Байки из ада (сборник) - Анин Аркадий - Страница 42

Глава VI

Тайная вечеря

Предательски зажатая между каменными створками двух набережных Москва река казалась единственным живым организмом еще сопротивлявшимся беспощадному солнечному зною в этом каменном мире. Путь к устью реки преграждала дорога с монотонно двигающимися и мерзко клаксонящими друг на друга автомобилями.

Нарушать правила и пересекать в этом месте дорогу Иван не решился. Уж больно хотелось дожить до семи, и узнать, что заставило Фрэнка назначить ему встречу таким конспиративным способом. Пришлось воспользоваться переходом в пятидесяти метрах правее от него. К тому же в месте перехода он заметил навалившиеся на стену набережной одиноко стоящие силуэты рыбака и его удочки. Зрелище, надо сказать, совершенно нетипичное для центра Москвы при такой жаре. Любопытство потянуло его к рыбаку. Иван подошел, и так же облокотился на стенку рядом с ним. Тот не обратил внимания. Это был совершенно худой, почти тощий мужчина с обветренным морщинистым лицом, в рыбацкой накидке с капюшоном и резиновых сапогах. Облик рыбака был столь же неестественен в этой жаре, сколь сама аномальная жара была неестественна в мягком Московском климате. Похоже, что рыбалка была одним из его способов добывать себе еду.

– Привет! – поздоровался Иван.

– Здравствуйте! – уж чересчур интеллигентно для своей наружности поздоровался рыбак. – У вас сигареты не найдется?

Иван достал из пачки сигарету.

– Угощайтесь.

Рыбак жадно затянулся предложенной сигаретой, зажмурившись, медленно выпустил через сложенные в трубочку губы клубящийся дым, и твердо произнес:

– Теперь и жить можно!

– А рыба-то клюет? – без иронии спросил Иван.

– Кто ж тут клюнет на таком пекле? Рыба ушла на глубину, – не сводя взгляда с бесполезно качавшегося на волнах поплавка, резонно ответил рыбак.

– Так чего стоишь?

– Жду, когда вернется.

– Тогда пусть скорей возвращается! Удачи тебе!

Только Иван решил продолжить свой путь, как поплавок неистово «заиграл» и резко погрузился под воду.

От неожиданности рыбак встрепенулся. Схватил удилище и поддернул кверху. Кончик удилища согнулся и рыбак, торопясь, стал крутить старенькую катушку удочки, вытаскивая пойманную рыбу из воды, нервно приговаривая:

– Только не сорвись! Только не сорвись!

Но та и не собиралась срываться. Она мертвенно болталась на крючке – рыбьем проводнике в загробный мир. Скорее всего, не найдя для себя спасительной глубины и одурев от нехватки кислорода в раскалённой воде, она, завидев рыбьего смерти, крепко схватила его, что б не упустить.

– Эх! Хороша! – снимая рыбу с крючка и перекладывая ее в пакет, радовался своему трофею рыбак, гордо взглянув на единственного зрителя этого представления. – Брат! Ты не уходи пока! У тебя рука легкая! – насадив на крючок очередного червяка, напоминавшего переваренную лапшу и закинув наживку назад в реку, уже по-дружески и на «ты» обратился он к Ивану.

– Да нет, брат. Я пойду. Считай – тебе повезло. Ты первый, кто поймал рыбу-самоубийцу, – улыбаясь, предположил Иван и пошел дальше по набережной в сторону Крымского моста. Сзади до него донеслось: «Гляди! Еще одна!». Он улыбнулся и ускорил движение. До встречи с Фрэнком оставалось мало времени.

В фойе ресторана к Ивану очень вежливо обратился подошедший администратор:

– Добрый вечер! Могу я вам чем-то помочь?

– Меня должны ожидать.

– А как ваше имя?

– Иван. Меня должен ожидать иностранец.

– А-а-а! Да-да-да! Простите! Пройдите за мной, пожалуйста! Я проведу.

Они поднялись на второй этаж. Администратор постучал в дверь отдельного кабинета.

– Разрешите! К вам гость!

– Спасибо, милейший! – с большим акцентом ответил голос Фрэнка.

Иван прошел внутрь кабинета.

Как и весь ресторан, он был оформлен в стиле белоснежных украинских «мазанок» с брусчатыми перекрытиями и плетнями в качестве перегородок между столиками. В кабинете, конечно же, никаких плетней не было, зато были имитации окошек с подоконниками, уставленными всевозможными предметами древней украинской утвари: глиняные горшочки – глэчики, настоящие казачьи булава и нагайка, глиняные тарелки и курительная трубка – люлька. Посреди кабинета стоял массивный дубовый стол и столь же массивные деревянные стулья ручной работы. Весь антураж помещения располагал к «домашней» трапезе в кругу друзей-казаков за чаркой добротной украинской самогонки. Была и своя изюминка подачи водки в этом ресторане. К водке обязательно подавалась бесплатная тарелочка с солеными стеблями черемши, обернутыми в тонко нарезанное сало, у посетителей именуемая «халявой». По количеству «халявы» на столе можно было определить степень «теплоты» дружеской посиделки.

На столе занятого Фрэнком кабинета стояло несколько таких тарелочек, запотевший графин украинского самогона, две кружки морса, копчения, нарезанные огурцы с помидорами и, в большом количестве, зелень.

– Иван, разрешите предложить вам мои любимые угощения в этой стране, – начал разговор Фрэнк, когда Иван занял место за столом. – Из всех ресторанов в Москве – этот самый домашний.

– Вам нравится украинская кухня? – удивился гость. – А я полагал, что американцы склонны больше к фаст-фуду и итальянской кухне!

– Почему? Дома я любил посещать китайский ресторан «Генерала Хо», в Мексике мне понравились чили кон корне, бурито, фужито. В каждой стране – свои особенности национальных кухонь. А так как моя жена – француженка с украинскими корнями, она превосходно готовит вареники и пельмени. И даже меня научила их лепить. Поэтому русская и украинская кухни мне очень близки. Так что нашу с вами встречу я решил провести именно в этом ресторане.

– Замечательное место! Надо вам сказать – это также один из моих любимых ресторанов. И когда мы с друзьями в нем сидим, «халява» заполняет весь стол.

– Что такое халява? Вы все время учите меня новым словам.

– Это… вот эти тарелочки с солениями. Халява – это значит бесплатно.

– Freebie?

– Freebie! – обрадовался Иван. – Вы быстро обучаетесь, Фрэнк!

– Я не Фрэнк! – резко сменил направление разговора американец.

Иван поперхнулся. Прокашлявшись, он вопросительно и насторожено посмотрел на визави.

– Послушайте, Иван, – собеседник перешел на английский язык. – Послушайте. Некоторые события в моей жизни заставили меня сменить имя и данные о себе.

– Но если все так серьезно, зачем вы мне об этом говорите? Мне – незнакомому человеку?

– Это не так, Иван. Я много знаю о вас. Не удивляйтесь. Я всегда знаю обо всем, что мне необходимо знать.

– У вас хорошие информаторы? Вы работаете на ЦРУ?

– Я ни на кого не работаю. Ваши коллеги думают, что я ценный трофей. Я им дал некоторую информацию. Но источники у меня совершенно другие, нежели они предполагают. И мои источники самые надежные. Вы после всё узнаете. Иначе можете получить сильный психический удар.

– Это еще не всё? – нервно спросил Иван. – Вы меня уже балконом по голове ударили! Ваши новости как сказка: чем дальше – тем страшнее! Предлагаю остудить сознание стопкой холодной водки. Теперь я понимаю, зачем вы пригласили меня в ресторан. Здесь без ста граммов не обойтись, – констатировал Иван, наполняя стоящие на столе чарки. – Но почему я? Я ведь даже не знаю, кто вы и как вас зовут! Вы очень опасный человек! Вы развели Михаила, и он скрывает вас на конспиративной квартире под свою ответственность. А ведь он мой друг!

– Мое имя Кристофер, – после непродолжительной паузы поведал Фрэнк, – Кристофер Макдауэл. Я сын генерала Макдауэла. И, поверьте, у меня имеются веские причины скрывать как мое имя, так и мое прошлое. Хотя многое – несущественное, конечно, ваш друг знает обо мне. Для того, чтобы ложь казалась правдой, в ней должна быть частица правды. Не спешите. И вы все узнаете… под горячее.

С этими словами Кристофер улыбнулся и протянул к Ивану свою стопку. Короткий «чок» закрепил договоренность.