Моя чокнутая еврейская мама - Сигел Кейт - Страница 27

Мама так и не научилась выключать звуковой сигнал телефона. Если я, решив посмотреть с мамой кино, переводила ее телефон в режим вибрации, а потом забывала переключить, то меня гарантированно ждали три месяца стенаний: «Ты сломала мой телефон! И не надо говорить мне о кнопках, он теперь вообще не звонит!!! Приезжай домой и наладь его!!!»

После двадцати минут полного отсутствия информации от маминого отряда «Морских котиков» я не выдержала:

– Ладно, я должна позвонить. Это ведь безопасно? Не могут же они так долго торчать на пропускном пункте?

Папа кивнул, и я набрала маму, которая жизнерадостно ответила мне после третьего гудка:

– Привет, детеныш!

– Боже мой, ты сделала это?!

– Господи, ты у меня прямо-таки нервная Нина![35] Конечно мы сделали это! Мы с Ленни как раз подъезжаем к дому. Я хочу показать ему твои фотографии! Входи, Ленни!

Объясняю еще раз для непонятливых. Самое обычное дело после прохождения кучи кордонов из представителей силовых структур – пригласить горячего пожарного провести вечер за разглядыванием фотографий вашей незамужней дочери.

– Ну ладно, нам в любом случае уже пора, но я собираюсь попросить Ленни заехать за вами с папой попозже вечером. Ленни, вот посмотри на фото моей Кейт! Разве у нее не шикарная фигура?

Так и быть, уж лучше слушать, как мама меня рекламирует, чем всю ночь заниматься ее освобождением под залог!

– Нет, мама. Ни в коем случае! Мы вернемся только тогда, когда отменят приказ об эвакуации.

– Ой, да ладно тебе! Неужели ты собираешься заставить папу снова ехать в Нью-Йорк и подниматься на четырнадцать лестничных пролетов?! Это чистой воды безумие.

Ну да, это будет самым безумным поступком за сегодняшний день.

– Мама, прекрати!

– Тогда постарайтесь остановиться возле какого-нибудь туалета! Или ты теперь какаешь исключительно в мешки для мусора?

Два дня спустя мы уже были дома, вместе с мамой, пользовались работающими туалетами и играли с нашим зверинцем (с которым наверняка ничего не случилось бы и без маминой спасательной операции)[36].

И я искренне надеюсь, что отзывчивого пожарного не слишком напугал этот вечер сплошных правонарушений, проведенный с моей мамой. Ленни, если ты читал или читаешь это, дай мне знать, хочешь ли стать членом нашей группы поддержки! Множество людей нашли утешение, присоединившись к Клубу Ким, тем более что мама говорит, будто ты не умеешь готовить мясную запеканку (обычно все зависит от латки). Так или иначе, пришли мне имейл на [email protected].

Охота на раввина

Быть одинокой ужасно. Быть одинокой при наличии такой мамы, как Ким Фридман, – катастрофа. Вряд ли найдется хоть кто-то, которому она не дала номер моего телефона. Хоть один юрист, которого она не спросила, женат ли он. И вряд ли найдется хоть один «Старбакс», где она не побывала с целью проверки на предмет одиноких мужчин. Мои биологические часы, похоже, находятся на прямой линии связи с ее ушами. Которые регистрируют оглушительный сигнал тревоги, который будет настойчиво звенеть до тех пор, пока мама не проведет несколько часов, раздавая незнакомцам мой телефон или записывая меня на прием к потенциально неженатым пластическим хирургам. А вы в курсе, что собаки улавливают ультразвук, недоступный человеческому уху? С мамой примерно такая же история, но только она слышит крики моих отмирающих яйцеклеток, которые каждый месяц смываются в туалет.

Когда я была двадцатичетырехлетней одинокой девушкой, мама свято верила, что если мой следующий любовный роман не закончится браком, то я навсегда останусь бесплодной старой девой. Мама точь-в-точь как полицейская собака, но только натасканная не на наркотики, а на приемлемых Сперминаторов, которых она чует издалека. Она демонстрировала мой фейсбучный профиль незнакомцам на улице. Она околачивалась в библиотеке медицинского факультета Колумбийского университета, раздавая направо и налево мои визитные карточки. Она выдавала себя за меня на всех сайтах знакомств, включая веб-сайт JMom, в настоящее время уже закрытый. Вы спрашиваете, что такое JMom? Ну, это служба знакомств для еврейских мам, помогающая им связаться с другими невротичными еврейскими мамами, которые пытаются найти пару для своего ребенка.

В один из уик-эндов я пригласила несколько приятелей из колледжа в родительский дом в Нью-Джерси, и мой друг Джейкоб, можно сказать, вонзил мне нож в спину. Он нарушил основное правило дружеских отношений между детьми невротичных еврейских мам: никогда не упоминать о свадьбе в присутствии Сумасшедшей Еврейской Мамы, особенно если ее чадо до сих пор одиноко. Джейкоба оправдывает лишь то, что мама тогда устроила ему самый настоящий допрос относительно его личной жизни, но я по-прежнему уверена, что он вполне мог умерить свои восторги по поводу предстоящей свадьбы его сестры. Спасибо тебе, Джейкоб!

– Твоя сестра выходит замуж! Ах, представляю, как счастлива твоя мать! А как они познакомились? – Моя мама, позеленев от зависти, посмотрела на меня, эпическую неудачницу, вышедшую из ее чрева.

– Ну, это очень смешная история. – Джейкоб бросил на меня виноватый взгляд. Наши матери были сделаны из одного теста, поэтому он точно знал, что вот-вот должно произойти. – Их познакомил принстонский раввин.

Я увидела, как при этих словах все шестеренки в маминых мозгах бешено закрутились. Лига плюща. Мужчины. Евреи. Свадьба. Дети. Внуки. Похищение внуков. Одежда для внуков. Устройство внуков в начальную школу.

– А ЧТО, В ПРИНСТОНЕ ЕСТЬ РАВВИН?! – (Я испугалась, что от внезапного переизбытка дофамина у мамы вот-вот вынесет мозг.) – И он занимается сватовством? Кейт, почему ты мне не сказала?! – Но не успела я открыть рот, как мама снова вцепилась в Джейкоба. – Как это произошло? Где? Когда?

Джейкоб объяснил, что еще в колледже сблизился с принстонским раввином Эйтаном и его женой Гитти. И когда его сестра Джоанна порвала со своим парнем, Джейкоб попросил раввина с кем-нибудь ее познакомить.

Я совершенно уверена, мама пропустила весь остальной рассказ мимо ушей, так как мысленно уже листала свадебный каталог Веры Вонг. У мамы на лице застыла глупая улыбка, а глаза остекленели так, словно она наглоталась экстези. И только когда Джейкоб закончил говорить, мама вернулась в реальность.

– А ты не мог бы позвонить раввину и попросить за Кейт?

И с этого момента мама, забыв о JDate и OKCupid, с той же одержимостью переключилась на принстонского раввина. Джейкоб упомянул также, что Эйтан проводит в городе мероприятия для выпускников колледжа, и мама взяла с меня торжественную клятву, что я не пропущу ни единого. Я побывала на нескольких из них, оказавшихся, честно говоря, просто слегка закамуфлированными вечерами встреч для одиночек. Более того, после этих «счастливых часов» дома меня каждый раз ждал допрос о выполнении задания.

Когда я с ходу не вышла замуж и не забеременела, мама решила взять ситуацию под контроль. И вот однажды после селекторного совещания на работе я проверила свой телефон и обнаружила семнадцать пропущенных звонков и тридцать два сообщения от мамы. Что для нее, кстати, вполне нормально. Обычно в течение дня это число даже несколько увеличивается, что уж там говорить о двадцатиминутном совещании! Я отошла в сторонку позвонить маме, и она ответила после первого же гудка.

– Ты собираешься сегодня на вечеринку для выпускников, которую устраивает раввин?

– Что? Как ты узнала?

– Я нашла в Facebook страницу принстонского раввина. Теперь мы друзья. Эйтан. Он фантастический!

Ох, нет! Это плохо!