расчисткой территории. Они оказались здесь не случайно. Их привели сюда два человека, расположившиеся на мансарде. Черные глаза по очереди смотрят на Паркса, беззвучно оглашая ему приговор.

Он захлопывает люк. Джустин уже приподнялась на локте, но он быстро поднимает ее на ноги.

– Нам нужно уходить, – говорит он. – Сейчас же. Одевайся.

– Что? – сонно спрашивает она. – Что…

Она не заканчивает, потому что слышит звуки снизу. Может, она уже догадалась, что они означают. Так или иначе, они не могут означать ничего, кроме неприятностей, поэтому она не просит объяснений, на которые ушло бы время, которого сейчас практически нет.

У люка нет защелки, но Парксу удается опрокинуть на него металлическую цистерну. И как раз вовремя – люк почти распахнулся от толчка снизу. Недовольный крик не заставляет себя ждать.

В течение нескольких секунд люк сотрясался от попыток голодных детей открыть его. Паркс понятия не имеет, как они смогли добраться до него. Забрались друг другу на плечи или сложили мертвых голодных в кучу? Не важно. Они слишком сильны и решительны – цистерна не сможет долго сдерживать их.

Он вскакивает на стол и высовывает голову из окна, которое Джустин оставила открытым. На крыше никого. Паркс подтягивается и вылезает наружу. Джустин следом, он подает ей руку, но она справляется сама.

Шифер успел высохнуть после дождя, но по-прежнему остается чертовски скользким. Они поднимаются наверх, по-лягушачьи расставляя конечности, чтобы не скатиться вниз.

Добравшись до вершины хребта, становится легче. Здесь узкая кирпичная дорожка, позволяющая им стоять вертикально и медленно ковылять, как подвыпившие воздушные гимнасты, опираясь на бруствер дымовых труб и вентиляционных отверстий.

Паркс хочет побыстрее добраться до другого конца крыши, чтобы найти там окно и через него забраться обратно внутрь. Но не пройдя и половины пути, за их спинами слышатся громкие пронзительные крики, предупреждающие о том, что они больше не одни. Паркс поворачивается, чтобы посмотреть. Маленькие силуэты, отлично различимые в лунном свете, выскакивают на крышу из помещения, в котором буквально пару минут назад он мирно спал с Джустин. Они не лезут прямо наверх, а выбирают кратчайший маршрут к добыче – бегут по диагонали к Парксу и Джустин.

Добравшись до ближайшего дымохода, Паркс выхватывает пистолет. Он стреляет дважды, в тех детей, что бегут первыми. Первый выстрел находит свою цель. Малыша отбрасывает назад, он соскальзывает по крыше и падает вниз, не успевая ни за что зацепиться. Другой выстрел мимо ворот, но дети разбегаются в панике, и еще один из них срывается вниз.

Остальные быстро отступают. Хотя недостаточно быстро. Паркс успевает подстрелить еще парочку.

– Не убивай их! – кричит Джустин. – Не надо, Паркс! Они убегают!

Они меняют тактику, а не убегают. Но Парксу не до споров. Впрочем, патроны надо беречь, они понадобятся им, когда они спустятся на землю.

Если спустятся.

Что-то попадает в кладку дымохода, прямо рядом с головой Паркса, и осколки царапают ему щеку. Прячась за трубами, голодные дети пускают в них камни из чего-то, отдаленно напоминающего рогатку. Но силы их рук достаточно, чтобы камни летели как пули. Один из них пролетает так близко, что он слышит свист правым ухом.

Хватит.

Он берет винтовку и дает две длинные очереди. Первая разрушает дымовые трубы, заставляя детей забраться обратно в подполье. Вторая проходит по шиферу на полпути к ним. Им придется нелегко, если они рискнут продолжить погоню.

– Не стой! – кричит он Джустин. – Вниз! Спускайся здесь. Найди окно!

Джустин уже скользит вниз по шиферу к водосточному желобу, раскинув руки и ноги, чтобы замедлиться. Паркс следует за ней, только на боку, готовый стрелять по всему, что будет двигаться. Но ничто не движется.

– Паркс, – говорит Джустин. – Сюда.

Она нашла окно, которое не открыто, а полностью выбито вместе с рамой. Нужно всего лишь позволить себе повиснуть на краю крыши на локтях и ступить на подоконник. А потом извернуться и заползти внутрь ногами вперед.

Теперь счет идет на секунды. Они должны спуститься вниз первыми, чтобы дети не заперли их внутри. Они рыщут в темноте в поисках лестницы.

И вот тут просыпается рация. Паркс не останавливается – он не смеет, – но выхватывает ее на ходу и отвечает.

– Паркс. Говори.

– Я слышала выстрелы, – говорит Мелани. – Вы в порядке?

– Не особо.

Джустин хватает его за плечо и тащит куда-то. Она нашла лестницу. Они бегут по ней, спотыкаясь и чуть не падая. Ему следовало бы остановиться и достать фонарик из рюкзака, но дети могут увидеть свет и сообразить, что их жертвы пытаются уйти.

– Какие-то голодные дети нашли нас, – говорит он, тяжело дыша. – Вооружены до зубов. Похожи на тебя, но крупнее. Они преследуют нас.

– Где вы? – спрашивает Мелани. – Там же, где я вас оставила?

– Дальше. В конце улицы.

– Я бегу к вам.

Хорошие новости.

– Приходи скорее, – говорит он.

Оказавшись на первом этаже, они видят зияющий просвет отсутствующей входной двери. Они направляются прямо туда, но в лунном свете возникает силуэт, совсем рядом. Четыре фута в высоту, нож в каждой руке, готовый резать.

Паркс стреляет, и силуэт исчезает в темноте. Это был последний патрон в магазине, или предпоследний. Он поскальзывается, стараясь быстро остановиться. Джустин врезается ему в спину. В обратном порядке они бегут в заднюю часть дома.

Через бесконечную вереницу разлагающихся пещер. Предназначение комнат угадать невозможно, да Парксу это и не важно. Он просто ищет черный ход. А когда находит и выбивает дверь, перед ним открывается то, на что он молился – огромный заросший сад, у которого было двадцать лет и полная свобода действий.

Они с головой ныряют в кусты высокой ежевики, оставляя в качестве дани ткань одежды и кожу. Завывания сзади говорят о том, что дети не отстают. Паркс желает им по максимуму насладиться заброшенным садом. Ведь большинство из них почти голые, так что дюймовые шипы для них – весомое препятствие.

Он оборачивается. Дверь, через которую они прибежали, уже скрылась в кромешной тьме, но он видит еле различимые движения в той стороне. Он стреляет туда и что-то кричит. Стреляет еще, и курок перестает реагировать. Остался ли у него еще магазин на поясе? Неужели он всерьез собирается остановиться и начать перезаряжаться в темноте, с теми милыми щенками, готовыми в любую секунду вгрызться ему в задницу?

Впереди стена. «Давай! Прыгай!» – кричит он и подбрасывает Джустин, затем прыгает сам, но не дотягивается до верхушки. Это ему удается с третьей попытки, Джустин тянет его наверх за воротник рубашки.