Ложный рассвет - Лоу Том - Страница 40

Глянув в зеркало заднего вида, я сдал назад, хотел выехать на полосу обгона и тут заметил вдалеке машину преследователя. Вот хитрец, вот ловчила!

Оторвавшись от трактора, я погнал со скоростью больше девяноста миль в час. Думал увеличить разрыв между мной и преследователем. Свернул с асфальтовой дороги на грунтовую, намеренно поднимая клубы пыли. Ну, попробуйте догнать меня, козлы!

Остановившись в роще и не заглушив мотор, я покинул салон и укрылся в кустах.

По дороге лениво катил синий «Форд». Правильно, куда им спешить? Они меня всюду отыщут.

В салоне «Форда» сидели двое: мужчина и женщина. Пока мужчина вел авто, напарница указывала ему на джип. Наконец они остановились ярдах в пятидесяти от моей машины, и я, достав пистолет, передернул затвор. Двое тем временем покинули салон «Форда», тоже достали оружие и направились к джипу. Мужчина шел первым, женщина его прикрывала.

Я притаился за карликовыми пальмами. Достал сотовый и стал снимать их на камеру мобильника.

– Выйти из машины! – прокричал мужчина, целясь прямо в пустое водительское кресло. – Его здесь нет! – сказал он и хотел уже обернуться.

– У меня пистолет, и я целюсь тебе в затылок! – прокричал я. – Бросайте оружие, оба! Обернулись, только без резких движений!

Парочка медлила.

– Даю две секунды! Потом кто-то из вас получит пулю в ногу. Бросайте оружие и поднимите руки над головой.

Наконец они подчинились.

Мужчина – лет за тридцать, стрижка под «ежика» – оскалился. Не мог поверить, что попался. Козла, наделенного полномочиями, видно сразу. Женщина – красотка, брюнетка, стройная, длинноногая, волосы собраны на затылке – пристально смотрела на меня. Я уже видел ее раньше.

– Ты только что совершил преступление, – сказал мужик.

– Могу добавить к нему еще парочку.

– Тебе двадцать лет тюрьмы светит. Угрожаешь оружием федеральным агентам.

– Ты больше на турагента похож.

Мужчина хотел уже опустить руку, но я одернул его:

– Не расслабляйся, приятель. Давай кое-что проясним: вы с подружкой первыми достали оружие, я все записал на камеру сотового. Качество картинки такое, что можно в «Новостях» показывать. И на оружие у меня имеется разрешение, я действую в целях самообороны.

Женщину, видно, я задел за живое.

– Я ему не подружка, – сказала она. – Я специальный агент ФБР Лорен Майлз. А это – специальный агент Марк Гелмер. Мы не желаем вам вреда, мистер О’Брайен, и не хотим вас арестовывать.

– Я почти поверил.

– Приносим извинения. Мы хотели поговорить.

– Зачем же было следить за мной, да еще при помощи спутниковой системы навигации? Есть способы вызвать на разговор попроще. Или в Куантико[18] телефоном пользоваться не учат? У вас ведь есть мой номер. Кстати, я знаю, что вы наведывались ко мне на лодку, расспрашивали моих соседей по гавани. Если вы чего-то обо мне не знаете, специальный агент Майлз, то можно просто спросить. Особенно после того, как я скормил ваш «жучок» крабам.

– Может, все-таки уберете пистолет и поубавите тон?

– Удостоверения предъявите, – велел я, приближаясь к федералам. Когда они показали документы, я спрятал пистолет за пояс.

– Спасибо, – поблагодарила Майлз.

Агент Гелмер напоминал тренера детской бейсбольной команды, что проиграла три игры подряд.

– Прежде чем начать милую беседу, – сказал я, – ответьте: где передатчик?

– В переднем бампере, справа, – сказала Майлз, глянув на джип.

– Тогда пусть специальный агент Гелмер извлечет его из специального тайника.

– Сам извлекай, – огрызнулся федерал.

– Марк, – одернула его Майлз, – не спорь.

Бравый солдатик напыжился: ни дать ни взять щенок, которого отшлепали.

– Пожалуйста, – с нажимом произнесла Майлз, – достань этот вшивый передатчик.

Гелмер вынул из кармана перочинный нож и, выковыряв из-под бампера маячок, положил его на капот.

– Отлично, – произнес я. – Теперь говорите, что задумали? Полагаю, на одном из вас микрофон?

– Нет, – возразила Майлз. – Мы знаем, вы расследуете убийство девушки, которую сами же нашли неподалеку от дома. Есть версия, что в деле замешаны работники и владельцы местных ферм.

– Ну надо же, вычислили.

– Мистер О’Брайен, пожалуйста, дайте объясниться: смерти девушек с плантаций – это лишь детали большей картины.

– Дайте угадаю: вы решили, что я – тоже часть этой «большей картины». Сижу себе в старом доме на реке и приторговываю людьми. И мне сливает инфу «крот» из офиса окружного шерифа. Вы следили за мной через спутник, думали, что мои маршруты пересекаются с маршрутами жертв. Лучше бы вы, ребята, сравнили время и место смертей, тогда бы сразу все поняли.

– Паскуда ты первостатейная! – прокричал Гелмер.

– Меня выводит из себя слежка в духе Оруэлла вместо старомодного разговора по-человечески.

– Мы не следим за вами, – возразила Майлз.

– Что, в ФБР это теперь называется по-другому?

Она со вздохом шагнула вперед и скрестила руки на груди.

– Мистер О’Брайен, я справилась в убойном отделе полиции Майями. У вас один из лучших послужных списков. Лучший в департаменте. Мы надеялись, что вы поможете выйти на убийцу – или убийц. Вот и все.

– Либо это худший комплимент, либо агенты ФБР в корень обленились. Вы хотели, чтобы отставной коп сделал работу за вас? Нет уж, колитесь.

Гелмер спрятал руки в карманы и обратился к напарнице:

– Давай уедем. Дался нам этот перегоревший коп с дурными манерами.

– Дались мне двое карьеристов, которые хотят выслужиться за мой счет. Возвращайтесь в Майями и нацепите маячки на баранов. Может, поймаете парочку террористов.

Я уже хотел сесть в машину, но Майлз окликнула меня:

– Нет, вы нас выслушаете, мистер О’Брайен!

– А то что? Поставите «жучок» у меня в спальне?

– Нам не хватает людей. Отделение в Майями вынуждено пасти уродов из Южной Америки. У нас столько портов и такая протяженная береговая линия, что всюду не поспеешь. Майями – открытая дверь для террористов, наркоторговцев и прочей мрази.

– Я свое отработал.

– Мы в курсе, что вы досрочно ушли на пенсию после смерти супруги. Хотели сменить обстановку и опять оказались в самом центре расследования. Может, поработаем вместе?

– Не стану я пахать на правительство.

– Мы и не зовем вас на работу. Только просим о сотрудничестве.

– Зачем? Как так вышло, что вы, ребята, вылезли из уютного офиса и притащились сюда?

– Вы вмешались, – осторожно подбирая слова, ответила Майлз, – потому что вам не плевать на смерти невинных. У нас не хватает ни сил, ни средств остановить торговлю людьми в Америке. Насилие, сексуальное рабство, побои и убийства – все это цветет у нас буйным цветом, но люди напуганы до смерти и молчат. Нелегалы – легкая добыча для убийцы, ведь они боятся обратиться к властям, боятся депортации, боятся подрядчиков, у которых работают. За последние несколько месяцев наш маньяк переключился с убийств проституток на торговлю органами.

– То есть, пока не начнут торговать сердцами, сердце ФБР останется глухо к судьбе нелегалов? Вы только тогда посылаете людей в дело? Или просто до предварительных выборов осталось всего полгода, и чиновники обеспокоены репутацией? Нераскрытые убийства, торговля органами, сексуальное рабство – не комильфо получается.

Майлз засопела, зрачки у нее превратились в две маленькие точки, на шее забилась жилка.

– В чем дело? Почему вы не хотите сотрудничать?

– В чем дело, спрашиваете? Да в том, что пока по всем каналам не раструбят, как людей режут на органы, ФБР и пальцем не пошевелит. Вы не бьете тревогу, пока этих людей насилуют и держат как рабов в неволе. Дергаетесь, только когда их продают с лотка как говяжью вырезку.

Она открыла было рот, но не решилась мне возразить.

– Только что убили моего друга, – продолжил я. – Убили из-за творящегося в кругах работорговцев беспредела. Для меня все началось, когда я нашел девушку на берегу, недалеко от дома. Теперь вот застрелили женщину, которая собиралась со мной на ужин. Застрелили на пороге собственного дома. Для меня это вдвойне личное дело.