Все ради любви - Петерсон Элис - Страница 55

– О да. Роскошный вид, две сотни гектаров и три больших коттеджа с розовыми стенами. Такие дома бывают максимум раза три за год, если повезет. Но только вот впечатление о нашей компании у этих людей сложилось не самое приятное. Спенсер уже был там, и понятно, что сделку мы профукали, так ведь?

– Прости.

– Ни к чему мне сейчас твои извинения! Ты знаешь, как я ненавижу опаздывать! – кричит Уорд, стукнув кулаком по столу. Я подпрыгиваю от неожиданности. – Это неприемлемо.

– Знаю, знаю.

– Из-за тебя мы, возможно, потеряли пару тысяч фунтов.

Я роняю голову в ладони.

– Мы не можем позволить себе так облажаться!

Я встаю и начинаю ходить взад-вперед.

– Что еще я могу сказать, Уорд? Да, я облажалась! Из-за меня у нас теперь будут огромные убытки. Из-за одной моей глупой ошибки пострадали все. Ты должен меня уволить.

Я стою перед ним, и все как будто обретает смысл.

Он снимает очки, протирает глаза.

– Я не собираюсь тебя увольнять.

– Если не уволишь, я сама уйду.

– И что, к Спенсеру пойдешь?

– Уволь меня.

Повисает очень длинная пауза. Я ничего не могу больше сказать, чтобы как-то исправить ситуацию, поэтому просто молчу.

– Нам нужно поговорить о том, что случилось вчера вечером, – наконец произносит Уорд уже более спокойным голосом.

Я сажусь.

– О, Уорд, если бы я знала, что Спенсер спал с твоей женой, я бы не…

Я замолкаю, не зная, что сказать дальше.

– Мы с ним не пара, мы не встречаемся, – продолжаю я.

– На самом деле дело тут не в Спенсере. А во мне; в том, как я себя вел. У меня не было никакого права вмешиваться в ваши отношения, но когда я увидел тебя с этим человеком… И еще кое-что. Дженьюэри, я должен тебе еще что-то сказать.

Я слышу, как кто-то поднимается по лестнице.

– Скажи, – требую я.

Стучат.

– Скажи мне.

– Джен, тут учительница Айлы на проводе, – кричит Надин. Ее голова просовывается в дверь.

– Мисс Майлз? – переспрашиваю я.

Надин улавливает обстановку.

– Простите, что прерываю, но учительница говорит, это срочно.

Уорд указывает на свой телефон.

– Что случилось? – спрашиваю я с тревогой.

– Что-то случилось с Айлой. Ваша дочь хотела сбежать из школы. Приезжайте, пожалуйста, и поскорее!

– Езжай, – говорит Уорд, едва я кладу трубку, – езжай немедленно, остальное все подождет.

Никогда прежде поездка на метро не казалась мне такой долгой. И конечно, на каждой станции поезд стоял минуты по три и диспетчер то и дело просила извинения за задержку – якобы перепады в электросети.

От Хэммерсмит до Брук Грин я ехала на такси. Сунула водителю купюру – сдачи не надо. Помчалась по территории школы, ворвалась в холл и свернула налево – к офису директора. По пути я заметила в коридоре несколько школьников с учебниками в руках. Я стучу в дверь мисс Майлз и распахиваю ее еще до того, как она успевает сказать:

– Проходите.

– Где она? – спрашиваю я. Мисс Майлз подходит ко мне и протягивает руку.

– Вы не волнуйтесь, все хорошо, сейчас с ней учительница.

У мисс Майлз короткие темные волосы, открытое, доброе лицо и мягкий шотландский акцент.

– Сначала я хотела бы поговорить с вами.

И мисс Майлз описывает ситуацию: Айла отправила одной из подружек Джеммы сообщение с приглашением прийти к нам на чай. Джемма страшно разозлилась. Мисс Майлз показывает мне сообщение Джеммы Айле:

– Не смей приближаться к моим подругам и писать им, ты, уродка.

– Это ужасно, – говорю я дрожащим голосом, – какая она злая, эта…

– Мисс Уайлд, мы согласны. Мы не терпим издевательств или ущемления прав в любой форме.

– И что вы собираетесь делать?

– К этому мы вернемся через минутку.

Мисс Майлз рассказывает дальше: на уроке физкультуры Айла запуталась в шнурках и упала, пытаясь бросить мяч через сетку. Джемма стала издеваться и подначивала других последовать ее примеру:

– Видите – она правда инвалид!

– А куда учительница смотрела?! – возмущаюсь я.

– Это все произошло слишком быстро, мисс Уайлд. Конечно же, мы уведомим об этом происшествии родителей Джеммы и сообщим, почему она отстранена от занятий.

– И все? Отстранена от занятий? Скорее подарок, чем наказание.

– Джемма будет отстранена от занятий в течение очень длительного времени, чтобы у нее была возможность обдумать свой поступок. Ей будет вынесен выговор в письменном виде, и если это когда-нибудь повторится, будут серьезные последствия. Пока что мы хотим поговорить с Джеммой, чтобы она поняла – то, как она обращается с Айлой, недопустимо.

И тут на пороге появляется Айла, заплаканная.

– Айла, я как раз рассказывала твоей маме, что мы серьезно относимся к этому происшествию и не хотели бы его повторения. Понимаешь?

Айла кивает.

Все, что произошло между мной и Уордом, и то, как я облажалась, отходит на второй план, когда Айла подбегает ко мне и обнимает меня крепко-крепко, испуганная девочка, которая не хочет меня отпускать. И я держу ее крепко-крепко. На какое-то мгновение меня душат слезы – и с головой накрывает тоска по бабуле и ее ласковым словам, и по маме, которой никогда не было в моей жизни, и поэтому я никогда не чувствовала себя цельной.

25

Лиззи приходит к ужину. Айла сидит за кухонным столом и разминает себе плечи, чтобы не уснуть раньше времени, а я топчусь у плиты. Готовлю рыбный пирог и картофельное пюре, вспоминая события сегодняшнего вечера.

Поговорив с мисс Майлз, мы с Айлой вернулись домой. Пили горячий шоколад, смотрели телевизор, забравшись с ногами на диван, – Спад дремал у меня на коленях. Мне показалось, что Айла очень обрадовалась, когда я сказала, что на выходные мы поедем к дедушке. Я собирала вещи, а Айла принимала ванну – в своем любимом купальнике. Первый раз в жизни моя дочь стеснялась меня. Думаю, отчасти это можно объяснить тем, что Айла заметила изменения в своем теле. А еще, мне кажется, где-то в глубине души она начала испытывать комплексы перед девушками в школе. Я осторожно направила беседу в нужное русло, и Айла призналась, что Джемма и девчонки дразнят ее плоскодонкой.

– Тут, – она дотронулась до своей груди, – я как блин.

Я вспомнила, как в средней школе запихивала носки себе в лифчик, чтобы не казаться «плоской».

– У тебя еще много времени, чтобы вырасти, Айла, – уверяю я свою дочь, а сама втайне мечтаю придушить эту гадину Джемму. – Не позволяй какой-то там Джемме себя расстраивать. Как только она скажет очередную гадость, вспомни свою любимую песню или любимое место и мысленно перенесись туда. А вот если она будет цепляться к тебе постоянно, то расскажи мне и учительнице.

Зуммер в духовке возвращает меня в реальность. Айла делится с Лиззи планами непременно открыть салон красоты, когда она вырастет.

– Звучит потрясающе, – приторно сладко воркует Лиззи. – А теперь пришло время массажа от твоей мамочки.

– Можно, я сделаю тебе прическу, Лиззи?

Вопрос риторический – Айла уже расчесывает ей волосы, Лиззи старается не визжать, когда расческа запутывается в волосах.

Заплетя огромную косу, Айла выбивается из сил и решает сделать маленькие косички по бокам. Лиззи смотрит в зеркало, вертится так и эдак.

– Можно спокойно пойти на свидание с Джорджем Клуни, – говорит она, стараясь не смеяться. Слишком поздно. Она смеется. И я тоже, и Айла. Мы не можем удержаться от смеха. Чудесный момент после такого дурацкого дня.

Той же ночью Лиззи «на страже» у двери комнаты Айлы – а я сижу на тумбе рядом с ее кроватью и ласково глажу дочь по волосам. Айла снова плакала, все говорила, что не хочет ложиться спать; но главным образом потому, что ей грустно и одиноко из-за событий в школе. Я не хочу, чтобы у дочери выработалась аллергия на школьную форму; не хочу, чтобы она стала бояться понедельника, как раньше его боялась я. Я хочу, чтобы она была счастлива, чтобы ей ничто не угрожало, чтобы она чувствовала, что ее любят.