Проект «Парадокс» - Каменков-Павлов Сергей - Страница 44

– Распознавание лиц невозможно. Бейджи отсутствуют. Назовите себя и цель вашего визита.

– Это еще что такое? – подпрыгнул Руслан.

– Система «умный дом», – съязвил Голицын.

– Наша цель – встреча с Дугласом Эйвери, – нашелся Артем.

– Доктор Эйвери в своем кабинете, но в его графике нет записи о встрече с вами.

– Я думаю, что в его графике вообще нет каких-либо пометок ближайшие недели две, – вступил в диалог Артем.

– Я не уполномочен разглашать подобную информацию, – ответил динамик в стене.

– Часть сотрудников исчезла, техобслуживание не производится. Если сложить два и два, можно прийти к определенному выводу.

– Да. Два плюс два равняется четырем. Как это относится к делу? – безапелляционно заявил динамик.

– Туповатый здесь «умный дом», – пробормотал Артем.

– Или кто-то выбирает туповатые аллегории, – сказал ему Голицын, затем обратился к динамику, – компьютер, анализ обстановки.

– Я не уполномочен принимать от вас приказы. Еще одна подобная выходка, и я обращаюсь в полицию, – отшил его динамик.

– Валяй, – согласился Голицын, – а пока полиция едет, прошу ответить на простой информационный запрос.

– Вызов в местное отделение полиции поступил. Если вы останетесь на месте, я готов ответить на ваши вопросы. В том случае если они содержат общедоступную информацию и не противоречат моим директивам.

– Отлично. В случае красного уровня угрозы, установленного правительством Австралии, кому ты подчиняешься?

– Продолжаю подчиняться руководству компании.

– Если руководство не дожило до наших дней или находится неизвестно где?

– Перехожу под юрисдикцию правительства Австралии.

– Если правительство прекратило свое существование?

– Перехожу под юрисдикцию местного полицейского ведомства.

– А если и с ними что-то случилось?

– На этот счет у меня нет директив.

– Хорошо, местная полиция обязана содействовать Интерполу, это предусмотрено межправительственными соглашениями и актами генеральной ассамблеи.

– Я знаю об этом.

– Таким образом, если мы получим официальное подтверждение наших полномочий от Интерпола, ты будешь нам содействовать?

– Я продолжаю подчиняться руководству компании. Доктор Эйвери находится в своем кабинете.

– И сколько он уже там находится?

– Я не уполномочен разглашать подобную информацию.

– Я не прошу тебя разглашать эту информацию. Проанализируй, сколько времени он находится без движения, воды и еды, состав воздуха, данные о температуре и сделай вывод.

– Доктор Эйвери не находится без движения. Заявленных вами датчиков у меня нет. Оснований предполагать, что с доктором Эйвери что-то случилось, у меня нет.

– Да, «умный дом» здесь действительно туповатый, – сдался Голицын.

– Оставайтесь на месте, полиция уже едет.

– Ты не получил от них подтверждения, железный идиот, потому что они все мертвы, – крикнул Руслан.

– Я блокирую все проходы. Ждите прибытия полиции.

– Как говорил великий Саймак, настал тот день, когда мы перехитрили сами себя, – выругался Стас.

– Что, сервопривод заело? – усмехнулся Артем, глядя, как электронный мозг пытается закрыть несуществующую дверь, разрушенную грузовиком. От двери остался только индикатор, мигающий красным и небольшая железная переборка, которая продвинулась на два сантиметра и застряла в каменном крошеве.

– Ладно, хватит терять время, – сказал Голицын и повел отряд вперед. Двух автоматонов пристрелили по дороге к лестнице, еще трех – на самой лестнице. Несколько раз попадались крысы, но они не могли прокусить укрепленные берцы отряда и безжалостно давились этими же берцами. Когда «умный дом» зафиксировал наличие у отряда оружия, он врубил сирену. Этим его возможности, к счастью для отряда, исчерпывались.

Доктора Эйвери нашли быстро – он основательно трансформировался и очень неприятно пах. Упокоив его выстрелом в голову, Голицын обыскал труп и нашел карточку доступа. Дальнейшее было делом техники – сервер со всей информацией нашли быстро, вставили в него считывающий прибор и стали ждать. Однако без неприятного сюрприза не обошлось: кто-то стер всю информацию о вирусе, скорее всего, сам Эйвери заметал следы. Пришлось выкорчевывать жесткие диски в надежде на то, что сотрудники норвежской лаборатории смогут считать удаленные данные. Этот факт сильно подпортил настроение команде, однако поделать ничего было нельзя. Погрузившись в КамАЗ, они отправились к точке, где их подобрал самолет, направляющийся к мысу Шпицберген.

Глава XII

Novus ordo seclorum[75]

01 октября 2078 г.

США, г. Вашингтон, Белый дом

– Можем начинать, госпожа президент.

– Спасибо, Том. Добрый день, уважаемые дамы и господа! Я рада вас здесь видеть. Наша небольшая пресс-конференция будет посвящена очень важному вопросу.

Журналисты ведущих изданий, которых пригласили прямо в овальный кабинет, взяли диктофоны на изготовку. Никто не сообщил им, чему будет посвящена эта встреча. В пресс-релизе Белого дома было пространно указано – «социальные вопросы». Однако, учитывая само место встречи и тот факт, что приглашения получили всего сорок пять журналистов, указывали на то, что пресс-конференция будет посвящена крайне важным вопросам. А также на то, что ее нужно будет правильно осветить, иначе в следующий раз в число сорока пяти можно и не войти…

– Я занимаю этот пост уже довольно длительное время, – начала мысль Сандра, – и все свои свободные часы я посвящаю тому, чтобы придумать, как еще я могу улучшить жизнь простых американцев. Тех американцев, которые честно платят налоги и хотят лучшего будущего для своих детей! В последнее время я занималась анализом бюджета на ближайшие пять лет, который был недавно принят Сенатом. И знаете, что я обнаружила? По сравнению с предыдущей пятилеткой уровень расходов на образование и здравоохранение упал на пятнадцать процентов. А как вы думаете, где уровень расходов возрос?

Все молчали. Журналисты президентского пула считали, что это риторический вопрос, потому что ответ был очевиден. Но Сандра сделала ободряющий знак рукой и кивнула слушателям.

– Министерство обороны.

– Военные расходы.

– Оборонная промышленность, – раздались нестройные голоса.

– Совершенно верно! – улыбаясь, ответила Сандра. – Как вам известно, средний годовой военный бюджет на ближайшие пять лет, начиная с 2079 года, составляет около одного триллиона долларов США. Большая часть этих денег действительно идет на нужные проекты, как, например, модернизация флота и разработка истребителей восьмого поколения. Но есть один проект, наследие эпох Рейгана и Халксона[76]… В бюджете он не идет отдельной строкой, он смешан со статьей расходов под названием «разведывательные операции» и отнимает у нашей страны около 9 % военного бюджета. То есть, уважаемые дамы и господа, девяносто миллиардов долларов. Ежегодно.

Делавер сделала паузу и с удовольствием наблюдала за тем, как журналисты лихорадочно соображают, о чем идет речь. Она дала им достаточно подсказок. Наконец, у одного из них раскрылся рот и прояснился взгляд. Дрожащей рукой он направил диктофон в сторону Делавер и спросил:

– Вы… говорите о проекте SDI?

– Браво, Джек! – захлопала в ладоши Сандра. Она хорошо подготовилась к встрече и знала по имени всех журналистов.

Тут зал взорвался. У каждого появилось множество вопросов, и все хотели получить ответы немедленно. Томасу пришлось вмешаться и привести разгоряченных журналистов в чувство. Право первого вопроса перешло к Джеку как к самому догадливому.

– Госпожа Делавер, почему вы решили обнародовать данные о секретном проекте?

– О, Джек, все очень просто. Во-первых, его секретность сильно преувеличена, многие о нем знают уже давно. Я лишь подтверждаю всем известные факты. А во-вторых, необходимость в этой секретности совершенно отпала. Любому здравомыслящему человеку ясно, что ядерная война сейчас невозможна.