Гавань моего сердца - Матир Анна - Страница 67

— По единодушному решению совет попечителей Рэйстоунского дома предлагает эту должность вам, учитывая рекомендации мисс Силсби.

У Миранды отвисла челюсть. Она прижала руку ко рту. По ее щекам струились слезы — не то радости, не то печали.

Я присела рядом с ней, чувствуя, что мои собственные эмоции тоже вот-вот хлынут на поверхность, и взяла ее за руку.

— Поверь, ты заслуживаешь этого. Просто мне — и попечительскому совету — понадобилось чуть больше времени, чтобы это понять.

Миранда пыталась что-то сказать, но рыдания заглушили ее слова. Я вытащила из сумочки носовой платок и протянула его ей. Через несколько мгновений платок лежал у нее на коленях. Миранда сделала глубокий вдох и с трудом сглотнула.

— Это правда? — спросила она у мистера Райли.

— Правда, мисс Дженнингс. А сейчас, леди, прошу извинить меня, я вынужден откланяться — жена заждалась меня дома.

— Конечно, конечно!

Я вскочила с дивана и проводила его до дверей. Миранда за это время пришла в себя и справилась со своими эмоциями.

Когда я вернулась в гостиную, она обратилась ко мне спокойным голосом:

— Почему, Сэди. Почему ты это сделала?

Я присела рядом с человеком, который из злейшего врага превратился в моего близкого друга.

— Потому что ты гораздо больше подходишь на эту роль, чем я, Миранда. Не то чтобы я совсем не могу справиться со своими обязанностями; просто я ненавижу эту работу. Она слишком затягивает меня; с тобой же этого не происходит. Мне приходится жертвовать отношениями, детьми… и всем остальным. — Я опустила голову, чувствуя, что краснею. — Сможешь ли ты простить меня за надменное отношение к тебе?

— О Сэди. — Она стиснула мою ладонь. — Ты стала первым человеком, который разглядел во мне больше, чем просто необразованную уборщицу.

— Благодарю тебя за то, что согласилась занять эту должность. Ты блестяще с ней справишься.

— Но как же ты? Что будет с тобой?

Я пожала плечами. Этого я сама еще не знала. Единственное, в чем я была уверена, — это что мне нужно посвятить время Картеру. Он отправился в исправительное учреждение не навсегда. Время летит быстро, и я не собиралась оставлять его одного. Да, мне нужно найти новую работу и жилье. Но какой бы работой ни обеспечил меня Господь, я знала, что так или иначе буду трудиться на благо детей, ибо они были моей страстью и моим призванием.

— Пока не знаю. Могу лишь сказать, что здесь я работать не буду. Я хочу, чтобы ты свободно выполняла свои обязанности. Когда-то Хейзел ушла, предоставив мне такую же возможность. И я буду спокойна, зная, что эти дети и этот дом находятся в надежных, любящих руках.

Миранда покачала головой, все еще не веря своим ушам.

— А что скажет утром миссис Фор?

Я громко рассмеялась. Если я хорошо знала миссис Фор, то завтра утром она скажет очень много. И не остановится, пока мы не выслушаем ее до конца.

Миссис Фор одновременно оплакивала мой уход и радовалась неожиданному повороту судьбы, обернувшемуся удачей для Миранды. Скоро обо всем узнают и дети. И, хотя я надеялась, что они будут скучать по мисс Сэди, я все же предположила, что эта печаль быстро развеется благодаря восторгу по поводу приближающихся летних каникул.

Миранда метнулась к двери, чтобы сопроводить детей. Ее лицо сияло — его озаряла радость от новой жизненной цели. Я завидовала ее восторгу. Но не должности.

— А ты рассказала Блэйну о том, что произошло? — Миссис Фор говорила тихо, словно опасаясь, что нас подслушают, хотя в доме больше никого не было.

Я с трудом сглотнула.

— Думаю, скоро он обо всем узнает. Слухи распространяются довольно быстро.

— Разве он не заслужил услышать это от тебя?

Я покачала головой, хотя миссис Фор была занята у плиты и не могла меня видеть.

— После нашей последней… ссоры — из-за счета, который Блэйн выставил за свои продукты, — думаю, будет лучше, если…

— Это не его продукты, если я правильно все поняла, — обернулась ко мне миссис Фор.

Мое тело охватила дрожь.

— Что вы имеете в виду?

Но умом я понимала, что речь может идти только об одном.

— Недавно в свой выходной я посетила кружок шитья… Там говорили, что Блэйн продал свою ферму. Кажется, он избавился от нее так же быстро, как и приобрел. — Миссис Фор покачала головой. — Интересно, что заставило его пойти на этот шаг? Его, такого счастливого, такого гордого тем, что он владеет этой землей.

— Он уезжает?!

Эти слова вылетели быстрее, чем я сообразила, что говорю. Мое сердце падало в бездну, как камень на морское дно. Это было единственным объяснением. Блэйн решил, что двери Рэйстоунского дома закроются навсегда. После этого у него здесь ничего не останется. Только женщина, которая отвергла его, и брат, который его предал. Кто вправе его упрекнуть?

Если бы только мы с Блэйном могли поговорить… Я могла бы убедить его в том, что это не выход, не ответ на все вопросы. В нем нуждался Картер. И Дом.

И я тоже в нем нуждалась.

В конце концов, свет не сошелся клином на этой ферме; Блэйн мог найти другую работу, купить другую землю. Важно было одно — чтобы он остался.

В моей памяти всплывало множество образов из прошлого; счет, выписанный чужой рукой; продукты с проданного участка земли.

— Я говорю о ценах, — пояснила миссис Фор. — Если ферма принадлежит не Блэйну, то и цены поднял не он.

Я в ужасе прикрыла рот рукой, сдерживая рыдания, рвущиеся наружу.

Блэйн пожертвовал своей землей. Как я могла обвинять его в предательстве?

ГЛАВА 46

Я схватила сумочку и, спотыкаясь, бросилась к двери, пробормотав бессвязные объяснения. Возможно, Блэйн никогда меня не простит, но я должна попытаться исправить ситуацию, пока он не исчез из моей жизни навсегда.

Я доехала на троллейбусе до окраины города. Затем прошлась по длинной пыльной дороге, ведущей к ферме Блэйна, молясь о том, чтобы выяснилось, что миссис Фор просто ослышалась. Хотя умом я понимала — ошибки быть не могло.

Но почему Блэйн продал ферму? Может быть, он не вносил положенные платежи и поэтому у него отобрали имущество? Я все еще с трудом верила в то, что он смог оставить в беде брата, о котором так нежно заботился все свое детство и юность. Но, однако же, люди меняются.

И я изменилась.

Когда мои ноги ступили на протоптанную тропинку, ведущую ко входу в дом, мне пришло в голову, что двери может открыть незнакомец. Несколько дней назад Блэйн привозил нам продукты, но разве это означало, что он остался здесь после того, как ферма перестала ему принадлежать?

Я на цыпочках подкралась к деревянному крыльцу и постучала в опрятную зеленую дверь. Никто не ответил. Я обошла дом, направляясь к кухне, дверь которой выходила на задний двор. Эта дверь легко подалась под моей рукой и отворилась.

— Здравствуйте. Здесь есть кто-нибудь?

Тишина. Я вошла внутрь, любуясь аккуратными резными шкафчиками, висевшими на стенах. Это работа Блэйна. Она была знакома мне по подаркам, которые он мне дарил, когда мы были детьми. Давным-давно он научился столярному делу у приемного отца.

Но когда Блэйн успел изготовить все это? Ведь он грудился от рассвета до заката, не покладая рук. Я провела ладонью по сложному узору — виноградная лоза и листья, — украшавшему дверцы шкафа. Настоящее искусство.

Сделал ли Блэйн это для меня? У меня подкосились ноги. Мало того, что я отвергла его подарок, я еще и дала ему повод уйти. Поступила с ним, как Картер. Повернуть бы время вспять, изменить бы все! Теперь я видела себя и свою жизнь совсем иначе, чем несколько месяцев назад. Обессилев, я присела в прочное кресло, стоявшее за круглым столом.

На крыльце послышались шаги. Мое сердце подпрыгнуло и едва не выскочило из груди. О чем я думала, войдя в чужой дом и усевшись в кресло?

Двери распахнулись. Вошел Блэйн и остановился на пороге. Он был изумлен, увидев меня.