Человек. Книга. История. Московская печать XVII века - Поздеева Ирина - Страница 39

Второго издания также оказалось недостаточно, сразу было отпечатано третье – самое «многотиражное». В книжке изложены цели Русско-турецкой войны в виде присущих форме ектении прошений. Молящиеся просят Господа: помочь русскому «христоименитому воинству» освободить «под игом… сущих… христиан»; «милостиво и скоро освободити их»; искоренить «злочестивое безбожие»; ниспровергнуть «царства и власти [нечестивых]». В молебне Господа просят даровать русскому воинству «победителну силу, крепость и мужество с храбростию»; а «агарян сердца исполнити» «студа и безчестия… страха и ужаса». Невозможно двойственное понимание следующих прошений: ниспровергнуть «богомерзкое царство и власть», очистить «землю людей своих» и передать «царство и власть верным царем». Историческая конкретика, заинтересованность каждого в исполнении молитвенного прошения и вся обстановка храма должны были многократно усиливать воздействие на присутствующих богослужения, призывающего отдать служению Господу, Церкви и России все человеческие силы.

Политическими и полемическими причинами можно объяснить появление самостоятельных изданий Канона и Службы явлению Тихвинской иконы Богоматери[233], упомянутые службы Алексию, человеку Божию и Алексию митрополиту (одно и шесть изданий), Иоанну Воину (одно издание, один тираж), Трех чинов присяг (два издания, два тиража). Все они призваны прославить Господа и снискать его милость к «Богом избранному» и «Богом превознесенному» царю путем молитвы к его небесным заступникам, молитв о даровании ему победы и призвать Господа как гаранта верной службы царю. Полное название книги – «Чиновник, како подобает приимати и уверяти обещавшагося служити государю царю всею правдою», краткое – книга «крестоприводная».

Титульный лист. Евангелие учительное воскресное. М.: Печ. двор, январь 1697 г. (Я. II, 768). Начало закладной записи 1699 г. думного дворянина Евстигнея Башмакова

Важным событием в истории московской печати стало издание певческих книг, потребовавшее сложной подготовительной работы с точки зрения и необходимых материалов, и грамотных кадров[234], которых собирали в Москву со всей России. Так, в 1671 г. кормовые деньги получают: «правонаречного пения» справщик Чудова монастыря старец Александр Печерский, известный под именем Александр Мезенец, дьякон Кондрат из города Ярославля, патриарший певчий Федор Константинов, «Вологжанин» Григорий Нос, «усолец» Фадей Никитин. Новые формы и пуансоны делал и «певчую азбуку» лил словолитец Иван Андреев; набирал и «досматривал» текст наборщик Иван Варфоломеев.

Из документов архива известно, что во второй половине века было издано 35 названий литургических книг, 170 изданий (если считать Минею на год в 12 книгах за одно издание – «Минею годовую», как во второй половине XVII в. было принято на Печатном дворе) в 247 тиражах (в этом случае указываются издания всех 12 миней), что составляет 293 650 экземпляров (пять изданий богослужебных книг составили всего 360 экземпляров; остальные выходили стандартными тиражами).

Издания нового типа, необходимые для личной, семейной молитвы людям, не имеющим возможности пойти в храм, как правило, выходили увеличенными тиражами. Например, в делах архива сохранился текст докладной выписки патриарху Адриану от 4 сентября 1693 г. о напечатании 3600 экземпляров Молитв на сон грядущим и утренних «по пяти тетрадей в молитве». Было приказано «отдавать в мир» одну книжечку Молитв ценою в один алтын[235]. В 1686 г. вышло второе издание Пасхальных канонов тиражом в 4800 экземпляров, продававшееся за шесть денег, как говорится в документе[236], то есть за один алтын.

Во второй половине XVII в. начинается процесс перераспределения рукописных и старопечатных книг, изданных до церковных реформ (как они были названы и сегодня определяются), – или «дониконовских». Постепенно древние книги переходят в рук сторонников «старой веры», вместе с ними уходят на «украины» России – в Северные земли, Сибирь и за рубежи государства. Достаточно вспомнить библиотеку Выго-Лексинской поморской киновии, составленную в конце XVII–XVIII в. Этот процесс был значительно ускорен требованиями Церкви совершать богослужение только по новоисправленным книгам. Чтобы купить новые издания, церкви и монастыри продают старые книги. В XVIII в. по всем епархиям проводится обследование церковных и монастырских библиотек и книги, «с новоизданными не схожие», изымаются. Десятки тысяч древних книг были аккумулированы и сохранены в семьях верующих старообрядцев, которые всегда славились особой грамотностью и любовью к книгам. Эти традиции сохранились и в XX в., хотя гонения на веру 20–60 гг. нанесли самый большой урон старообрядческим фондам древней книжности. И все же именно сторонникам «старой веры» мы обязаны спасением большей части нашего книжного наследия, достаточно вспомнить знаменитые имена прошлого, в том числе и совсем недалекого: И.И.Егоров, М. И.Чуванов, И.Н.Заволоко и др. – их знаменитые книжные коллекции уже в XX в. пополнили государственные фонды России.

а

б

в

Библия. М.: Печ. двор, 12 декабря 1663 г. (Музей Библии Иосифо-Волоколамского монастыря): а — фронтиспис издания; б — план Москвы; в — гравюра с изображением царя Давида и начало текста Псалтыри

Пока нам известно, что сохранилась только одна епархиальная библиотека, в которую поступали все изъятые книги, – это библиотека Ростово-Ярославской епархии. Сколько и какие книги изымались и, как правило, уходили в старообрядческие общины или погибли, можно увидеть на примере сохранившихся после изъятия из церквей книг именно этой епархии[237]. Этот процесс активно продолжался и в XIX в., когда стараниями старообрядцев-купцов и промышленников были созданы российские музейные фонды.

Новый подход к задачам издания книг для богослужения, ориентация на семью и верующего человека особенно видны в издании литературы, которую можно было бы определить как справочные книги, помогающие при совершении уставного богослужения. К этому виду изданий относятся «Часы на кругах», которые были известны только по архивным данным: об издании 1663 г. говорится, что в марте 1663 г. «нововведенного» заводу мелкие печати наборщик «старец Иона» взял бумагу «к Часам, что в кругах». Здесь же приводится и более точное название «Указные часы на листах», которое полнее раскрывает функцию и задачи нового типа издания как справочного пособия для организации богослужения в церкви соответственно Уставу и изменениям длительности дня и ночи, поскольку от этого зависело во всех широтах, кроме близких к экватору, время начала уставного богослужения каждого дня. Наборщик взял бумагу на «три клади», т. е. на три стандартных тиража по 1200 экземпляров. 3 июня 1663 г. «от Часов старцу и смотровым людям за дело и от чищение азбуки заплатили 94 рубля 24 алтына 4 денги» медными деньгами[238].

Единственный экземпляр этого издания найден О. Р. Хромовым и издан им совместно с Р. А. Симоновым[239]. В самом экземпляре дата выхода – 15 марта 1663 г. В 1668 г. на Печатном дворе было 2276 листов «Часов», поэтому, возможно, между 1663 и 1668 гг. было еще одно издание «Часов на кругах». В указанной статье Симонова и Хромова функция издания сведена к настройке башенных часов, а само издание рассматривается как «естественнонаучное». Известно, что 4800 листов «Часов на кругах» вышли также в марте 1687 г. В материалах архива сообщается, что наборщик Андрей Федоров «того часового дела образец изделал вновь». Себестоимость каждого листа была 2 деньги, а указная цена 5 апреля 1687 г. назначена в 4 деньги.