Проект «Парадокс» - Каменков-Павлов Сергей - Страница 73

– Что он хочет за информацию? – спросил Голицын.

– Безопасность. Полную. Смену всего, вплоть до отпечатков пальцев и сетчатки глаза.

– Мы же можем это устроить? – с надеждой поинтересовался Голицын.

– В принципе никаких проблем я не вижу, – ответил Михалик. – Наш бюджет это позволит.

– И он может рассказать, что произошло в Пакистане? – спросил Касимский.

– Да. Он расскажет все, что знает.

– Дайте ему все, что он хочет, – отрезал Касимский, – и пришлите полную видеозапись допроса мне сразу по завершении.

С этими словами он отключился.

– Уважаемые коллеги не будут против, если допрос проведу я? – обратился ко всем Голицын.

Возражений ни у кого не нашлось.

Несмотря на то, что Мустафа сидел в своей комнате довольно долго, чашка опустела лишь наполовину. Жадно втянув ноздрями аромат хорошего молотого кофе, Голицын присел на стул напротив оппонента.

– Жалко, что кофе в этом здании предоставляют только военным преступникам! – заявил спецназовец.

– Не совсем понимаю, о чем вы, – мягко ответил ему Акмаль.

– Не придуривайтесь, Мустафа, я все про вас знаю. Вы отвечали за проект «Змея», за арабские страны, мусульман и Индию.

– Допустим…

– И теперь-то я понимаю, кто был виноват в том, что Сирадж съехал с катушек.

– Ну, это уже ваши домыслы. Почему вы не хотите верить в то, что я очистился и решил начать новую жизнь?

– Очистился, ты? – расхохотался Голицын. – Это вряд ли. Если бы ты очистился, ты бы приехал к нам сразу, прямо из Каира, под именем Шарля Дебюсси. Я знаю, почему ты здесь. После февральского запроса Интерпола в Москву о том, что ты жив, узнала каждая собака, в том числе и твой бывший босс. Видимо, они подобрались слишком близко. Я угадал?

– Это неважно, – помрачнел Мустафа, – я предложил вам сделку. У меня есть информация высокой важности, пытать меня бесполезно. Либо вы соглашаетесь, либо убиваете меня, либо отпускаете. В последних двух случаях – остаетесь без информации.

– Мы можем заточить вас в наших подземельях, господин Акмаль, – снова перешел на «вы» Голицын.

– Помилуйте, Арамис, ресурсам вашей организации есть куда более интересное применение.

– Откуда вам известен мой позывной?

– Я наблюдал, как вы распотрошили помещения братства в трех точках земного шара. Только вот до штаб-квартиры не добрались. А я могу помочь вам это сделать.

– Хотите сказать, вам известно, где находится штаб-квартира?

– Конечно, я же был одним из пяти главных офицеров братства. Обезглавьте эту гадину, и она больше никому не навредит.

– Ну что ж, меня уполномочили дать вам то, что вы просите, но я выдвигаю еще два условия.

– Какие?

– Вы раскрываете место нахождения штаб-квартиры и предоставляете имя и изображение главы культа прямо сейчас. А во время подготовки к пластической операции проведете сеанс связи с одним генералом и расскажете ему, возможно ли было предотвратить ядерную войну между Индией и Пакистаном.

– И что я должен буду ему сказать?

– Правду.

– Конечно, невозможно.

– Я так и думал.

– Хорошо. Договорились.

– И еще один вопрос. Вы с легкостью могли от всех ускользнуть, сделать пластическую операцию любой сложности в любой точке планеты. Зачем вы пришли к нам?

– Вы мне все равно не поверите.

– И тем не менее.

– Я искренне сожалею о том, что был частью этого. Вы, наверное, знаете о статуэтке, вы же смотрели файлы из дома в Казани?

– Да.

– Она на самом деле уникальная и действительно обладает сверхъестественным воздействием. Мне пришлось побывать по ту сторону жизни, чтобы избавиться от ее влияния. А к вам я пришел потому, что в ваши спецслужбы они почти не погрузили свои щупальца. Я всей душой хочу, чтобы вы разделались с ними как можно скорее.

– Что ж, – ответил Голицын, поднимаясь, – постараюсь исполнить ваше желание. Так где находится штаб-квартира?

– В Лондоне. Бёдкейдж-уок.

05 мая 2080 г.

Китай, г. Пекин, Штаб-квартира

министерства государственной безопасности КНР

Ху «Паук» Ким сидел в своем кабинете перед темным экраном монитора и слушал кого-то через наушники. Вдруг до него донеслись звуки перебранки, они раздавались все ближе. Ху извинился перед собеседником, вынул из уха наушник, нажал пару клавиш на архаичной, встроенной в стол клавиатуре и поднялся, достав из стола дорогое французское вино из провинции Бордо. В кабинет в сопровождении двух сотрудников МГБ вихрем ворвался генсек ЦК КПК Чоу Чан. Бешено вращая глазами, он направил трясущийся указательный палец на Кима и заявил: «Ты… предатель!» Однако это вовсе не встревожило многоопытного главу разведки. Он жестом приказал своим сотрудникам удалиться. Те, немного помешкав, подчинились. Им совсем не хотелось присутствовать при схватке двух титанов. Быстро достав штопор, Ким открыл бутылку и разлил вино по двум бокалам.

– Ты – предатель! – снова повторил Чоу Чан.

– С чего вы взяли, товарищ генеральный секретарь?

– Теперь у меня есть доказательства! – Чан был крайне взволнован, – ты не только подставил Лю, но еще и саботировал все, что можно.

– И где же ваши доказательства? – иронично спросил Ким, подвинув бокал Чану. Тот бросил взгляд на бутылку и машинально схватил бокал.

– В надежном месте, – нахмурил брови Чан. Его задевало абсолютное спокойствие предателя.

– Это хорошо. А откуда же вы их получили?

– До меня добрался помощник Лю, Вэнь. Изучив его документы, я все понял. Все фрагменты головоломки встали на свои места, – сделав резкий глоток, сообщил Чан.

– Но Вэнь, как и Лю, – предатели, товарищ генеральный секретарь, это было доказано в суде.

– По сфабрикованным тобой уликам. Но ничего, будет общий пересмотр дела, и главный виновник отправится за решетку.

– Уверяю вас, он уже там. Вы зря меня побеспокоили. И зачем вы вообще пришли?

– Я пришел посмотреть в твои змеиные глаза! И я увидел то, что хотел. Я посмотрел в глаза предателя.

– Это все, конечно, очень пафосно, но как вы собираетесь доказать мою виновность? С помощью бумажек от этого безумца Вэня?

– О, смею заверить, у него отличная доказательная база. Конечно, санкционирование многих ваших операций будет стоить мне поста, но я добьюсь правды. К тому же доказательства для меня собрал не только… Вэнь, – Чан пошатнулся и сел в кресло.

– А кто же еще? – ухмыльнулся Ким. – Может, великий кормчий Мао восстал из мертвых и нашептал вам на ушко что-то еще?

– Не Мао, но имя его начинается на эту же букву. Впрочем, не буду долго тебя мучить. Уверен, тебе знакомо имя Мустафа Акмаль! Русские поделились со мной информацией!

Ху Ким был профессионалом высочайшего класса, но даже ему не удалось сдержать удивления. Он был уверен, что Мустафа погиб в Пакистане.

– Ха! – генсек ткнул в Кима пальцем, но от резкого движения ему стало еще хуже, – твои брови поползли вверх. Что и требовалось доказать!

– Странно, почему настоятель ничего мне не сказал… – задумчиво пробормотал Ким.

– Но как, как ты мог опуститься на такое дно?! У тебя было все и даже больше, – продолжал вещать Чоу. – Тебе безоговорочно доверяли мои предшественники, ты был в курсе любой…

Чану не удалось договорить, он схватился за сердце, лицо исказила гримаса боли. Тонкая струйка крови потекла у него изо рта, и через пятнадцать секунд его глаза остекленели. Паук же начал действовать быстро, как будто заранее допускал возможность убийства главы государства в своем кабинете. Отправив бутылку и бокалы в утилизатор, он вызвал двух охранников, которые стояли возле дверей. Те вошли и с изумлением уставились на тело Чоу Чана. Ким сообщил им, что, к сожалению, глава государства не пережил обширный инфаркт.

Затем он сделал короткий звонок премьеру Госсовета КНР, который, по Конституции 2042 года, исполнял обязанности генерального секретаря в случае смерти или недееспособности последнего. Этот премьер давно был «в кармане» у Кима и очень его боялся. Ким сообщил печальную новость, о которой, тем не менее, пригрозил пока молчать. Затем довольно неделикатно намекнул на то, что новый и.о. главы государства должен слушаться его, Кима, во всем. Когда все было сделано, Ху Ким вернулся к компьютеру и вставил в ухо наушник.