Рождественский мешок - Милн Кевин Алан - Страница 3

– Ну-ка, молодые люди, заходите ко мне и покажите ваши листки, – сказал он с сильным шотландским акцентом, который показался мне очень уютным и приятным.

– Но леди в кожаной юбке сказала, что у вас перерыв, – напомнил я.

– Да, парень, сказала. Но ведь она всего лишь эльф. А я, как главный посланник Рождества, могу сделать маленькое исключение для сыновей Алена. Ты ведь Аарон – верно? – спросил он, обращаясь к моему брату. – А ты Молар.

– Мистер, откуда вы знаете, как нас зовут? – удивился мой брат.

– Как откуда, милый мой? Я ведь Санта-Клаус! Хо, хо, хо! – говоря это, он широко улыбался. – Ну, валяйте! Заходите ко мне и покажите скорее, что вы хотите получить на Рождество.

– Извините, мистер, – проговорил мой брат. – Мы бы с радостью, но тогда наши родители будут нас ругать, что мы зашли к вам одни. Вы ведь понимаете, как это бывает.

Послышались знакомые голоса. Мы оглянулись и увидели, что мама с папой стоят за оградой, окружавшей домик Санты, улыбаются и машут нам.

– Все в порядке, мальчики. Заходите! – весело крикнул нам папа. – Мы подождем вас тут.

Вообще-то папа терпеть не мог моллы и заходил в них только при крайней необходимости. Поэтому он обрадовался, что нам не придется ждать еще два с лишним часа. Мы прошмыгнули в вожделенную дверь и через пару секунд стояли перед роскошным троном Санты.

– Ну-ка, Молар, начнем с тебя, потому что ты младший! Кстати, как тебя лучше называть, Молар или Мо?

– Мне все равно, но друзья зовут меня Мо. – На этот вопрос я отвечал не меньше тысячи раз в год. Еще в первые годы своей жизни я понял, что Молар – необычное имя. Многих людей интересовало, как мои родители его выбрали. Многих, но не этого дядьку в костюме Санта-Клауса. Он уже знал.

– Значит, Мо, – сказал он. – Ну-ка, посмотрим, правильно ли я все помню. Твой отец дантист, и, когда ты родился, он как раз сдавал квалификационный экзамен.

– Все точно! – воскликнул я.

– Вот он и назвал тебя Молар в честь своего любимого зуба. Точно?

– Угу. Откуда вы знаете? – Я был поражен. Лукавая усмешка заиграла в глазах Санты и разлилась по всему лицу.

– Я ведь уже сказал, что я Санта-Клаус! Ну что, покажешь мне свой листок?

Я протянул было ему список своих пожеланий, но взгляд мой упал на массивные ноги Санты, и я поскорее убрал руку за спину.

– Мистер Клаус, – медленно проговорил я. – Наш папа привез нас сегодня сюда, потому что такая традиция. Но еще есть традиция – чтобы дети сидели на коленях у Санты. В общем-то, мне все равно, но почему вы не позволяете никому из детей посидеть у вас на коленях? Ведь остальные-то Санта-Клаусы позволяют…

Улыбка сошла с его лица, когда он обдумывал мой вопрос. Казалось, он прикидывал, как лучше ответить, а может, решал, стоит ли вообще отвечать на такой вопрос.

– Ну, мальчики, по-моему, вы достаточно большие, чтобы услышать правду. Дело в том, что у старого Санты вообще нет ног. В смысле, нет настоящих ног. Я бы позволил детям сидеть у меня на коленях, но боюсь, что бедные малыши испугаются.

– Как это у вас нет ног? – удивился Аарон. – Вот они. Я их вижу.

– Видеть-то видишь. Но это, ну… волшебные ноги. Ты их видишь, но на самом деле их нет. Хочешь потрогать? Ну-ка, залезайте ко мне и убедитесь сами. Я не хочу, чтобы вы считали старого Санту вруном.

Понятное дело, мы с братом смутились. Зачем дядька, наряженный Сантой, говорил какую-то ерунду насчет волшебных ног? Переглянувшись, мы посмотрели в окно, чтобы убедиться, что мама с папой недалеко. И дружно прыгнули – каждый на «свою» огромную коленку Санты. Но едва мы дотронулись до них, как – пшшш… – воздух вышел, и ноги Санты сделались плоскими, как блины.

– Ааааа! – заорал я от страха. Уверен, мы с братом заорали в унисон, но сквозь громовые волны паники, которая пронеслась по моему телу, я слышал только себя. Я быстрее молнии соскочил на пол. Аарон опередил меня.

– Хо, хо, хо! – заревел Санта и расхохотался. Мне даже показалось, будто я участвую в каком-то странном рождественском кошмаре, который, вне всяких сомнений, плохо закончится для нас с братом.

Взяв себя в руки, я снова посмотрел на хохотавшего до слез дядьку. Его тонкие, как бумага, штаны, по-прежнему заправленные в черные сапоги, так и оставались плоскими. Его живот, казалось, тоже значительно похудел.

– Простите, мальчишки, но это было просто великолепно! Никогда еще я так не смеялся, вы ужасно меня насмешили. Но я не хотел вас пугать.

– Что с вашими ногами? – с тревогой спросил я. – Ведь они только что были!

– Не волнуйся, парень. Я ведь предупредил вас. У меня нет ног. То, что вы видели до этого, – два надутых воздухом мешка, засунутые в мои штаны. Конечно, надувать их хлопотно, но детям нужно, чтобы Санта был с ногами и толстым животом. Да и я избавляюсь от лишних объяснений.

Снова выглянув в окошко, я увидел, что мама с папой тоже хохочут. Да-да, им-то смешно, подумал я. Напугали меня, можно сказать, до смерти, а теперь смеются.

– Нас что, снимают скрытой камерой? – пробормотал Аарон, отыскивая глазами камеру на дверях и потолке.

– Нет, увы, хотя идея блестящая! Пожалуй, тогда этот маленький трюк прославил бы меня навеки. И все-таки, честно говоря, это ваш папа надоумил меня на такое.

– Что же случилось с вашими ногами? – снова спросил я.

– Видите ли, ребятки, – сказал он и погладил свою густую белую бороду, – я поделюсь с вами секретом, который, скорее всего, никого из вас не удивит. Хоть я и похож на Санта-Клауса, на самом деле я самый обычный старина Джо, давний друг ваших родителей. Недавно они пришли ко мне и сказали, что вы не хотите идти к Санте, и попросили, чтобы я вас немножко разыграл. А что до моих ног, так я уже почти полжизни живу без них. У меня остались лишь культи. – Он слегка похлопал ладонью по бедру. – Остальное я потерял во время Второй мировой войны. Но это другая история, и она вас не касается. – Он немного помолчал, дав нам время осмыслить его слова. – Ну, так что там с вашими листками? Мо, покажи мне, что ты хочешь получить на Рождество.

Я все еще не опомнился от потрясения, каким обернулось мое простое желание посидеть по традиции на коленках у Санта-Клауса, но без промедления вручил ему свой красный листок. Вообще, я был горд, что могу показать ему свое детище, пусть даже он и ненастоящий Санта-Клаус. Это было непросто, составить список того, чего я хочу, но я все-таки заполнил каждую строчку и теперь надеялся, что он оценит мой невероятный труд. Санта взял листок и покрутил его в руках.

– Ой-ой-ой, – грустно протянул он. Лукавая искорка, только что сверкавшая в его глазах, почти погасла. – Ой, милый мой. Это невозможно.

Поначалу я даже не был уверен, что правильно расслышал его. Неужели этот безногий самозванец, изображающий Санту, критикует мой список подарков, которые мне хочется получить на Рождество? Я так пыхтел, составляя его. Да как он посмел усомниться в правомерности перечисления… упоминания… в общем, списка того… ну… по сути всего, что только может пожелать нормальный ребенок?!

– Аарон, и у тебя тоже большой список? – Лицо Санты было мрачноватым. Мой брат кивнул и спрятал за спину свою руку, державшую листок. Санта кашлянул и снова заговорил.

– Мне жаль вас огорчать, ребятки, но вы не получите на Рождество всего, что хотите. – Немного помолчав, он продолжил, тщательно подбирая слова. – Конечно, вы просите неплохие подарки. Но все же это абсолютно не то, когда речь идет о настоящей рождественской радости. Милые мои, скажите: вам хотелось бы получить на Рождество что-нибудь особенное, необыкновенное, то, что покажется вам лучше тех игрушек, которые вы перечислили на ваших листочках?

Я не мог и вообразить, что может быть лучше пневматического автомобиля или «ходули пого». Вероятно, что-то огромное и невообразимо замечательное! Моя душа наполнилась бурным восторгом, и я жадно кивнул.

– Хорошо. Поскольку вы уже показали мне ваши листочки, где перечислено все, о чем вы мечтаете, давайте назовем тот подарок так: то, что вы никогда не хотели получить на Рождество. Как вам такое предложение?