Проект «Парадокс» - Каменков-Павлов Сергей - Страница 65

– Ну да, это логично. Власть перейдет к сыну. Может, он боялся, что власть перейдет к сыну?

– Я тебя умоляю, этого боятся все монархи.

– Да, но они боятся этого, потому что боятся смерти. А он уже понял, что умрет, и хотел предостеречь…

– Дай мозгу отдохнуть, Руслан, а то у тебя сейчас череп лопнет.

Руслан хотел съязвить в ответ, но вдруг самолет сильно тряхнуло, и он начал терять высоту. Свет в салоне моргнул и погас, включилось красное аварийное освещение. Все побежали к кабине пилота.

– Что за хрень? – прорычал Стас.

– Сильнейшее электромагнитное возмущение! – ответил пилот. – Отключились все приборы!

– Ударили по нам?

– Не похоже!

– Тогда в чем дело?

– Есть у меня одно предположение, – пилот посмотрел на Голицына застекленевшими глазами.

– А уточнить нельзя?

– По пути сюда у меня отключилась рация, я не мог ничего уточнить еще четыре часа назад, а сейчас и подавно.

– Славно. Мы все умрем? – спросил Голицын будничным тоном.

– Не факт, – сказал пилот, взяв себя в руки, – двигатели работают, а вот управление – нет. Если приборы перезагрузятся до того, как мы врежемся в какую-нибудь гору, все будет хорошо.

– Да тут одни горы! – воскликнул Руслан.

– Не спорю, – утерев рукой пот со лба, ответил человек за штурвалом.

– Ладно, – сказал руководитель группы и вывел всех из кабины, – не будем ему мешать.

Самолет тряхнуло еще раз. Аварийный свет моргнул и погас, салон транспортника погрузился во тьму.

Глава XVIII

«Highway to Hell»[96]

10 октября 2079 г.

Исламский халифат Пакистан, г. Исламабад

05:55

Наследный принц Сирадж не был жаворонком, он даже иногда пропускал салят ас-субх, первый намаз на рассвете. Поэтому, когда в 6 утра его разбудил ряд настойчивых звонков (первые два он проигнорировал, на третий пришлось ответить) от одного из телохранителей отца, он был весьма недоволен и даже агрессивен.

– Что тебе?

– Ваше высочество…

– Шесть утра, ты в своем уме? Что нужно?

– Ваш отец… Ваш отец мертв.

– Что? Что за бред? Почему мне не звонит начальник охраны? Где Мехмет?

– Он… Тоже мертв… Ваше высочество.

Эти новости произвели на Сираджа отрезвляющее воздействие. Он свесил ноги с кровати и помотал головой, чтобы окончательно отогнать сон. Адреналин разлился по его организму. Он бросил мобильник на прикроватный столик и развел руками, чтобы вывести изображение телохранителя на стену. Тот стоял ни жив, ни мертв в каком-то вертепе.

– Теперь докладывай четко, что произошло?

– Два часа назад ваш отец должен был вернуться из поездки.

– Какой еще поездки? – с недоумением спросил Сирадж.

– Мне это неизвестно. О целях поездки мне не докладывали. У меня была лишь инструкция связаться с Мехметом, если они не вернутся к 4 часам утра.

– И?

– Мехмет не ответил, мы сумели отследить его телефон и приехали сюда. Это здание на окраине города. Похоже, здесь был… Ну…

– Рожай быстрее.

– Бордель… Простите, ваше высочество.

– Н-да. Типично. Старик умер, как и хотел, – в обнимку с бабами. Так что произошло?

– Мы пока не знаем. Вся охрана перебита выстрелами в голову, судя по всему, работали профессионалы.

– Выжившие есть?

– Да. Шесть проституток и два евнуха. Говорят, что ничего не помнят.

– Прекра-а-сно. Так, приберитесь там, везите тело отца во дворец. Всех свидетелей – под замок до особого указания. Пока это все.

– Да, ваше высочество.

Экран погас. Сирадж подумал какое-то время, а затем произнес имя своего помощника.

– Ваше высочество? – тот был гладко выбрит, свеж и опрятен. Сирадж ему даже немного позавидовал.

– Привет, Абдулла. Новости слышал?

– Какие новости? – помощник с недоумением посмотрел на принца. До него начало доходить, что просто так в шесть утра ему бы никто не позвонил.

– Отца убили, – сказал Сирадж. У его собеседника округлились глаза.

– Какой ужас, – начал он, – примите мои самые искренние соболез…

– Соболезнования потом, – прервал его Сирадж, одеваясь, – а сейчас нужно действовать. Причем очень быстро.

– Приказывайте, – кивнул Абдулла.

– Первое, организуй мне пресс-конференцию на 10 часов утра. Она должна пройти из дворца и транслироваться по всем каналам без исключения.

– Так, – начал записывать Абдулла.

– Второе. Прямо сейчас лучшие журналисты должны поднять свои жирные задницы из кроватей и к 10:30 слепить сюжет о происках индусов. Материалов у них навалом. Пусть отрабатывают свои деньги. Главный посыл – отца убили индусы. Нет, не к 10:30. К 9:45 – этот ролик должен пройти до моей пресс-конференции.

– Записал.

– До этого, в 08:00, нужно собрать экстренное совещание в бункере под дворцом. Бункер подготовить к длительному проживанию. Подвезти свежие припасы и проверить все системы жизнеобеспечения, в особенности реактор, систему очистки воды, систему фильтрации воздуха.

– Ваше высочество, вы серьезно? – заморгал Абдулла. Впервые за все время общения с принцем он выглядел растерянным.

– А, что, похоже, что я шучу? – заорал Сирадж. – Я исключительно серьезен!

– Я могу направить супругу и детей во дворец? – облизав пересохшие губы, спросил Абдулла.

– Можешь, – милостиво разрешил Сирадж, – к окончанию моей пресс-конференции бункер должен быть полностью готов. Это и в твоих интересах.

– Понял, ваше высочество. Как мне распределить людей в бункере?

– На твое усмотрение. Всего там 500 мест. Я, мое окружение и мой гарем – 200 мест, военная элита с семьями – еще около ста. Остальных зови сам. Предпочтительно молодых и бездетных. Список жен, которых я собираюсь взять, пришлю позже.

– Да, ваше высочество.

– Выполняй. Ашраф Хану можешь не звонить, я свяжусь с ним сам.

– Да, ваше высочество.

Экран снова погас. Сирадж назвал имя Ашраф Хана, главнокомандующего вооруженными силами, дяди Сираджа. Ашраф Хан ненавидел Индию всей душой и всегда симпатизировал племяннику, упрекая его, однако же, в излишней умеренности по отношению к главному геополитическому противнику. Ашраф долго не отвечал, однако Сирадж был настойчив.

– Ас-саляму-алейкум, юный принц, – наконец раздался голос генерала, – чем могу быть полезен в такую рань?

– Индусы убили моего отца, – кротко сказал Сирадж.

– Что-о? – проревел Ашраф. – Как?

– Подробности потом, дядя Ашраф, главное – вот что. Ты всегда говорил мне о вероломстве этих ублюдков, а я тебе не верил. Но ты был прав, как всегда. Я принял решение. Сегодня мы нанесем удар возмездия.

– Но, Сирадж, я…

– Никаких «но», дядя Ашраф. Ты либо со мной, либо против меня, – глаза принца блестели, – ответь мне, ты со мной?

– Я всегда с тобой и…

– В таком случае слушай мой приказ. Сегодня в 8 утра в бункере под дворцом собери совещание командования вооруженных сил. Там должны быть наши лучшие командиры. С семьями, – эти слова Сирадж подчеркнул особо. Генерал осоловело смотрел на своего племянника. Похоже, он не полностью верил в происходящее. Наконец, он смог выжать из себя вопрос.

– Сколько сейчас времени?

– Сейчас десять минут седьмого. У тебя меньше двух часов.

– Но…

– Ты должен распределить максимум 120 мест в бункере, включая всех членов семей. Ясно? У тебя два часа, дядя. Это решенный вопрос. Не подведи меня.

Не дожидаясь ответа, Сирадж отключился. У него не было никаких сомнений в том, что Ашраф Хан выполнит приказ. Во-первых, ненависть к индусам была слишком велика, во-вторых, главнокомандующим халифата в связи со смертью халифа являлся именно наследный принц, а значит, приказы генералов без его санкции не имели силы. Ну а в-третьих, раз уж все было решено, лучше иметь место в бункере, чем его не иметь.

Помедлив еще несколько мгновений, Сирадж приказал видеофону перейти на режим максимального шифрования и назвал третье имя. Вильям Икс.