Ложный рассвет - Лоу Том - Страница 18

Я ждал, что «Форд» въедет в ворота, однако водитель прибавил скорости и где-то через милю свернул с дороги. Я немного сбавил скорость; «Форд» тем временем остановился футах в ста от шоссе: негр, которого кассирша назвала Сайласом, вышел помочиться в кусты.

Я проехал мимо и через пару миль развернулся в обратную сторону. У поворота к грунтовой дороге, по которой съехал с шоссе «Форд», зазвонил сотовый. Это был Ник.

– Шон, прибыли копы.

– Что?

– Тот лысый хрен, а с ним еще двое, в форме. Поднимаются к тебе на лодку.

Глава 25

Я знал, что они пришли с ордером на обыск, но для вступления документа в силу нужен был я.

– Ник, ты сейчас невзначай пройдись мимо «Юпитера». Есть шанс, что копы не станут вламываться на лодку. Если спросят, где я, ответь: буду утром в воскресенье, выйду в море порыбачить.

– Запросто. А ты где?

– Меньше знаешь, крепче спишь. Врать не придется.

– За меня не беспокойся, я ничего не скажу.

– Перезвоню позже.

Нажав «отбой», я поехал на запад по шоссе и вскоре достиг того места, где негр вышел помочиться.

Проехав же с четверть мили по песчаной дороге, я оказался в стране третьего мира на территории Флориды. По обеим сторонам от дороги тянулись десятки трейлеров, многие из которых давно обветшали и стояли без колес, на кирпичах и ржавых домкратах. Рядом с трейлерами примостился старый школьный автобус: шины сдуты, диски заржавели. В дверях я заметил маленькую негритянку лет двух: животик вздулся, подгузник распух от мочи и фекалий.

Под казуариной на складном табурете сидела босоногая женщина лет тридцати и кормила грудью младенца. На меня она взглянула без выражения, только отогнала мух от лица малыша.

Тут же была открытая сливная канава, полная жидкой массы, похожей на черную патоку. В воде лежал раздутый труп черной кошки. Впившийся в него гриф-индейка не обратил на меня внимания. В воздухе витала едкая смесь запахов: человеческие отходы, химикалии, зеленые помидоры и горящий мусор.

За джипом попыталась угнаться костлявая собака – помесь черного лабрадора с кем-то еще, – но быстро отстала из-за больной и высохшей задней лапы. Из-под колес бросились врассыпную куры.

Поселок был размером с футбольное поле, окаймленное посадками помидоров, что тянулись до самого горизонта. Трейлеры всех размеров стояли вперемешку с крытыми рубероидом хижинами, рядом с кладбищем старых пикапов, легковушек, фургонов, тракторов, экскаваторов и прочей фермерской техники.

В одном из односекционных трейлеров – приличного вида, ухоженном – устроили нечто вроде магазина. При мне из него вышел латинос с буханкой хлеба и упаковкой диетической пепси-колы; другой рабочий только вошел.

Я продолжал медленно ехать дальше, однако нигде не видел ни фургона, ни Сайласа. Правда, в конце дороги стоял особняком один трейлер: занавески опущены, вид потрепанный. Я уже развернулся в обратную сторону, и тут из трейлера вышел негр. Я остановился. Когда негр подошел ближе, я узнал логотип у него на футболке и заглушил мотор.

– Не люблю, когда за мной ездят, – заявил Сайлас, останавливаясь возле джипа.

– Что-то я не заметил таблички «Посторонним вход воспрещен». Просто ищу «Сан-Стейт фармз»… Видать, заблудился.

– Типа того. Ты проехал ферму. Слепой бы не заметил главных ворот. – Он уперся обеими руками в дверь и подался ближе ко мне. Изо рта у негра торчала пожеванная зубочистка; его дыхание разило вчерашним пивом, луком и протухшей вяленой говядиной. – Ты чего здесь делаешь?

– Говорю же: ищу Ричарда Бреннена.

– Бреннен тут не живет. Даже не заглядывает сюда. Попутал ты, короче, собака.

– Придется мне расширить круг поисков.

– Только на это место его больше не расширяй. Пошел к черту!

– Неплохо бы тебе манерам подучиться, приятель.

– Я тебе не приятель. Давай, выматывайся отсюда, белозадый.

Тут у него зазвонил телефон в кармане брюк. Негр ответил.

– Сайло, ты где? – отрывисто, с испанским акцентом спросил звонивший.

– В лагере. Тут у нас еще нарушитель.

– Кто?

– Баклан, что ехал за мной.

– Задержи его, пока мы не приедем.

Глава 26

В дальнем конце лагеря остановился старый школьный автобус болотного цвета. Из него высыпали десятки мужчин и женщин. Даже издалека я различил пятна у них на одежде. Бедные люди разбрелись по лагерю, точно стая живых мертвецов: изможденные тела и истощенные души.

Мимо прошло с полдюжины человек, все они старались не смотреть на Сайласа. Только один – латинос лет двадцати с небольшим, в желтой тенниске – посмотрел прямо на меня и остановился. Он явно нервничал.

– Как жизнь? – спросил я его.

Спрятав руки в карманы грязных джинсов, юноша глянул на негра, потом на меня.

– Топай отсюда, парень, – велел ему Сайлас, а мне сказал: – Ему нечего ответить. Он так и так по-английски не шарит.

– Пусть сам это скажет, – ответил я. – Ну-ка, отошел от двери.

Сайлас бросил мне в лицо зубочисткой и поднял руки в шутливом жесте: сдаюсь, мол. Обернувшись и увидев новенький «Форд экскершн», он оскалился: машина объехала школьный автобус и двигалась в мою сторону. Черная, здоровенные колеса, тонированные окна.

Сайлас жестом велел пареньку-латиносу убираться. Тот замешкался, посмотрел на приближающийся внедорожник, потом на меня и лишь затем отправился к трейлеру, возле которого стоял ягненок. Привязанное короткой веревкой к сосне, животное заблеяло.

Сайлас, глядя на внедорожник, сказал мне:

– Лучше б ты сразу умотал.

– Может, эти люди скажут, работает ли сегодня Бреннен.

– Пинка тебе дадут под белый зад.

Внедорожник тем временем остановился напротив джипа. Стекла медленно опустились, и внутри я увидел двух здоровенных латиносов: бычьи шеи, зеркальные очки и бейсболки. Тот, что был ближе ко мне, носил в ухе алмазную серьгу-гвоздик.

– Помочь? – с вызовом спросил он.

– Пожалуй, – ответил я. – Хочу найти Ричарда Бреннена.

Тот, что сидел за рулем, подался вперед. Из кондиционера ему на сальную голову била струя морозного воздуха.

– Ты кто такой?

– Шон О’Брайен. А вы?

Латинос на пассажирском сиденье ответил:

– Хуан Гомес, это мой кузен Гектор Ортега, а это вот Сайлас Дэвис, но мы зовем его Сайло[9] – такой он у нас здоровяк. Теперь, когда мы все перезнакомились, самое время вам свалить. Не примите за оскорбление, но вы на частной территории.

– Это вы так говорите.

Сайлас ткнул мне в лицо пальцем толщиной с черенок от метлы.

– Хуан, этот чел ехал за мной от самого магаза.

– Я расследую гибель одной девушки.

Гомес вылез из машины и зашел с пассажирской стороны джипа. Расклад мне сильно не нравился: слева – здоровенный злой негр, справа – великан мексиканец.

Хуан Гомес посмотрел на меня, как на придорожную диковину.

– Вы что, коп?

– Бывший.

– Если бывший, зачем тогда расследуете убийство? – Он подошел еще ближе.

– Я не говорил, что девушку убили. Я сказал, что расследую гибель.

– Если «гибель», то понятно, что это убийство. – Мексиканец усмехнулся: – Если человек умирает сам по себе, то это «несчастный случай».

Он подошел еще на шаг.

– Если увижу мистера Бреннена, передам, что вы его искали. Где вас найти, мистер О’Брайен? Сотовый есть?

Он подошел так близко, что я разглядел на щеке мексиканца курчавый волосок, торчащий из родинки размером с горошину. Гомес громко чавкал жвачкой.

– Сотовый есть. – Я медленно опустил ладонь на рукоятку «Глока».

Гомес замер и глянул на Дэвиса. Похоже, оба были не вооружены. Зато оружие наверняка имелось у Ортеги.

– Так, отошли от моей машины, – сказал я.

– Amigo, – улыбнулся Гомес, – ты попутал. Мы тебе зла не желаем. Я понял, у тебя работа такая, ты типа страховой агент, да?