Смертельный вояж - Майдуков Сергей - Страница 8

Эти мысли, не вполне оформившиеся и довольно бессвязные, вихрем пронеслись в Ритиной голове, и, как бы давая понять Всевышнему, что не окажется неблагодарной, она повторила:

— Помоги, Господи, помоги!

Женщина равнодушно взглянула на нее, не переставая орудовать скребком. Она явно не верила в молитвы. Бог был сам по себе, а она сама по себе — в нескольких метрах от клеток, набитых грациозными хищниками. Когда-то она тоже пробовала молиться. Теперь просто работала и старалась ни о чем не думать. Так было проще жить. Если, конечно, считать это жизнью.

Глава 4

В последнее время Володя часто заскакивал на обед к матери. Ему, избалованному женской заботой, приходилось без жены несладко. И вообще, в одиночестве сложнее переживать беду. А беда случилась. Жена Володи, Рита, исчезла несколько месяцев назад, отчего жизнь его стала пустой и тоскливой. К тому же еще недавно успешный бизнес лопнул, как мыльный пузырь. Преуспевающий бизнесмен Владимир Соколов превратился в банкрота. Одним словом, все пошло прахом. Нынешнему Володе Соколову даже не хотелось смотреть на свое отражение в зеркале, так он был противен себе. Сегодня он, как обычно, не находил места в пустой квартире, поэтому, не закончив уборку, поехал к матери.

На деревянном столе в большой эмалированной миске исходили паром блестящие от масла пельмени. Рядом стояли тарелка с нарезанными солеными огурчиками и густой томатный сок в графине.

Мать, Раиса Захаровна, сдержанно улыбаясь, наблюдала, с какой жадностью сын уминает угощение. Подбородок она подперла ладонью, потому что в телесериалах многоопытные женщины именно так смотрели на своих обедающих мужей и сыновей. Раиса Захаровна с удовлетворением отметила, что, несмотря на душевный упадок, аппетит у Володи не пострадал. Один за другим он накалывал пельмени на вилку и, макнув в блюдце с уксусом, отправлял в рот. Его челюсти работали так быстро, что, казалось, пельмени сами собой исчезают с тарелки.

— Володя, — с укоризной сказала мать, — не спеши. Что ты, как гусь, глотаешь? Это вредно для желудка.

— Ну и пусть, — ответил он с набитым ртом. — Пусть болит желудок, чтобы не думать об остальном.

— Володенька, так нельзя. Не будет здоровья, не будет ничего.

— Знаю, знаю… — Володя хлебнул из стакана томатного сока. — Здоровье ни за какие деньги не купишь. — Он отодвинул тарелку с парочкой пельменей. — Спасибо, мамуля. Как всегда, очень вкусно.

— На здоровье. — Раиса Захаровна встала из-за стола и налила в чайник воду. — Я новый чай купила, фруктовый, и заварные пирожные, твои любимые. Свеженькие — пальчики оближешь. Сейчас пробовать будем.

Наблюдая за перемещениями матери по кухне, Володя отметил про себя, что она, несмотря на почти шестидесятилетний возраст, прекрасно выглядит. Ее осанке могли бы позавидовать многие молодые девушки. Недаром она в прошлом была вполне успешной балериной, а позже стала преподавать хореографию в элитной школе для девочек. Отца Володя лишился пять лет назад. Но его библиотека осталась в том же виде, как и при жизни. Доктор наук, академик, автор десятков книг, учебников и монографий, он даже после смерти сумел заставить уважать себя. При жизни академик Соколов был довольно резким и своенравным человеком, ужиться с которым стоило больших усилий. Володя всегда удивлялся, как это удавалось матери, обладавшей тоже не самым простым и мягким характером. Как бы то ни было, но он с малых лет гордился своими родителями — успешными и состоятельными. Ни у кого из его друзей детства не было такой хорошо и со вкусом обставленной квартиры, как и такого количества импортных вещей.

Володя привык жить с наслаждением. С помощью родительского капитала он открыл фирму по продаже стульев. Дела шли успешно, и через несколько лет он стал владельцем небольшой частной фабрики по производству тех же стульев. Все шло хорошо и гладко: прибыльный бизнес, красивая жена, большой теплый дом. И казалось Володе, что эту стабильность ничто не сможет пошатнуть. Но он ошибся. У фирмы появились конкуренты, предлагавшие более широкий ассортимент мебели. Цены там были настолько заманчивые, что люди не думая покупали их стулья, закрывая глаза на явно китайское происхождение товара. Конкуренты стремительно укрепляли свои позиции на рынке, переманивая Володиных клиентов одного за другим, а доходы его фирмы неумолимо снижались, пока не превратились в убытки. Володе хотелось верить, что это временное положение дел, что рано или поздно покупатели увидят, какое плохое качество продукта у его конкурента, но ситуация только ухудшалась. Маленькая личная империя, которую он создавал много лет, рушилась на глазах. Чтобы удержаться на плаву, Володе нужны были деньги. Он их раздобыл. И сейчас, наблюдая за матерью, думал над тем, чего это ему стоило.

Раиса Захаровна залила заварку кипятком, достала коробку пирожных из холодильника и снова устроилась напротив сына.

— Подай блюдца, пожалуйста. — Жестом императрицы из исторического сериала она указала рукой на шкафчик над Володиной головой. — И салфетки. Они на подоконнике у тебя за спиной.

Поднявшись, Володя достал посуду и положил салфетки на стол.

— О чем ты думаешь? — спросила Раиса Захаровна. — Я вижу, тебя что-то гложет.

— Ты же знаешь, что Рита уже несколько месяцев не дает о себе знать.

Володя проглотил кусок пирожного и собрал указательным пальцем крем, выпавший на блюдце.

— Сбежала твоя Рита. — Мать хмыкнула. — Узнала, что ты банкрот, и нашла другого лоха.

— Мама! — Володя положил недоеденное пирожное и принялся оттирать руки салфеткой. — Ну зачем ты так? Вы с самого начала не ладили, но как ты можешь говорить такое, когда очевидно, что Рита пропала? — С грохотом отодвинув стул, он встал из-за стола. — Пойду, пожалуй. Спасибо за угощение.

— Володенька! — Раиса Захаровна вспорхнула со стула и обняла сына. — Не уходи, пожалуйста. Прости меня, я не права. Давай не будем ссориться в такое сложное время, хорошо?

Вздохнув, Володя неохотно вернулся на место. Раиса Захаровна торопливо наполнила чашки ароматным красным чаем.

— Какая прелесть! — воскликнула она. — А как пахнет!

Володя наклонился к чашке и вдохнул душистый пар.

— Знаешь, мам… — Он задумчиво пожевал губами. — Я решил обратиться к Глебу. Думаю, он поможет найти Риту.

Раиса Захаровна недоуменно вскинула брови.

— К какому еще Глебу?

— К тому самому. — Володя многозначительно посмотрел на мать. — К Жеглову.

— Господи! — Раиса Захаровна театрально схватилась за голову. — Только этого не хватало! Мало у тебя проблем, давай еще новых поищи.

— Ты не права. — Володя шумно отхлебнул чай. — Это, пожалуй, единственный человек, который сможет мне помочь.

— Откуда такая уверенность?

— Во-первых, он бывший десантник. — Володя загнул палец, перепачканный сахарной глазурью. — Во-вторых, что важно, он любил Риту. И не исключено, что любит до сих пор.

— Если хочешь знать мое мнение, то Глеб — это типичный неудачник. И без тебя он оказался никем. — Раиса Захаровна поправила прическу и еще больше выпрямила и без того ровную спину. — Кто ему доставал импортные шмотки? Кто дарил дорогие подарки? Кто, в конце концов, помогал ему учиться? Все ты, Володенька.

— Не выдумывай. — Володя долил чаю себе и ей. — Он мне тоже немало помогал. И, по правде говоря, Рита у меня появилась благодаря ему. — Он развел руки в стороны, словно предлагая рассмотреть себя хорошенько. — Без Глеба на меня ни одна девчонка не клюнула бы.

— Ой, не смеши! На него, без роду без племени, бабы бросались? А ты, сын доктора наук, — Раиса Захаровна торжественно подняла указательный палец, — сын самого академика Соколова, был тенью какого-то хулиганистого оборванца? — Ее голос дрогнул, на глаза навернулись слезы. — Ты тогда еще жизни не знал и принимал за чистую монету все, что тебе Глеб вдалбливал: мол, без него у тебя и девушки быть не может.

— Я понял, что сегодня у нас разговора не получится. — Володя встал из-за стола. — Еще раз спасибо за угощение. Во, сыт по горло! — Проведя по горлу ребром ладони, он направился к двери.